Сама невинность для магната (СИ)

Но пока это голые стены.
На первом этаже электрики как раз ведут проводку. От здания — лишь бетонный каркас, лестничные пролеты да пустые лоджии.
Правда, есть еще лифт — технический, на котором мы с Касаткиным и поднимаемся на крышу. Лифт находится снаружи здания, и от открывшейся панорамы захватывает дух. На какое-то время я даже забываю о том, что рядом стоит мой несносный босс.
  
Уже на самом верху мне подает руку бригадир, помогая выбраться на устойчивую поверхность. Касаткин ловко переступает сам, быстро попав на кровлю вслед за мной. Я молчу, лишь сжимаю сумку, в которой находится блокнот для записей и телефон, чтобы сделать несколько фото для отчета.
— Валерий, как ваши дела? — интересуется босс у рабочего. Невысокого коренастого типа средних лет с густой щетиной на лице.
— Все отлично, шеф, уже приступаем к изоляции второго уровня.
— Хорошо. Это Алина, она у нас на практике. Проведи ей экскурсию по объекту. А я пока поговорю со Степанычем, — имеет в виду местного прораба.
Он отходит в сторону, а я, воодушевленная, разглядываю процесс устройства кровли. Здесь она рулонная, с предварительным утеплением и цементной стяжкой. А сама поверхность расположена в несколько ярусов, на одном из которых впоследствии будет сад. Там же планируется ресторанчик.
Глотаю каждое слово бригадира, а иногда останавливаюсь, чтобы запечатлеть этапы.
Взгляд то и дело уходит в сторону Касаткина, с которым мы совсем недавно вместе пообедали. И я невольно ловлю себя на мысли, что мне хочется сфотографировать именно его. Уж не знаю зачем, но руки так и чешутся. Пока бригадир отворачивается, незаметно делаю пару фото Германа и тут же возвращаюсь к разговору.
— Здесь все, в принципе. Идем вниз, — зовет меня Валерий, и я разочарованно вздыхаю, потому как босс по-прежнему остается на крыше вместе с мужчиной в белой каске.
Спускаемся по лестнице на один из верхних этажей. Не слишком-то довольный поручением Касаткина Валерий монотонно рассказывает об особенностях объекта и специфике его конструкций. Делаю пометки, чтобы потом внести информацию в свой отчет. Постепенно меня начинает клонить в сон — сказывается сытный обед. Но стойко терплю, стараясь показывать заинтересованность, иногда даже задаю вопросы.
— Вот скажи, оно тебе надо? — устав говорить, выдает мой спутник.
— Надо, конечно, — не понимаю, чего он возмущается. — Для отчета, — поясняю.
— Все равно будешь сидеть в кабинете.
— Посмотрим, — не желаю ввязываться в спор о том, где место женщины.
Он бы еще сказал, что я потом буду борщи варить да котлеты жарить.
Мы уже находимся на седьмом этаже, где монтажники только закончили ставить большие стеклопакеты и ушли на перерыв. У бригадира вдруг звонит телефон, и он отходит в сторону, чтобы пообщаться.
— Стой тут, я скоро вернусь, — неожиданно выдает, обращаясь ко мне.
— Я не понимаю, зачем… — начинаю фразу. Но этот скользкий Валерий уже скрывается в темноте лестничного пролета.
— Вот же гад, — шепчу, оглядываясь по сторонам.
Оказывается, я здесь совсем одна. Стою среди колонн, перегородок, мешков со штукатуркой и аккуратных стопок гипсокартона. Надеюсь, Валерка не бросил меня тут всерьез? Иначе придется звонить Касаткину, чтобы выручал. Ну, или подождал хотя бы.
Пока есть минутка, подхожу к окну и останавливаюсь, разглядывая город с высоты. В голову лезут странные мысли, что это какая-то подстава, но решительно их отгоняю.
Внезапно на талию ложатся чьи-то сильные горячие руки, и я невольно вскрикиваю. Эхо разносит мой голос по полупустому залу. А потом до меня доносится подозрительно знакомый аромат дорогого парфюма, и я замираю в растерянности.
— Герман Назарович, разве можно так пугать? — спрашиваю, уже догадываясь, кто стоит за спиной.
Касаткин усмехается и разворачивает меня к себе лицом.
— А ты и правда испугалась?
