Здесь вам не клан 6 (СИ)

Развеяло вечную питерскую серость, раскидало тучи и наградило столичных страдальцев ясным солнечным днём. Ветер, правда, был холодным и злым, но меня это ничуть не смущало.
Главное — солнце.
Дефицитный товар Петрополиса.
— Ещё хочу, — промурлыкала Чехова. — Но ты же спешишь?
— Немного.
И мы, не сговариваясь, потопали в душ.
Четверть часа ушло на водные забавы, потом я оставил менталистку под тёплыми струями, а сам пошёл на кухню, чтобы заварить кофе и приготовить завтрак. Временем я был ограничен, так что Чехову ждал стандартный набор из овсяных хлопьев, бутербродов с арахисовым маслом и сухофруктов. То, что может пролежать и неделю, не испортившись.
— Разве нам сегодня не к часу? — уточнила Женя, придвинув к себе тарелку с хлопьями.
— К часу, — ответил я с набитым ртом. — Но ты забываешь, что я студент.
— А свободное посещение зачем?
— Фух, вот прицепилась. У меня зачёты по некоторым дисциплинам. И надо хоть раз засветиться на парах.
— Скучный ты.
— Какой есть.
У нас сформировались вполне комфортные отношения, при которых никто ничего не требовал. Ни верности, ни обещаний жениться, ни совместного времяпровождения. Изредка мы созванивались, чтобы потрахаться, но чаще Женя транслировала свои желания напрямую мне в мозг. Сегодня нам удалось встретиться на моей территории — в доме, выделенном фискалами через программу защиты свидетелей. Лиза появится через пару часов, чтобы подрубиться к онлайн-школе. Макс отправился прямо из пузыря на Моноземлю, чтобы присмотреться к этому миру. До вечера мы не пересечёмся.
— Зачёты, — задумчиво протянула Чехова. — И что за предмет?
— Пока их два. Теория призыва и внешняя история.
— Вот как? Внешняя история чего?
Блин, всё время забываю, что менталистка не училась в Магикуме. Кажется, Чехова получила диплом какой-то военной академии. Имперской, не клановой.
— Да всего. Мы сейчас изучаем реальности, с которыми налажены тесные торговые связи. Естественно, с точек бифуркации.
— Само собой, — Женя сделала глоток из чашки. — А где твой дубль?
— Отправился на Моноземлю.
— Чего он там не видел?
— Хочет эмигрировать.
— Да ну.
— Вот тебе и «ну». Ты же помнишь, у него нет магических способностей.
— Так ведь он кибермансер. Как и ты.
— Не совсем, — я покачал головой. — У него сохранились все импланты, расширения и боевые утилиты. Так что он рассчитывает найти приличную работёнку там.
— Развитая Сеть, — догадалась Женя.
— Угу.
— А что с Лизой будете делать? Она ведь тоже… не одарённая.
— Пробуждение ей и не светит, — признал я. — У неё попросту отсутствует генетическая предрасположенность.
— Она могла бы учиться там.
— Наверное, — я пожимаю плечами.
— Тебе неприятно об этом говорить.
— В точку.
Разговор свернулся сам собой.
Доцент Семёнов, мой преподаватель по теории призыва, делал акцент на практических занятиях, несмотря на название предмета. Призывателей согнали в отдельную подгруппу, требования у них были жёстче. Первую половину пары мы разбирали непонятные теоретические моменты, вторая часть была отведена занятию с упомянутыми призывателями. Соответственно, у меня образовалась форточка.
Отмечу, что теория призыва оказалась штукой многогранной и не всегда понятной, но я освоил все моменты, полезные для меня. Взять, например, переброску вещей из одной вселенной в другую. На вводном занятии нам рассказывали, что это невозможно, ноосферы не пересекаются. Позже выяснилось, что определённые техники позволяют записывать вещи на разные планы мира идей и тем самым обходить запрет. Чем, кстати, регулярно пользуются контрабандисты, таскающие оружие, наркоту и зачарованные зелья через порталы. Всё упирается в практику, запас маны и грамотно подобранное заклинание. Переход, конечно, жрёт ваши ресурсы, опустошая средоточие. Чем больше суммарная масса перевозимых предметов, тем выше расход. Причём энергия тратится в геометрической прогрессии. Опять же, всё относительно. Когда я отправился в Чайнворд, то просто врубил на время боевой транс. После перехода вышел из этого состояния. И уже спокойно доставал предметы из нового пласта. Все бойцы моего отряда так поступили.
