Желание генерала – закон (СИ)

— Что-то еще? — с раздражением спрашивает Вельгер.
— Да. Я также зашел, чтобы забрать свою рабыню с этого отбора. Я беру ее с собой в поход в качестве официальной походной фаворитки. По закону империи, в поход для моего удобства и будущего успеха кампании я могу взять любую свою женщину, несмотря ни на какие возможные официальные препятствия.
Император застыл. А мне хочется истерически расхохотаться. Молчание в зале такое густое, насыщенное, острое, что его уже можно есть ложками, смакуя, как особое блюдо.
— Забирай, — резко, отрывисто, зло произносит Вельгер после взятой на раздумья минуты.
Соул кивнул и повернул голову в сторону сцены, нашел меня взглядом. Кивок головой, мол, иди за мной, и генерал разворачивается в сторону выхода. Ни слов прощания, ни каких-либо благодарностей. Приходится поспешить, потому что генерал шагает широко и быстро. Пробираюсь между девушками, спрыгиваю со сцены и бегу вслед за Соулом. У меня нет радости от того, что ухожу, неизвестно, что меня ждет у генерала.
Генерал идет по коридорам, не оборачиваясь, чтобы проверить, следую ли я за ним. Постепенно нас с ним окружает его личная свита, состоящая из военных чинов. Надо отметить, что никто из подошедших на меня, полураздетую, в костюме танцовщицы, никто даже взгляда не бросил. Словно рабыни-танцовщицы каждый день в их компании ходят, и в этом нет ничего удивительного. Все строгие, молчаливые. Чувствуется, что тут царят совсем иные порядки, нежели в свите императора.
Соул остановился в одном из коридоров жилой части дворца, открыл дверь своих, так хорошо знакомых мне покоев и только тогда обернулся на меня.
— Тебя в спальне ждет служанка с одеждой. Пять минут на переодевание и подготовку к отъезду. Если не успеешь, поедешь, как есть. Время пошло.
Не задавая лишних вопросов, кинулась в покои генерала. Сомнений в том, что ждать моих сборов никто не будет, нет никаких. А мне бы не только переодеться, но еще и ванную посетить. Интересно, успею все?
В спальне меня действительно ждет служанка с подготовленной одеждой. Генерал готовился, решение меня забрать точно не было спонтанным. Забежала в туалет, наспех обмылась. Так, теперь одеваться. О, одежда хорошая, никаких платьев, что удивительно. Кожаные обтягивающие брюки, короткие легкие сапожки из мягкой кожи, простая приталенная голубая рубашка, жакет, шейный платок, кожаная шляпа с широкими полями. Необычно, но смотрится интересно, я такое еще не носила, и ведь все это моего размера. Ха! Может, для этого меня генерал рассматривал так внимательно? Размеры оценивал.
Все. Я готова. Взглянула на настенные часы. Ой. Шесть минут собиралась. Выбегаю в гостиную, где, оказывается, заседает вся компания военных. Вальяжно сидящий в кресле генерал кидает на меня взгляд, по которому ничего не понять, просто не читаем, осматривает с головы до ног и уже для всех произносит:
— Выходим.
Чувствую себя немного неловко в брюках, но все лучше белья с лоскутами, которое тут называют платьем танцовщицы.
Мужчины дружно покидают покои генерала. Я пристроилась за спину Соула. Уже во дворе глубоко вдохнула свежий ночной воздух. Один плюс в принадлежности генералу все же есть — пока что, благодаря ему, я чаще бываю на улице.
— По коням! — командуют где-то рядом. Ржание лошадей. Небольшое войско прямо из двора дворца стройными рядами выезжает за ворота.
— Умеешь ездить на лошади? — оборачиваясь ко мне, спрашивает генерал.
— Да.
Соул делает знак, и мне подводят огромного боевого коня. Взгляд злой, даже бешеный, жеребец злобно фырчит, копытом бьет. Шкура лоснится. Красавец. То есть вот прямо другой лошади для девушки не нашлось? А генерал, значит, в каретах в походы не ездит. Медленно подхожу к коняге.
— Ты точно уверена, что умеешь ездить на лошади? — кладя руку мне на плечо и останавливая, говорит Соул. — Ты можешь поехать вместе со мной.
Ого, мне еще и выбор предоставляют. Может, это какое-то испытание генеральское?
— Нет-нет, все в порядке. Я очень люблю верховую езду.
 
