Судьба по СМС (СИ)
— Конечно я помню про кредит! До недавнего времени платила сама, а теперь мой отец. Дело в том, что я поступила в сельхозакадемию в Уссурийске, учусь на очном отделении. Папа обещал…
Обещал, да. Но. Менеджер Ирина, показалось, сочувственно вздохнула.
— У вас просрочка по платежам, три месяца. Мы вынуждены начислить пеню. А если платежи не возобновятся — подавать иск в суд.
У Оли голова шла кругом. Три месяца! И ведь отец бодро заверял, что всё в порядке, волноваться не о чем. И перед поступлением она десять раз переспросила: точно он справится, или лучше подождать и идти учиться после выплаты? Ведь обещал!
— Послушайте… Ирина, вы меня сейчас крайне удивили, потому что отец ничего не говорил о проблемах. Вы не могли бы перезвонить после выходных, а я постараюсь выяснить, что случилось? Уверена, это какое-то недоразумение…
Ну да, ну да. Но мало ли? В душе жила пусть и слабая, но надежда, что всё решаемо.
— Хорошо, Ольга Дмитриевна, я перезвоню. До свидания.
Попрощавшись, Оля обессиленно упала на кровать. Надежда жила, это да, вот только что-то подсказывало, что она напрасна. И отцу же сейчас звонить бесполезно — днём на работе он в основном отключал телефон, чтоб не отвлекали. Значит, придётся ждать до вечера. И нервничать. Ни маме, ни Ленке она звонить пока не хотела. Первой, чтоб не волновать лишний раз, второй… Потом позвонит, всё же сестрёнка сейчас с отцом живет, сторонний взгляд и мнение не помешают. Но уже после разговора с ним самим.
Глава 7. Сложное решение
— Привет пап, как дела?
— Привет, доча. Что-то ты не в обычное время звонишь… Случилось что?
Нет, можно было бы порадоваться заботе со стороны отца, но только она какая-то странная, забота эта. И как он может столь спокойно разговаривать, когда такое творится?! И молчать, замалчивать даже. За прошедшие часы Оля так себя накрутила, что первоначальные попытки держать себя в руках и спокойно всё выяснить при первых звуках спокойного отцовского голоса полетели в тартарары.
— У меня — да. А у тебя что, всё отлично?
Пара секунд молчания, и несколько настороженное:
— Ну более-менее…
И Олю прорвало.
— Ах, более-менее?! Вот скажи мне, ты реально думал, что я не узнаю о просрочке по кредиту?! Что банк меня не найдёт?!
— Так ты ж номер поменяла…
— И что?!!! — нервы откровенно сдали, и она ужа натуральным образом кричала. Хорошо, не из комнаты звонила, а ушла вообще на балкон в конце коридора, чтоб никто не слышал. — Я стипендию на карточку местную получаю, и вообще-то ни от кого не скрываюсь — найти несложно. Но какого чёрта, пап? Мы ж с тобой сто раз на эту тему говорили, ты обещал…
— Ну обещал! — теперь уже и отец перешёл на повышенный тон. — Я, что ли, виноват, что заказчик с деньгами прокатил? И такой ведь порядочный на вид, полную отделку под ключ попросил, мужики, что ему дом строили, хорошо отзывались, по оплате хорошо обещал.
— Опять мужики? Опять без договора, да? — Оля даже и не сомневалась, так, для проформы вопрос. — Пап, ну сколько ж можно на одни и те же грабли-то? Пока лоб до мозгов не расшибёт, что ли? Сколько раз просила, ну устройся ты на официальную работу…
— И работать за несчастные копейки?
— А вообще за бесплатно работать лучше, да?!
— Ну не утрируй, донь, не так часто это случается.
О да, не постоянно, скажем так. Через два раза на третий.
— Зато если случается, то прям в яблочко. Мне-то что теперь делать?
— Да ничего страшного же… Подумаешь, немного просрочили… Вот выбью с заказчика долг и сразу заплачу, обещаю!
Выбивальщик, блин. А сколько уже было таких «обещаю»? Оля просто устала прощать и спускать проблемы на тормозах — всё, некуда уже спускать, край, пропасть.
— Я не могу ждать, па. Мне звонили из банка, угрожали судом. Я не знаю, где ты найдёшь деньги — занимай, вытряхивай с заказчика заработанное, но, как хочешь, а в понедельник долг погаси.
