Проклятый из рода Распутиных (СИ)

Мне не запрещалось ходить по дому, но я этим не злоупотреблял. Быстренько осмотрев его во время проведённой девушкой экскурсии, решил, что буду наведываться только в спортзал, расположенный в цокольном этаже — иначе говоря, подвале. Там стояли кондиционеры, которые давали блаженную прохладу. Перед сном я сходил туда и немного потренировался, но давались мне упражнения с большим трудом, так что надолго меня не хватило. Пока проклятье не снято, добиться каких-либо приемлемых результатов явно не удастся. Тем не менее, я сделал перерыв и продолжил. Лишь когда стало ясно, что ещё немного — и сознание покинет меня, а каждое движение отдавалось в теле нестерпимой болью, я отправился в душ. Горячая вода постепенно расслабила натруженные мышцы. Растеревшись полотенцем, я вышел в раздевалку и увидел Грызлова. Парень как раз натягивал тренировочные штаны. Его мускулистый торс не шёл ни в какое сравнение с моим — дряблым и болезненно-бледным. Окинув меня брезгливым взглядом, Ленин кузен презрительно усмехнулся.
— Решил поработать с тренажёрами? — спросил он, беря со скамейки приготовленную футболку. — Впервые, что ли?
— Ага, — честно ответил я. — Надо держать себя в форме.
— Ну, чтобы поддерживать то состояние, в котором ты находишься, достаточно пару раз в день ходить в забегаловку и набивать брюхо фастфудом, — скривился парень. — Что ты, видимо, и делал до сих пор.
Он натянул футболку и сел, чтобы обуться в кроссовки.
— Да, запустил себя, — сказал я, беря свою одежду. Комплексов я не испытывал: тело — это то, что можно построить. К тому же, моё досталось мне по наследству, так сказать, и никакой вины из-за того, в каком состоянии оно находилось, я не испытывал. — Что поделать, болезнь не способствует спорту.
— Отговорки! — махнул рукой Грызлов. — Слышал такое тысячу раз!
— Ну, вот я и решил всё изменить. Раз уж поступил в академию.
— Не думаю, что тебя хватит надолго, — покачал головой парень. — Впрочем, мне наплевать. Это твои проблемы.
— Согласен.
Не говоря больше ни слова, Грызлов отправился в зал, а я начал одеваться. Боль постепенно возвращалась, и движения не давались легко. Наконец, я вышел на улицу.
Накрапывал мелкий дождь, на небе появлялись первые звёзды. Мелкие и редкие — совсем не такие, как в моём мире, где всё усыпано ими, словно верстак ювелира — алмазной пылью. Я двинулся к флигелю, еле переставляя ноги. Очень не хватало палки, на которую можно опереться, но я твёрдо решил, что не стану заводить её. Это было бы признанием бессилья, опорой, от которой будет трудно отказаться.
Добравшись до кровати, я рухнул на неё, едва дыша. Лёгкие горели, воздуха не хватало, ноги буквально отнимались. Так я лежал почти час, пока не смог встать, чтобы сесть за стол и открыть ноутбук, который пожертвовала мне Лена. Она же научила меня им пользоваться. Остаток вечера я провёл, читая всё подряд. Особенно — про геополитическое устройство этого мира и магические техники.
Оказалось, не так уж сильно он и отличался от моего. Да, здесь имелись всякие сложные устройства, изобретённые людьми. Предназначение некоторых я вообще не понимал. Как они работают без магии — тем более.
Страны были гораздо больше. Но правили ими императоры, которые опирались на личные армии и дворян. Самые могущественные аристократы составляли роды и кланы, имели собственные армии. Простолюдины стояли отдельно. Они не обладали магическими техниками и не могли претендовать на существенное общественно-политическое влияние. В общем, система феодов, хоть и видоизменилась, но, по сути, никуда не делась. Это меня порадовало: хоть что-то привычное.
Перед сном, уже лёжа в постели, я задумался о своём положении. Оно было незавидным: едва живой парень из полузабытого рода с фальшивым драконом и проклятьем, которое накладывает на меня кучу ограничений. Пожалуй, первым делом нужно избавиться от него. Иначе я так и буду в глазах окружающих инвалидом, которому просто повезло призвать дракона, но которого нет смысла воспринимать всерьёз. Но родовое проклятье — дело серьёзное. Его не один человек накладывает, а группа магов. Очевидно, Юсуповы сделали это коллективно, вложив в заклятье целый океан своих сил. Думаю, после этого они сами долго отходили. Но расчёт оказался верным: Распутины пришли в упадок и забвенье, а Юсуповы восстановили силы и процветают.
