Попаданка для короля морей (СИ)

Впервые штурман так явно чему-то удивился. Брови поползли вверх, а непонимающий взгляд сменился добрым и благодарным. Но всего на пару мгновений. Потом старый моряк сумел взять себя в руки, и мы продолжили работу, больше не отвлекаясь на мелочи. И хотя на окраинах сознания всё ещё вертелись вопросы о том, почему Фредерик ни в чем не придрался даже сейчас, спустя несколько недель плавания, задавать их Дугласу не имело смысла.
Освободилась я только на закате, и с удовольствием растянулась на кровати. Небо затянули тучи, и, похоже, ночью начнётся шторм, но меня это уже не пугало. Во-первых, к сильной качке и к тому, что корабль прочнее, чем кажется, я уже привыкла, а во-вторых, знала, что теперь в воде точно не утону. Даже если очень захочу.
Зажгла лампу, которую где-то достал Ги, и потянулась за книгой, но в ногах повеяло знакомым холодом, а вскоре передо мной появилась Эстер. Фредерик объяснил, что её призрак будет теперь сновать по кораблю, пока не доставим её к сеноту, но я всё же вздрогнула, когда бледная дымка осветила полутемную каюту.
— Тебе не нужно меня бояться, — монотонным голосом почти пропела Эстер.
Я села, и она сделала вид, что опустилась на кровать рядом со мной. Первый страх прошёл, и теперь я просто не понимала, зачем она явилась.
— Если ты позволишь, я хотела бы рассказать, почему бросилась в море в тот день, — сказала она, чинно сложив руки на коленях. — Почему-то хочу, чтобы кто-то узнал об этом перед тем, как я отправлюсь в вечное забвение.
Я кивнула, забралась на кровать с ногами и сжалась от мерзкой прохлады.
— Конечно, рассказывай.
— Когда я вступила на корабль капитана Стэфана, то надеялась, что Грегори одумается и спасёт меня. Даже письмо ему написала — уж не знаю, дошло ли оно. Ждала, ждала, но он не пришёл, разумеется. А перед тем штормом, примерно за день, "Голландец" встретился недалеко от порта с кораблём, на котором Грегори добирался до своего острова. Я увидела, как обнимает и целует свою невесту, как улыбается…
Любая другая девушка, даже я, уже разрыдалась бы на месте Эстер, но она говорила монотонно, будто и вовсе ничего нет чувствовала. А может, так и есть? Однако когда она нападала, в её крике слышалось столько боли.
Мне стало искренне жаль влюбчивую аристократку, но я даже не могла взять её за руку — мои пальцы лишь проходили сквозь её кожу.
— И тогда я решила, что жить мне незачем. Дождалась сильного шторма и в суматохе бросилась в воду. Думала, никто и не заметит, но тело вытащили. А я смотрела со стороны, как Мариота приводит в чувство бледную девушку, которой я когда-то была, и представь, как мне стало страшно и обидно, когда тело… Когда ты закашлялась и на миг пришла в сознание.
Голос Эстер, до того мертвенно холодный, дрогнул. Я хотела сказать что-нибудь утешительное, но она поднялась и отвернулась.
— Спасибо, что выслушала, — прошептала она и вылетела сквозь дверь прежде, чем я успела её окликнуть.
Обессиленная и уставшая, я повалилась на подушки, пытаясь переводить всю полученную да день информацию, но настолько устала, что почти сразу же уснула.
  
Глава 30
 
До берегов, на которых — вернее под которыми — обитали морские богини, мы добрались за неполный месяц. За это время собрали еще десяток теней, которые теперь бессловно сновали по кораблю, то и дело меня пугая. Остальные члены команды посмеивались надо мной, но я никак не могла привыкнуть к тому, что из-под палубы или из-за любой стены может выскользнуть жуткий утопленник.
Вот и сейчас, оторвав взгляд от астролябии, я наблюдала за тем, как силуэт безрукого мертвеца проплывает сквозь мачту, вперив пустой взгляд в дверь на камбуз. Специально долго на него смотрела, стараясь привыкнуть к тому холоду и ощущению необъяснимой тревоги, которое охватывало меня каждый раз, когда я видела кого-то из "пассажиров". А сталкивалась я с ними постоянно, так что уже больше трех недель жила с ощущением постоянного мерзкого страха, который скребся в самых дальних уголках души, и которому я всеми силами мешала вырваться наружу.
 
