Тэлон (ЛП)

— Очень красиво! — Я обвиваю руками его шею и целую в губы, а потом прижимаюсь щекой к его груди, крепко сжимая в объятиях. — Не знаю, что бы я без тебя делала, — тихо говорю я.
— Эй, вообще-то предполагалось, что цепочка тебя обрадует, — поддразнивает он, ласково гладя меня по волосам. — И с чего ты вдруг задумалась о том, что бы делала без меня? Никуда тебе от меня не деться. Я тут надолго.
Я еще несколько мгновений прижимаюсь к нему, потом размыкаю объятия.
— Хочешь сейчас открыть один из своих подарков?
— Нет, я хочу открыть их все завтра, как когда был маленьким ребенком, но вместе с тобой. И, если честно, нам пора выезжать. Ба будет переживать, если мы опоздаем.
Я иду следом за ним в холл, где он достает из шкафа мое пальто и придерживает его, помогая мне одеться, а затем натягивает свою старую, явно много видавшую на своем веку кожаную куртку. Это моя любимая куртка, потертая и мягкая, и Тэлон выглядит в ней как настоящий сорвиголова.
— Готова, Мармеладка? — Он поднимает три огромных бумажных пакета, набитых подарками для его родных.
Я, улыбаясь, киваю, хоть и нервничаю немного про себя, потому что это мое первое настоящее Рождество с мужем в по-настоящему семейном кругу.
Дом бабушки украшен к празднику, совсем как в кино, и битком набит людьми. Родители Тэлона, все его братья, Лукас и Айви с детьми, Вэндал, Кензи, Эви, Рейн и даже огромная, пушистая как медвежонок, собака Шторма — все сегодня здесь.
Поздоровавшись с Ба и Арией, Тэлон тащит меня в гостиную, где все болтают и смеются, угощаясь закусками в преддверии ужина. Он усаживается перед камином прямо на полу, притягивает меня к себе и обнимает сзади за талию. Здорово, что он не стесняется выражать свою привязанность на людях. Его мама, видимо, тоже обращает на это внимание и улыбается мне с другой стороны гостиной. Я почти уверена, что по окончании проекта у нее появится доступ к нашим с Тэлоном дневникам, и очень надеюсь, что ее чувства ко мне не изменятся после того, как она прочтет мой. Я ценю ее доброе отношение. Остается лишь надеяться, что она сделает скидку на то, что я кипятилась и причитала в своих записях только от расстройства и разочарований.
Нико, пес Шторма, устраивается рядом с нами, и я рассеянно поглаживаю его крупную мохнатую голову, осматривая комнату и находящихся в ней людей. Все кажутся такими счастливыми. До чего же невероятное чувство — оказаться в кругу людей, которые любят друг друга, а не орут во все горло, пытаясь обидеть и оскорбить, как это было в моем непутевом семействе. Мое внимание захватывает Ашер, сидящий в одиночестве в углу. Он не выглядит таким же счастливым, как остальные. По всей видимости, он ощущает мой взгляд, так как поворачивает голову в мою сторону и какое-то мгновение смотрит прямо на меня, а потом подмигивает и улыбается. Я улыбаюсь ему в ответ, и сердце начинает стучать чуточку быстрее. Есть в нем что-то завораживающее, некий магнетизм, словно смотришь на поблескивающую рябь темного озера перед тем, как нырнуть, пытаешься угадать, глубоко ли оно, а непонятная сила все равно тянет тебя сделать шаг. Интересно, почему его жена сегодня не здесь и почему никто никогда не упоминает ее имя?
После ужина мы обсуждаем с Кензи и Рейн идею насчет того, чтобы они позировали для съемки новых моделей одежды, которые мы разработали вместе с Тэлоном. Идея им нравится, они даже в восторге от нее. Мы договариваемся, что Лукас с Тэлоном примерят мужские модели, а Рейн предлагает договориться со своими знакомыми симпатичными парнями. Она считает, что те будут не против поучаствовать в съемках в качестве партнеров для нее и Кензи, если мы решим сделать парные фото. Мне кажется, это будет неплохо для сайта. Странно, что у девушек нет молодых людей, они обе настоящие красавицы и при этом очень милые.
 