 
Итак, проклятье снять будет непросто. Понадобится очень много энергии. К счастью, я знаю, где её взять. Мои способности весьма специфичны, однако, пока живые существа умирают, «голодать» мне не придётся.
Я сел на кровати, глядя в темноту. Зачем откладывать? Уже завтра мне идти в академию на первые занятия, а человеческая жизнь коротка. Каждый день на счету, если подумать.
Откинув одеяло, я спустил ноги на холодный пол. Зябко. Никак не привыкну к этим ощущениям незащищённого чешуёй тела.
Одевшись, я вышел из флигеля и двинулся в темноте по парку. Над головой раскачивались кроны деревьев, которые росли здесь, наверное, лет триста-четыреста. Спустя пару минут наперерез мне вынырнул из темноты сторожевой робот, отсканировал мою метку «свой», которую выдали мне, поселив в поместье (крошеное устройство помещалось под кожу на предплечье — лёгкий укол, и всё, охранные системы тебя уже не тронут), и двинулся дальше, переставляя повёрнутые коленями назад ноги.
По пути мне встретились ещё два робота и один патруль. Гвардейцы приложили при виде меня руки к шлемам и ничего не сказали: ну, захотелось гостю прошвырнуться в темноте, и захотелось. Его дело. Как говорится, у аристократов свои причуды.
Справа виднелись горящие на первых двух этажах окна дома. Обитатели поместья и слуги ещё не спали. На крыше торчали силуэты зенитных орудий и ракетные комплексы. Маленькая крепость.
Обогнув плац, на что ушли почти все едва восстановленные отдыхом силы, я добрался до западной стены, где приметил накануне небольшое кладбище. Справа стоял фамильный склеп в виде белокаменной церкви, а слева располагались гранитные и мраморные обелиски. В целом, очень похоже на погост, устроенный в поместье Распутиных.
В небе виднелся дрон наблюдения. Что ж, ничего страшного.
Первым делом я создал над кладбищем оптическую иллюзию — этакое покрывало, копирующее вид могил и склепа. По сути — мираж, висящий над землёй, который должен был скрыть мои действия от камер наблюдения.
Затем я опустился на колени. Несмотря на боль в суставах, мышцы отозвались благодарностью. Ничего, однажды моя болезнь пройдёт. Ещё посмотрим, кто тут инвалид…
Я погрузил пальцы в землю. Когда у меня были когти, с этим дело обстояло гораздо проще. Теперь же пришлось постараться. В общем-то, это не обязательно, но по первости надёжней.
Прикрыв глаза, я прислушался к погосту. Нужно слиться с ним, почувствовать, увидеть.
Мертвецы в гробах откликнулись на мой зов. Их души в другом мире ощутили связь со мной — словно кто-то коснулся их.
Энергии в этом фамильном кладбище было немного: род Бачуриных то ли не отличался древностью происхождения, то ли относительно недавно перебрался в город. Всего два десятка мертвецов упокоилось здесь. Но все они обладали при жизни энергией, следы которой ещё оставались в земле и костях. Я начал преобразовывать её, отчего эти жалкие остатки устанавливали каналы с загробным миром, откуда текла уже некроэнергия — мощная, опасная, смертоносная! Я почувствовал, как она вливается в меня, наполняя и распределяясь по астральному телу. Открыв глаза, увидел возникшую над кладбищем светящуюся фиолетовую дымку. Она тянулась ко мне и, коснувшись, исчезала.
Я поглощал энергию мёртвых, пока не осушил кладбище полностью. Теперь на его месте можно хоть родильный дом строить — земля совершенно безопасна.
Отряхнув пальцы, я встал и снял оптическую иллюзию. Запас моей магической энергии пополнился, но это были жалкие крохи, которых не могло хватить даже на то, чтобы ослабить действие проклятья. И тем не менее, я сделал первый шаг. Вот только такими темпами мне придётся собирать силы слишком долго. Нужно отыскать погосты побольше. В моём прежнем мире с этим проблем не было. Люди постоянно убивали друг друга, и земля буквально кипела свежей некроэнергией.