Спокойно становилось только в те моменты, когда я стояла рядом с Фрэдериком. С той ночи, когда он едва не поцеловал меня, между нами ничего не изменилось: он вел себя так, будто мы и вовсе не пили вино в его каюте, будто я — обычный член команды. Мне уже даже начинало казаться, что Дуглас обманул, или что капитан давно забыл о своей влюбленности, если она все же была настоящей. Он по-прежнему многое мне рассказывал, учил плавать и мне даже один раз удалось обогнать его, но ни намека на симпатию он больше не проявлял.
Поначалу я злилась, потом чувствовала легкую неловкость, когда он брал меня за руку и показывал, как ставить кисть, чтобы проще разрезать движениями воду, а потом неловкость куда-то испарилась, уступив место спокойному уюту в его присутствии. И сейчас, когда я услышала за спиной шаги, не оборачиваясь могла сказать, что подошел именно Фрэдерик.
— Все готово? — буднично спросил он, тоже косясь в сторону призраков, один из которых — паренек как будто лет пятнадцати — взмыл к верхушке мачты и печально смотрел за горизонт.
— Да, — я сложил записи, наспех сделанные грифелем, в набедренную сумку и передала ему инструмент, а потом тоже подняла взгляд на мальчишку. — На что он смотрит?
— Думаю, на туман вдалеке. С "гнезда" уже должна быть видна земля, — пояснил Фрэдерик и удалился.
Я тут же ринулась к канатам, привычно вскарабкалась к самой высокой из горизонтальных мачт, схватилась за нее и устремила взгляд туда же, куда смотрел утопленник. И в самом деле разглядела густую дымку вдалеке, под покровом которой постепенно вырисовывалась тонкая полоса земли.
Сердце забилось сильнее, не то от страха, не то от предвкушения. Я знала, что сойти на землю не смогу, но увидеть деревья, услышать их шелест, и хотя бы представить. что я прогуливаюсь в их тени, очень хотелось.
Но когда мы приблизились к берегу, темнота уже накрыла землю, сквозь нее на фоне темно-синего неба едва проступали черные кроны, сливаясь в одну бесконечную мочалку. Только белый песок, отражая лунный свет, мерцал вдалеке — я могла бы добраться до него всего за несколько минут, но не могу ступить на него еще очень долго. Однако печаль оказалась не такой уж и сильной. Я просто думала о том, что на рассвете еще увижу эту землю, и старалась сохранять бодрость духа.
Моряки спускали на воду шлюпку, вокруг которой уже вились призраки мертвецов. Фрэдерик ждал, мрачно вглядываясь в лесную чащу. Когда Ги книзу крикнул, что все готово, капитан повернулся ко мне.
— Ты пойдешь со мной. Тебе надо встретиться с богинями, — сказал он и, не дожидаясь моего ответа, стал спускаться по веревочной лестнице, переброшенной через борт.
— Но разве я могу? — глупый вопрос, но я все же задала его, хватаясь за плотные веревки.
— В качестве подарка для новопосвященной — можешь, — грустно усмехнулся капитан, галантно помогая мне спуститься в лодку, хоть в помощи я совсем не нуждалась. — Но только на один день.
Я дрожала, пока мы переправлялись до берега. Старалась выглядеть невозмутимой, но страх при мысли о том, что Фрэдерик мог ошибаться и я иссохну за несколько мгновений, и предвкушение возможности коснуться земли — все смешалось в усталой душе. Видимо, заметив мое волнение, капитан накрыл своей рукой мою. Гребцы в темноте не заметили этого, хоть я и вздрогнула от неожиданности и удивления.
— Все будет в порядке. Я обещаю, — шепнул Фрэдерик и отстранился, но не отпускал мою руку до тех пор, пока дно лодки не ткнулось в белый песок.
Капитан спрыгнул в воду, снова помог мне — на этот раз перебраться через борт — и я медленно, едва дыша, вышла на берег. На миг замерла, когда носки сапог испачкал влажный песок, но ни боли, ни удушья не почувствовала. недоверчиво подождала еще пару мгновений, и снова — ничего.
Призраки молчаливой толпой потянулись за нами. Эстер плелась в самом конце неровной колонны, безучастно вглядываясь в темноту леса.