Долгая дорога домой (СИ)

— Эй, браток, не подскажешь, что это у вас за фиговина в углу?
Окинул я одного из подмастерьев, что подошёл освежится к бочке с водой, неподалёку от нас.
— Это? Паровик!
— Погоди! Ты хочешь сказать это паровой двигатель⁈
— Ага!
Парень, зачерпнул в ковш воды и стал лить себе на голову, отфыркиваясь словно лошадь.
Уняв эмоции, снова подступился к подмастерью.
— А чего тогда его к молоту не подцепите, всяко быстрей будет чем воротом?
  
— Так он уже считай третий год как не работает.
— А что так? Починить ума не хватает?
Поддел я будущего кузнеца.
— Да там делов то! Просто он когда три года назад рванул, убил кузнеца и инженера, который его и собрал. Так наш старшой Вулкан взбесился и сказал, что пока он в кузне главный эта хрень работать не будет. Так и стоит, ни туда ни сюда. Только место зря занимает!
«Вот из за таких ретроградов, тормозящих прогресс, простые люди и страдают».
Мысленно прокляв Вулкана, я вытер со лба пот и снова налёг на брус, день обещал быть долгим.
После прогулки Конана, длиною в двенадцать часов с небольшими перерывами, я еле добрался до казармы с трудом переставляя ноги и уже предвкушая завтрашнюю мышечную боль. К счастью у нашего десятка на завтра стоял патруль внутри Андреевки и я смог пережить этот день и даже получить от него удовольствие. Оказывается патрульные были обязаны обойти все общественные места посёлка. Поэтому сначала мы долго патрулировали столовую, болтая с подавальщицами и посудомойками, потом навестили кабак, где почти час проверяли всё ли там в порядке, после нашего кабака зашли в кабак чернорабочих, но туда и правда, только по работе. Заведения было тёмным, грязным, наполненное неприятными запахами, поэтому на долго мы там не задержались.
Только в патруле я неожидано открыл для себя настоящие размеры Андреевки. Как оказалось поселок не ограничивался парой кварталов с казармами и кабаком, были и просто жилые дома и всевозможные мастерские. Дима как знаток Андреевки подробно рассказывал мне что и где располагается.
— Вот в этом доме ткацкий цех, но туда лучше не соваться у них старшая Мириам Хайруловна, чисто зверь, не любит когда её ткачих отвлекают. А здесь швеи сидят, к ним тоже лучше не ходить, старшая швея, Варвара Кубинская любовница Князя Воротынского, а он атас какой ревнивый. Потом ни докажешь, что ни к ней клинья подбивал.
Ну казначейство ты знаешь, кстати здесь же можно оставить свои деньги на сохранение, если они конечно у тебя есть!
Хохотнул Дима.
— А можно и разменять, было бы что менять.
Опять подколол меня ратник, он до сих пор не забыл как я за несколько дней растратил свой немалый выигрыш.
Пройдя до северной оконечности посёлка мы уперлись в запертые ворота, ведущие во вторую его часть.
— А здесь у нас Старые Башни, здесь Князь Барятов со своей гвардией квартирует, но туда мы не пойдем.
Заметив мою вопросительно изогнутую бровь, неохотно ответил.
— Гвардейцы могут накостылять.
Далее Дима мне поведал о давнем конфликте Князей, после которого Князь Барятов перебрался из Твердыни в Старые Башни.
— У них всегда всё самое лучшее, даже огнестрельное оружие есть, не говоря уже о арбалетах. Считай половина кузни на них пашет.
Что бы отвлечь своего гида от обид на гвардию, захапавшую себя всё самое лучшее, перевёл разговор на другую тему.
— А сколько всего народу в Андреевке живёт.
Дима сдвинул шлем на затылок и почесал лоб.
— Так сразу и не скажешь, если не считать саму Твердыню, там вообще не понятно сколько людей обитает, то три-четыре тысячи, точно есть. Ещё тысяча раскидана по крепостцам, фермам и шахтам.
«Немало»!
Поболтавшись немного по улицам где непременно останавливали симпатичных девушек, строго расспрашивая их не заблудились ли они и не нужна ли им наша помошь. Вечером пошли в бордель, где пару часов болтали с работницами, ночь прошла между центральными воротами, куда мы ходили поболтать с караулом, борделем и кабаком. Хотя пару раз пройтись по улицам мы тоже не забыли.
