Вперед, в прошлое (СИ)

 В очередной раз, проходя мимо Харрисона, который методично складывал носки в ящик комода, Гейл взъерошил светлые волосы и чмокнул партнера в макушку. Рэнди поднял глаза и натянуто улыбнулся. Но в этой улыбке было столько горечи, что Гейл помимо воли напрягся.
 - Что происходит, Рэндс? – все-таки поинтересовался Гейл, хватая партнера за руку и опускаясь вместе с ним на кровать, - ты с самого утра вибрируешь от напряжения.
  
 - Все нормально. – Рэнди накрыл ладонь Харольда на своем плече и снова вымучено улыбнулся.
 Гейл вздернул бровь, красноречиво глядя на любовника и машинально поглаживая большим пальцем его руку.
 - Да что ты говоришь?
 Не выдержав пытливого взгляда Харольда, Рэнди отвел глаза и, сжав двумя пальцами переносицу, тихо произнес:
 - Мне просто не по себе. Кажется, что как только сюда прибудут остальные, все это закончится. Мы закончимся…. Понимаешь?
 В голосе Рэнди было столько скрытой тоски, что Гейл слегка поежился. Но в следующую секунду взял партнера за подбородок и встретился с ним взглядами.
 - Слушай меня, Рэндс! Ты слушаешь? – серьёзно начал он, вглядываясь в голубые глаза. Дождавшись утвердительного кивка блондина, он продолжил. – Ничего и никогда больше не закончится, понимаешь? Между нами. Я сказал тебе, что чувствую, и это останется прежним. Мы здесь и мы вместе. А остальное уладится.
 Рэнди опустил голову на плечо Гейла и глубоко вздохнул, поцеловав обнаженную кожу шеи. В ответ Харольд приобнял партнера и взъерошил светлые пряди.
 - Просто давай не забегать вперед.
 - Гейл, ты подписал этот чертов контракт, в котором для всего остального мира будешь натуралом. – еле слышно проговорил Рэнди, - Пока идет сериал так и будет. Значит в любом случае слишком многое для нас будет сложным. И я не уверен, что мы выдержим.
 - А я уверен! – возразил брюнет, снова отстраняя от себя Рэнди и заглядывая ему в глаза, - пока мы этого хотим, мы будем бороться за это. Да и что, по сути, изменится? Мы все так же будем рядом.
 Рэнди скривился и еще теснее прижался к Гейлу.
 - Пойми, - снова заговорил он, - сейчас мне кажется, что мы с тобой в какой то долбаной параллельной реальности, где только мы вдвоем. Но завтра все снова завертится со страшной силой. И никто не знает, что для нас выдумают Коулипы. Мне банально страшно потерять это, Гейл. Я слишком долго ждал возможности быть с тобой…
 Покачав головой, Харольд притянул Рэнди к себе и поцеловал. И в этом поцелуе совсем не было страсти. А только томительная нежность и обещание. И он все длился и длился, пока у обоих не закончилось дыхание.
 - Рэндс, - оторвавшись от желанных губ, хрипло проговорил Гейл, - поверь мне, ты ничего не потеряешь. Я с тобой. Да, ты прав, мы не сможем открыться. Если честно, то я и не уверен, что готов к этому. Пока. Но мы вместе. Этого ничего не изменит.
 - Гейл, это одна из проблем. Я «вышел из шкафа», когда мне было пятнадцать. И я больше не хочу делать тайну из своих предпочтений.
 В голосе Рэнди была уверенность и одновременно тоска.
 - «Вот же глупый маленький засранец!» – подумал Гейл испытывая одновременно два прямо противоположных желания: дать любовнику хорошую затрещину за то, что сомневается в нем и тут же зацеловать до потери сознания выветривая из его хорошенькой блондинистой головки все ненужные мысли.
 Но Рэнди, словно не замечая состояния Гейла, чмокнул его в уголок рта и продолжил:
 - Я люблю тебя, но не уверен, что мы сможем держать это в тайне. Если все раскроется, то под угрозой будут контракты. Ты готов на этот риск?
 Гейл уверено посмотрел в глаза партнеру и, усмехнувшись, ответил:
 - Да, Рэндс, я готов. И я не считаю это риском. Я делаю то, что хочу. А тебя я хотел слишком долго для того, чтобы отказаться из-за очередной глупости.
 - Сериал не глупости, Гейл! – возразил Харрисон, снова заглядывая в глаза партнёру, - эта наша работа.
 - Блядь, Рэнди! - немного раздражённо перебил Харольд блондина, - Коулипам принадлежит мое рабочее время, мой имидж, моя чертова прическа, даже возможность решать, когда нужно брить лицо, но моя личная жизнь принадлежит мне. И я буду делать с ней все, что, черт возьми, мне захочется!
 Поморщившись от столь страстной речи, Рэнди опрокинул Гейла на кровать и, нависнув над ним, с хитрой ухмылкой спросил:
 - А что же вы хотите сделать со своей жизнью, мистер Харольд?
 Гейл увидел, что былая напряженность покинула тело Рэнди, а в голубых глазах снова заплескались смешливые бесенята.
 Запустив пальцы в светлые волосы любовника, Гейл предельно серьезно ответил:
 - Я хочу продолжать сниматься в «Квирах» и изображать из себя бездушного Жеребца, как и написано в моем контракте, – он слегка коснулся губами теплого виска, - но, возвращаясь домой, я собираюсь вновь становиться самим собой. Просто Гейлом Харольдом. Механиком из Атланты. Которому чертовски повезло вытащить счастливый билет и получить шанс чего-то добиться в жизни. – Брюнет заглянул в ярко-голубые глаза и смущенно улыбнулся тому, что там увидел. - И, я очень надеюсь, - шепотом добавил он, - что ты будешь рядом со мной.
 Харрисон уткнулся носом в плечо любовника и глубоко вздохнул. Теплое дыхание коснулось кожи Гейла и брюнет поежился, ощущая, как сладкие мурашки пустились вдоль позвоночника, распространяя по всему телу волны тепла.
 Харольд впервые говорил кому-то нечто подобное. И было страшно. И немного неуютно. Ведь Харрисон мог и не испытывать того же. Этой выносящей мозг потребности просто быть рядом. Чувствовать ставший таким знакомым вкус и неповторимый запах, который, казалось, въелся в каждую пору. Касаться губами кожи, узнавать руками каждый сантиметр желанного тела, впитывать протяжные стоны, слушать собственное имя, срывающееся с этих чувственных губ в момент наивысшего наслаждения… Просто быть рядом с Рэнди.
 - Гейл, - наконец, еле слышно произнес Харрисон, прижимаясь еще ближе к любовнику и невесомо целуя его куда-то между плечом и шеей. – Я никогда, слышишь? Никогда добровольно не откажусь от возможности быть с тобой. Меня не пугают сложности. Я готов к ним, но должен быть уверен, в том, что ты тоже этого хочешь. И, что самое главное, полностью осознаешь во что впутываешься.
 Рэнди снова поцеловал Гейла, но так и не оторвал лица от его шеи. Частое дыхание согревало чувствительную кожу, показывая с каким волнением блондин ожидает ответа.
  
 - Я все знаю, Рэндс. – уверенно заявил Гейл, - И прекращай уже вести себя так, словно провожаешь меня на блядскую войну. Это всего лишь мы! Наши чувства и наши желания. Это не касается никого.
 Рэнди хмыкнул и, наконец, поднял голову, чтобы встретится взглядом с зеленовато-карими глазами.