— Да найду! И я уже договорился с одним мужиком встретиться, обсудить…
— Опять? Знаешь что? Калым — это хорошо, но в качестве подработки, когда есть основная работа, чтоб прикрыть зад по необходимости. Ищи официальное что-то. Не в ремонтную или строительную бригаду, так по ЖЭУ пройдись — там столяры-плотники часто нужны, а с твоим опытом тебя с руками оторвут. Пап, ну будь хоть немного ответственнее, не ребёнок же уже!
— Лёля, вот только поучительный тон не включай. Я разберусь.
— Не сомневаюсь. Пока ещё — не сомневаюсь. Но уже на пределе, честно. Ты хоть понимаешь, что только от тебя сейчас всё зависит? Я помочь не могу никак, вообще. Сама живу на четыре тыщи в месяц.
— Ого…
Да, об этом она отцу не говорила, о точной сумме. Сообщила, что нашла подработку, и съехала с темы. А он уточнять тоже не стал.
— Пап, пожалуйста, не подведи меня…
— Всё будет пучком, донь, обещаю.
Где бы ещё взять силы поверить…
— Ладно… Здоровье как? Дарка?
И разговор свернул в обычное житейское русло.
Деньги отец нашёл. Как раз к обеду понедельника отчитался, что долг по кредиту погасил, и Оля выдохнула свободнее.
Менеджер, словно вошла в её положение, позвонила после пяти, когда занятия уже закончились, и не пришлось отпрашиваться с лекции, чтобы выйти ответить на звонок — преподаватели такого очень не любили.
— Ольга Дмитриевна, я увидела, что платёж прошёл, всё нормально. Но обязана предупредить: мы теперь будем пристальнее следить за ситуацией и в случае повторных просрочек принимать меры.
Вот же удружил папочка! Она, конечно, понимала, что форс-мажоры случаются, но у отца половина жизни состояла из сплошных форс-мажоров, в которых, как ни печально это признавать, виноват в основном был он сам.
— Да, конечно, я понимаю. И очень надеюсь, что такого больше не случится.
Блажен, кто верует…
Некоторое время всё было в порядке, но не долго. В середине февраля, снова в пятницу (она таких звонков теперь натурально пугалась), в обед, позвонила сестра. Непривычно серьёзная, с явно звучащей озабоченностью в голосе.
— Олька, не знаю, как тебе сказать… В общем, я тут случайно в ящик почтовый залезла — там чего-то накидали, а папаня на какой-то срочный заказ уехал, — таки не оставил своей манеры с калымами! Но кто бы сомневался… Упрямый. — А там квитанции были. Я посмотрела и оху… В общем, по квартплате долг почти пятнашка!
Сколько?! Оле едва дурно не сделалось. Это ж он не платил по счетам как минимум четыре месяца, получается! Руки просто опускались. И с каких шишей тогда он наберёт необходимую на «добровольный взнос» за следующий год десятку?!
— А ещё он несколько раз домой пьяным приходил. И хмурый весь в последние дни…
— Капец… Чем ещё добьёшь?
Ленка тихо фыркнула.
— А тебе мало? Ну прости, больше плохих новостей вроде нет.
Ну да, ей и этих за глаза.
С отцом созвонились в субботу — в этот раз Оля не стала пороть горячку, сутки выдержала, хоть и сильно нервничала: ощущение подвешенности, неизвестности недавно такого понятного будущего выбивало из колеи только в путь.
Но и заводить разговор издалека, миндальничать, она тоже не собиралась.
— Привет… Когда ты мне собирался рассказать про долг ещё и по квартплате?
Воцарилась довольно долгая тишина.
— Пааап?..
— Ну вот что ты от меня хочешь, котёнок? — голос отца был очень усталым и расстроенным. — Ситуация была — либо гасить кредит, либо квартплату платить.
Оля проглотила рвущееся «ты и за кредит не платил почти столько же». То есть, ему вообще не платили как минимум три месяца?
— Ты обещал…
— Я помню. Но не получилось, прости. И в этот раз, скорее всего, по кредиту тоже просрочка будет — денег пока нет.
Господи… Зачем она пошла учиться, зачем повелась на обещания, хотя знала, что у отца такие ситуации случаются? И ведь прям уж сильно и категорично винить его не получалось — просто такой вот несчастливый отец в этом плане.