— Разве по мне незаметно? — смотрю в его глаза — особенно синие при местном освещении, и падаю, падаю в эти бездонные озера. — Может, вы меня отпустите?
— Не хочу, — ошарашивает он, еще сильнее сжав мою талию.
— Почему? — спрашиваю какую-то глупость вместо того, чтобы сопротивляться.
Руки-то свободны, можно и пощечину дать. Но бить босса лишь за то, что он слегка меня приобнял, себе дороже. Я ни на секунду не забываю о компромате.
— Сейчас сюда вернется Валерий, и если он увидит нас вместе, то подумает… подумает… — Черт, от волнения все слова выветрились из головы.
— Что я к тебе пристаю? — заканчивает фразу Касаткин.
— Точно! — выдыхаю я.
— А ты хочешь, чтобы я пристал?
— Что?! — начинаю задыхаться от волнения. — Нет, конечно!
— Подумай хорошенько, — томным голосом произносит Касаткин, двинувшись ближе.
Отшатнувшись назад, к окну, упираюсь попой в подоконник. Дальше бежать некуда. Но Касаткин тоже делает шаг вперед, нахально прижимая меня к новенькому пластику. Нависает надо мной, пристально глядя в глаза, будто отчаянно силится что-то понять.
От его близости меня бросает в дрожь. Я никогда не находилась в такой неоднозначной ситуации, наедине со взрослым мужчиной. Наглым и преступно притягательным одновременно. По рукам и груди ползут мурашки.
— Герман Назарович, не надо, — испугано шепчу я, опасаясь, что нас услышат.
— Что не надо? Я ведь ничего пока и не делаю. Хотя, если хочешь, то могу…
Его лицо приближается к моему миллиметр за миллиметром, и я с опаской задерживаю дыхание, не сводя взгляда с красивых губ на идеально выбритом лице.
Неужели реально сейчас поцелует?
Мне хочется этого и не хочется одновременно. Но и оттолкнуть я его не в силах. Кожей чувствую дыхание босса с легкими нотками ментола, и от этого меня окатывает жаром, который тут же скатывается в низ живота, вызывая странное томление.
— Или не могу, — безразличным тоном завершает он. — Ладно, нам уже пора ехать.
Убирает руки и разворачивается как ни в чем не бывало.
Поцелуй не состоялся. К счастью или же к сожалению — не знаю. Мне действительно хотелось бы знать, как целуется босс. Если бы это обошлось без последствий.
Но тут не угадаешь, как все повернется.
— Догоняй, — бросает он через плечо, направляясь к лестнице.
— А как же Василий… тьфу, Валерий? — от шока путаю имена. — Он ведь придет за мной сюда.
— Не придет. Он уже в другом месте и знает, что я пошел за тобой сам.
Выходит, с ним Касаткин разговаривал по телефону?! Наверняка сказал, чтобы никто даже не сунулся на этот этаж, пока мы тут вдвоем находимся!
У меня просто нет нормальных слов в адрес гендиректора, все они закончились там, у окна на седьмом этаже. А ведь еще не конец рабочего дня! Он будет мозолить мне глаза до половины шестого! Интересно, что он задумал? Что это вообще было? Шутка, мимолетная прихоть или план соблазнения по принципу «возбудим, но не дадим».
Мерзавец наверняка все продумал заранее! Нет, он полагал, я стану вешаться ему на шею лишь за то, что он сводил меня в модный ресторан? Секс, работа, жвачка? А хрен тебе! Понял? Именно так я думаю, топая за ним по ступенькам вниз.
На обратном пути практически не разговариваем. Босс сухо перечисляет задания на оставшееся время работы и утро. Я киваю, стараясь не вспоминать сцену на стройке.
Правда, как только мы возвращаемся в офис, Касаткин снова куда-то намыливается. И вскоре уходит, оставив мне напоследок разные инструкции.
Открываю в телефоне фотографии, втихаря любуясь профилем своего нахального босса. Хорош, чертяка! Не такой уж он и старый. Мужчина в полном расцвете сил. Притягательно красивый и обаятельный. На такого легко запасть.
  
Закрываю глаза, представляя альтернативное продолжение того волнующего момента.
В моих мыслях босс сладко целует меня, а потом подхватывает под ягодицы и усаживает на подоконник, вклинившись бедрами между моих ног. Хорошо, что это только фантазии, потому как в реале я не допущу ничего подобного!