Утром десятник Вернер сбегал к Морозову, доложиться, что «без происшествий» после чего отправил нас отсыпаться.
Вечером по пути в кабак нам встретился пятый десяток, где нёс службу Владик. Сам он тоже присутствовал, при этом выглядел подавленным и почему-то прятался за спинами сослуживцев. Первым шёл Стародуб, тот самый ратник, что поручился за Владика. Увидев меня воин обернулся и за шиворот вытянул мажора из толпы.
Всё лицо Владика представляло из себя один сплошной синяк, а глаза заплыли до такой степени, что казались щелочками.
Первую секунду, я не понял смысла пантомимы и только встретившись глазами со Стародубом, до меня дошло, что они наказали Владика за длинный язык. Ведь когда он во всеуслышание кричал, что хрен мне, а деньги, то тем самым автоматически подставил своего поручителя, который оказался теперь должен мне. А показав разбитую физиономию Владика мне толсто намекнули, что беспокоится мне не о чем, деньги будут.
Едва заметно улыбнувшись, кивнул.
Я уже знал почти всех ратников из своей сотни и со многими имел приятельские отношения, всё-таки не зря потратил на пиво несколько рублей. Поэтому пробираясь к своему столу, то и дело жал руки и только уместившись за своим столом, заметил в углу симпатичную женщину. Что было необычно для нашего кабака, так как до этого, я не видел здесь ни одной девушки. Незнакомка была одета в недешевое платье, в местной лавке, торгующей продукцией швейного цеха, такое стоило три рубля. Имелись и золотые украшения, массивные серьги и пара колец на пальцах. На столе перед женщиной стояла бутылка вина и бокал.
— Дима, а это кто там сидит?
Кивнул я на незнакомку, что с самым равнодушным лицом потягивала вино, делая вид, что не замечает полсотни пялящихся на неё мужиков. Что примечательно ни кто, даже уже поднабравшиеся ратники, не лезли к ней со знакомством.
— Скобина Марина, жена мастера луков, да и сама не бесполезна, говорят делает лучшие стрелы, даже китаезы, когда торговать приезжают, всегда покупают её стрелы. Да вон, хоть у Сагана спроси.
Наш следопыт подтвердил и дополнил.
— Всё так, лучшее её стрел я и ни видал. Она их по какой-то секретной технологии делает, а потом еще и чем-то пропитывает, и они после того воды не боятся. Я бы такой стрелой за сто шагов мухе хер отстрелил.
— А что не купишь?
— По три копейки за стрелу⁈ Я что Князь что ли!
В самый разгар веселья неожидано в кабак пришёл сотник Морозов в сопровождении нескольких десятников, включая и нашего Вернера. Как оказалось пришёл он не за кружечкой пива.
В двух словах, Князья в предверии большего набега коинов решили немного сдвинуть сроки отправки каравана за древесиной. И теперь пяти десяткам сотни Морозова, как и самому Морозову, предстоит сопровождать и охранять лесорубов во время заготовки леса. Несмотря на то что лес вроде как принадлежал Княжеству, живущие поблизости племена были с этим не согласны и постоянно портили жизнь лесорубам.
Под конец речи блуждающий по толпе ратников взгляд Морозова, случайно наткнулся на меня, по вспыхнувшей в его глазах угрозе, я понял, что ничего у нас ещё не закончено.
«Вот же привязался ублюдок».
  
Глава 6
 
Из казармы я выполз сонным и злым, ранняя побудка осуществлённая мерзким рёвом десятника, испортило мне настроение на пол дня. Десятники быстро нас построили, не стесняясь раздавать нерасторопным зуботычины и повели прочь из Андреевки. Перед посёлком неспешно формировался караван из десятков телег под лес и нескольких сотен чернорабочих за тягловую скотину. Особенно выделялась огромная повозка с железной рамой и на резиновым ходу, далеко не сразу узнал в монстре от мира телег, останки нашего автобуса, нашлись колеса и от покойной приоры, на еще одной телеге, на этот раз с деревянной рамой.
Пока я любовался достижениями местного автопрома, караван тронулся. Я в месте со своим десятком занял указанное нам место возле монстро-телеги.