Соул, хмыкнув, убирает руку с моего плеча, но все равно остается рядом. Я около коня, отчего тот нервничает еще больше. Широко улыбнулась.
— Привет, красавец.
Конь обернулся на голос. Взглянула прямо в его лиловый глаз, и… гордый красавчик успокоился и приветливо заржал. Погладила это чудо по широкой морде.
— Хм, это что сейчас было? — напряженно спрашивает Соул, стоящий за моей спиной. Очень близко стоящий. — Это обученный боевой конь, он не должен даваться в руки чужим.
— Ну я все же жрица природы, пусть и бывшая, — тихо отвечаю я. — Связь с Источником выгорела, но что-то, похоже, осталось.
Крепко зажмурилась. Спокойно. Не плакать.
— А жрецы так могут?
— Сильные и опытные и не такое могли.
  
Глава 16
 
Генерал ничего на это не сказал, зато взял меня за талию обеими руками, поднял и усадил в седло, а после забрался на коня сам, сев сзади. Генерал направил лошадь на выход.
— Вы бы не дали мне ехать одной, верно? Так зачем было это предложение? — тихо спрашиваю я и, не сдержавшись, уточняю. — Военный юмор такой?
Очень странное ощущение — чувствую себя очень неуютно, по сути, в объятиях генерала, от того, что спиной прижата к его груди, от мерного покачивания в шаг коня, словно окутывающей меня твердой мужской силы, и в то же время почему-то спокойно. Если бы позади император… меня бы, наверное, стошнило, а так пока терпимо.
— Мне интересно наблюдать, как люди ведут себя в тех или иных ситуациях, — спокойно ответил Соул. Его конь все ускоряет ход, уносясь все дальше и дальше от так пугающего меня дворца-тюрьмы.
Глубоко вздохнула полной грудью. Некоторое время едем с генералом молча. Я с интересом оглядываюсь на ночной город, а потом, когда мы выезжаем за городские стены и спускаемся с холма вниз, как завороженная смотрю на огненную змею — имперское войско, растянувшееся по извилистой дороге на сколько хватает взгляда. Дорогу воинам освещают магические шары и факелы. К конным отрядам присоединились и пешие.
— А поход настоящий? — все же прервала молчание я, задав генералу мучающий мое любопытство вопрос.
— А какой иначе?
— Ну… не знаю. Все земли ведь уже завоеваны на материке, а про то, что мы куда-то поплывем, речи не было.
— Поступили сообщения, что в землях Сункерской провинции неспокойно.
— Восстание? Бунт? — живо заинтересовалась я.
— Нет. Там на такое никто не решится, — Соул замолчал и дальнейших пояснений не дал. Почему тогда в провинции этой неспокойно? Странно это все.
Постепенно ночь рассеивается. Я клюю носом. В объятиях Соула тепло, от размеренного покачивания глаза слипаются, усталость дает о себе знать. Кажется, вот-вот усну. Усну в объятиях своего врага. Как так могла сложиться судьба? Моя подруга, жрица предначертанного, всегда говорила про будущее очень туманно, загадками, но вот такого в ее загадках о моей судьбе не было. Ну либо я неправильно истолковала ее предсказания. Единственное ее самое четкое предсказание обо мне было перед самой ее смертью. Я должна выжить, несмотря ни на что, как бы ни хотелось уйти за грань.
Резко распахнула глаза, когда уже вовсю светило солнце. Конь стоит на месте.
— Ты проснулась? Очень вовремя. Привал, — говорит Соул, слезая с лошади. Берет меня легко, словно пушинку, и спускает на землю.
Вокруг царит суета. Военные спешно разбивают лагерь, очень жарко. Палящий зной. Такой часто держался днем, пока меня везли в клетке. Память сохранила воспоминания о переезде урывками, очень часто я была без сознания, выводили из клетки очень редко. Сейчас уже не понимаю, как вообще выжила. И ведь очень многие рабы до столицы так и не доехали.
 
— Ваше высокопревосходительство, ваш шатер готов, — отдав честь, говорит подошедший к генералу офицер. Военный смотрит на командующего очень внимательно, серьезно и… с обожанием. Даже любовница генерала не смотрела на него так преданно и страстно, как этот мужчина. В армии своего генерала прямо очень сильно любят.