— Пора открывать подарки! — неожиданно объявляет бабушка, и все тут же принимаются раздаривать их друг другу, а после по очереди открывать перед всеми. Семейные традиции — это здорово! Очень весело смотреть, как каждый открывает подарки. Иногда они чрезвычайно забавные, как, например, надувная девушка, которую Вэндал подарил Мике. Мне тоже достается куча подарков ото всех, и я растрогана до слез, когда открываю их под возгласы и смех окружающих. Несколько раз Тэлон наклоняется, чтобы чмокнуть меня в щеку, словно напоминая, что понимает, как важно для меня быть частью большой семьи.
Когда Тэлон, извинившись, отлучается на минутку в ванную, его мама подходит ко мне и присаживается рядом.
— Вы двое кажетесь такими счастливыми, я боюсь, что сейчас прыгать начну от радости!
— Спасибо… Нам правда хорошо вместе.
— Ты его любишь, — Она понимающе улыбается. — По тебе это сразу видно. Ты вся светишься.
— Может, она беременна. — Влезает в разговор Шторм, сидящий на диванчике в паре метров от нас. Ему тут же прилетает локтем в бок от Эви, которая виновато шепчет мне: «Прости!»
— Я не беременна, — отвечаю я, подобрав, наконец, челюсть с пола. — Я просто счастлива.
— Малышу мы тоже будем рады, — подбадривает Ария.
— Мы к этому пока не готовы, — признаюсь я. — Но, да, я в него влюбляюсь. Устоять было невозможно.
— Я так и знала! Доктор Холлистер будет в восторге!
— Что ты такого знала? — интересуется вернувшийся из ванной Тэлон, усаживаясь рядом со мной на свое место у камина.
— Ничего, — быстро отвечаю я.
— Мам, не вздумай вытягивать из нее подробности о проекте. Ты сама говорила, что это не по правилам.
— Я и не пыталась! Просто сказала, что вы оба кажетесь очень счастливыми. Мне нельзя порадоваться? Мой ребеночек наконец повзрослел и остепенился!
— Мам, это же я твой ребеночек, а не он! — возражает Рейн, картинно закатывая глаза к потолку. — Честное слово, мне иногда кажется, что я у вас приемная нелюбимая дочь!
— Ну что ты, милая. Тэлон — мой малыш, а ты — моя малышечка! Не разводи драму.
— Да ну вас! Десерт скоро будет?
— Да, пожалуй, с детишками лучше не спешить, — шутит Ария, повернувшись в мою сторону. — Ну или заведите только одного.
— Мам, прекрати! Ты ее напугаешь!
***
— Что случилось с вашим медовым месяцем? — спрашивает Шторм, когда Ария уходит на кухню помочь бабушке.
— Случилось турне, — отвечает Тэлон. — А теперь еще одно, мы же уезжаем на следующей неделе, так что, думаю, мы пока отложим. Может быть, соберемся куда-нибудь весной, правда, Мармеладка? — Он прикасается к моей руке. — Мне в любом случае не особенно нужен отпуск, оплаченный проектом. Я предпочитаю поехать куда захочется, оплатить отпуск самостоятельно и не писать потом отчет о нем. Это слишком личное, как считаешь? Пусть идут ко всем чертям.
— Да, я бы тоже не согласился, — кивает, соглашаясь, Шторм. — Вся эта ситуация очень странная. Хотя, надо сказать, сработало как надо. По крайней мере, ты не встрял на полгода с какой-нибудь неважной подругой, которая тебе даже не нравится. Это был бы отстой года!
— Это точно. Но мы счастливы, и мне наплевать, каким именно образом все началось. Остается только дождаться момента, когда можно будет не рассказывать обо всем психологу и не нужно будет документировать каждый аспект нашей жизни.
— Да, похоже, это безумие сработало. Вы двое отлично друг другу подходите. Как мы с Эви. У нас тоже в начале не все было гладко. Может быть, не самое удачное начало — гарантия успешных отношений? Конечно, быть таким же неотразимым красавцем, как я, тоже не помешает.
 
— Прости, бро, но я гораздо неотразимее тебя! Не хотел тебя расстраивать, но…
Мы с Эви переглядываемся и начинаем хохотать, хотя знаем обе из первых рук, что парни правы. Они оба неотразимы. Ни я, ни она не имели ни малейшего шанса устоять и не влюбиться. Они как девчачий криптонит.
  
Глава 32
 
ТЭЛОН