 
Так вот, масса и сложность — определяющие факторы.
Ампулы с «арксом» весили мало, но из-за навороченной формулы требовали внушительных энергозатрат. Низкоранговый волшебник с задачей не справился бы.
Высшим пилотажем считается переброска механизмов.
Круче только монстры из инферно.
Этот пласт ноосферы мы изучали вскользь, но я слышал, что потомственные призыватели вынуждены сталкиваться с инферно на старших курсах. Область кошмаров и больных фантазий, напичканная всевозможными тварями.
Монстры могут создать серьёзную проблему в бою, поскольку они быстрее и сильнее человека. С оговорками, разумеется. Призванная тварь не должна выпадать из зоны влияния своего хозяина. Поскольку хищники инферно представляют собой эфирные идеи, реальность их существования зависит от вашей ауры. Радиус зоны, в свою очередь, зависит от силы одарённого и количества расходуемой маны.
Иное дело — разобранные звери.
Те, кого призыватель разрушил одним заклинанием, запихнул в инферно и притащил в нашу реальность повторно. Такой организм сможет существовать автономно… вот только споры об идентичности оригинала и копии ведутся без малого сто лет.
Одним из худших преступлений считается разборка и призыв человека. Как вы понимаете, такие эксперименты проводились. Наверняка, баловались этим и правительственные лаборатории. Что касается официального имперского законодательства, то призыватель, осмелившийся запихнуть в ноосферу человека, садился в тюрьму пожизненно. К счастью, на планете было не так уж много высокоранговых призывателей, способных проворачивать такие фокусы.
Распрощавшись с Семёновым, мы направились в «Осень».
Мы — это я и Саймон.
— Как мило с твоей стороны угостить меня завтраком, — заявил рокер, поднимаясь на второй ярус по узкой деревянной лесенке. — Ещё немного, и ты реабилитируешься за своё поведение.
— А что не так с моим поведением?
В небе опять кучковалось что-то серое.
Апрель, как ноябрь.
— Бросил Дашу, ушёл из отряда, — начал перечислять Саймон. — На пары не ходишь. Говорят, ты обучаешь каких-то крутых ребят по правительственной программе. Это правда?
В ресторан заявилось ещё несколько человек из нашей группы. Почти все они выбрали первый ярус общего зала, рассевшись в укромных местах. Даже Громов с парочкой прихлебателей припёрся. Рядом с будущим лидером Стерха отиралась смазливая девчонка, которая заливисто смеялась и всячески привлекала к себе внимание. Компания зависла у панорамного окна.
Мы с рокером выбрали позицию рядом с музыкальным автоматом.
— Правда, — сказал я.
— Как ты это провернул?
— Без обид, но у меня подписка, дружище.
— Ладно, — вздохнул Саймон, — я так и думал.
Мы заказали пиццу и овощи-гриль с мацареллой.
— Значит, ты преподаватель, — не унимался мой бывший сосед по общаге.
— Громко сказано, — я поморщился. — Скорее, инструктор.
— Тоже неплохо. Много платят?
— Мне хватает.
— И тебе вот так запросто дали свободное посещение?
Все эти вопросы Саймон задавал множество раз, но по отдельности. Сегодня явно настал день, когда рокер устремился на полноценный штурм. Я ведь почти не появлялся на академических парах, а допы у нас были разные. Если мы и пересекались, то на зачётах и экзаменах.
— Всё согласовано, — ответил я. — Ректорат в курсе.
— Будут валить, — уверенно заявил Саймон. — Ты же помнишь, у нас курсовые экзамены в июне. Потом практика… а с практики тоже соскакиваешь?
Пожимаю плечами.
В Магикуме руководство повёрнуто на боевом опыте, так что всех студентов запихивают в красные и серые дистрикты, предварительно разбив на отряды. Весь год парни и девушки учатся стрелять, работают с атакующими и защитными техниками, тренируются на полигоне. Всё это нужно для успешного прохождения практики… Но передо мной ставятся совсем иные задачи. На кону — само существование Российской империи в нынешнем виде. Думаю, мне автоматом засчитают красный дистрикт.