Поцелуй безжалостного босса (СИ)

И я имею в виду не до увольнения, а до его конца.
Сколько у меня уже не было близости? Больше года? По-моему я с потери мужа вообще не мечтала о близости с мужчиной, у меня словно стерли либидо начисто. А теперь я готова вывернуться в его руках, чтобы получить желаемое.
А я его желала! Боже, как я хотела Тимура мать-его Александровича!
— Мне интересно, как это, заниматься сексом в кабинете на столе, например, на этом? Думаешь, выдержит?
  
Я хихикнула.
— Мне на него залезть?
Его пальцы, изучающие кромку моих трусиков, остановились. Босс замер. Я притихла. Кажется угар прошел. Я его спугнула. Наверное, это правильно! Но внутри поселилась какая-то невыносимая тоска.
— Я хочу тебя, — вдруг хрипло произнес босс, подхватил, перевернул меня, усадил голой задницей на стол и требовательно посмотрел в глаза. — Хочу и на столе, и в кресле, и на диване, и сверху, ты сводишь меня с ума.
— Так мне что?.. — я нервно облизала пересохшие губы. — Залезть на стол, чтобы вы легли на меня сверху?
— Если хочешь… В этом вопросе я не могу тебя принуждать.
Он был так близко и говорил так тихо. Я чувствовала движение его губ на своей щеке. Его сбитое дыхание на моих губах. Но босс медлил. Неужели дает мне право выбрать? Или время разобраться и принять?
— Не знаю, выдержит ли нас этот стол, но ведь все ради эксперимента? — решилась я и сама потянулась к его губам.
А большего приглашения Тимуру и не надо.
  
Глава 12. Секс до упада
 
С языком босс целуется куда жарче! Я понятия не имела, что у меня такое чувствительное нёбо. Что я обожаю, когда мне посасывают язык. Что не могу удержаться, когда он втягивает мои губы, а потом трахает языком в рот. И я трусь о него как кошка!
Ноги широко раздвинуты, босс стоит между ними, прижимаясь ко мне, а я мурлычу ему в рот и глажу ладонями напряженное, крепкое тело, которое дрожит от моих прикосновений.
У меня не хватает дыхания, и все, о чем я могу думать: “Еще, еще, еще! Только не прекращай трогать меня, целовать меня”.
Но босс отстраняется. Смотрит на мои губы, потом мне в глаза. Волосы взъерошены, это я постаралась, на скулах размазанная помада, тоже я, а взгляд не разобрать.
— Сломаем стол — куплю новый, крепче, — обещает он, но не набрасывается на меня снова, хотя я жду.
— Я его уже не увижу, — смеюсь я, хотя больше всего хочу добраться до самого главного, вряд ли у меня будет еще хотя бы один шанс прикоснуться к огромному члену босса.
— Почему? — хмурится он, но теперь, на фоне лихорадочно горящих глаз и взлохмаченных волос, это уже не так пугающе.
— Вы меня уже завтра уволите!
— Так убеди меня оставить тебя на работе… С кем я буду проверять на крепость следующие столы, диваны, кресла и подоконники?
В этот момент голова кружится и совершенно перестает соображать, зато руки притягивают к себе пьянящего желанием босса, бедра обхватывают его с двух сторон. не вырваться, а губы податливо раскрываются для его настойчивого языка и губ.
Он жадно целует мои губы, лицо, склоняется к шее. Ладони обхватывают ягодицы и наконец-то придвигают к нему так близко, что я издаю низкий стон, выдавая свой голод по мощному, крепкому члену. Но высвободить его из ширинки босс не позволяет.
Разочарованно, я всхлипываю в его рот, накрывший меня снова. А руки жадно исследуют мое тело, обхватывают талию, поднимаются выше, сжимая грудь.
На секунду Тимур отстраняется от губ и прислоняется лбом к плечу, пытаясь отдышаться. Но руки продолжают сжимать и поглаживать грудь, добираясь до слишком чувствительных и напряженных сосочков.
— Я на тебе просто сдвинут, — хрипит он и оттягивает блузку, открывая вид на бюстгальтер.
Знал бы ты, как я сейчас схожу по тебе с ума, мой безжалостный босс! Сколько раз я мысленно и во сне отдавалась тебе и кричала, когда кончала от твоих призрачных объятий.
А его руки уже освободили грудь, пальцы крутят соски между подушечек, а босс в буквальном смысле пускает слюни, с наслаждением разглядывая мою обнаженную грудь.
— Она идеальна… Ты идеальна.
И больше не произносит ни слова. Его рот, язык, губы заняты изучением моей груди.
Я закрываю глаза, чтобы не разрыдаться от переполняющего неудовлетворенного желания, ложусь на стол, позволяя ему раздевать, целовать, исследовать.
В какой-то момент, когда он стискивает сосок зубами и ныряет пальцами между складок, во мне что-то лопается и растекается огнем по венам. Я кричу и выгибаюсь навстречу боссу, его пальцам, его изумленному взгляду и нежной улыбке.
Он больше ничего не делает, а я кончаю и кончаю, не в состоянии остановиться. Я поскуливаю, сжимаюсь и снова с криком выгибаюсь, застигнутая врасплох новой волной сладких спазмов.
Как прекрасен оргазм! Какая чувственная атака на мои нервные окончания! Как невероятен приход после такого всплеска эмоций. Ощущение такое, что за спиной сейчас раскроются крылья, и я полечу!
— Ты такая чувственная… Невероятная, — шепчет босс, стаскивает меня со стола и снова разворачивает к себе задом.
Я лежу и пытаюсь отдышаться, но Тимур ждать не хочет, он даже не раздевается, а вытаскивает член из штанов и трется о влажные, текущие складки.
Я не вижу, но чувствую, какой он большой, железный. У меня нет сомнений, что я приму его всего до последнего сантиметра. Я хочу его! Всего! В себя!
И когда он толкается внутрь, погружая головку, я не кричу и даже не пытаюсь издать протяжный стон, я плачу. Плачу от счастья, что пустота во мне наполняется им!
Короткие удары почти сразу доводят меня до нового оргазма. Я не могу отодвинуться и сжаться, ребро столешницы дает твердый каркас для его толчков. Я содрогаюсь, сжимаю его член внутри, а он продолжает вбиваться под короткие хриплые рыки.
Новая волна захлестывает, и я кричу. Тимур выходит почти полностью, но не успеваю я попросить вернуться, как входит на полную длину. И так несколько раз. Я чувствую его скольжение и короткий удар в конце. Он еще длиннее и толще, а я все жаднее и голоднее до эмоций, которые получаю с ним, от него.
И вот под последний удар и хрип, босс падает на меня, упираясь локтями на стол. Дрожит крупно, сильно. Его аромат становиться больше хвойным, как будто мы в лесу, а я прижата не к столу, а к стволу ели. Щетина скребет по плечу, отчего ассоциации разрастаются в голове буйным цветом.
Так я поверю, что отдалась в берлоге медведю, а не безжалостному боссу.
Мы лежим и осознаем друг друга в новом статусе. Он во мне, я под ним. Я влажная и дрожащая, он твердый и кажется не насытившийся.
Сколько интересно ему надо? С мужем было один раз и перерыв в два-три дня. У нас два раза подряд секс был только по молодости, до появления сына.
— У тебя еще есть время? — тихо спрашивает Тимур на ухо и тут же прикусывает за мочку.
Я дрожу и закрываю глаза. Не могу говорить. Не могу смотреть на часы. Ничего не могу, только отдаваться ему. Поэтому киваю.
— Отлично. Чувствую, мое кресло тоже нужно испытать на прочность.
Он приподнимается, берет меня на руки и переносит на свой стол.
Я сижу на куче документов, с которыми он работал до моего прихода и смотрю, как босс закрывает дверь, а потом быстро избавляется от одежды и снова подходит к столу, ко мне, не скрывая своего желания.
Он хорош. Да что там, невероятен! Теперь я понимаю его внутреннее чувство превосходства над всеми. Еще бы! Имея такой член в штанах, он может каждого иметь как ему вздумается, уверенно, зная что ответит за каждое слово в его сторону.
  
— Можно? — прошу я, не в состоянии отвести взгляд от его большой, подрагивающей головки.
— Если хочешь…
— Очень!
Я спускаюсь со стола, он садится в кресло, привычно расставляя бедра. У меня кажется дыхание перехватывает от желания и от того, что я собираюсь сделать. Со своим боссом. Вот так, стоя на коленях. Я быстро опускаюсь на них, чтобы оказаться лицом к его гордо торчащему члену.