Верь мне 1. (не) Верю (СИ)

— Вау, — выдохнул в ушко. — Спасибо, — кивнул Артему, и мы втроем подошли к представителю местной власти.
— Теперь я понимаю, почему ты так долго ее прятал, — смеется мужчина, откровенно разглядывая меня. Асу это не понравилось. Он запахнул полы моего пиджака прикрывая V- образный вырез. Я совсем не против такой заботы. Благодарно прижалась щекой к плечу мужа. — Артем, — губернатор кивнул и ему.
— Жаль, отец уехал. Отлично бы посидели все вместе после официального банкета. Рад тебя видеть. Ты все так же, весь в науке?
— Да, — Тема равнодушно пожал плечами. — Кабинетная жизнь не для меня.
— А сейчас как — будто ты не в кабинете работаешь, — фыркнула власть.
— Сейчас я свободен и меня это вполне устраивает, — ответил Артем.
И он открылся сейчас для меня совсем с другой стороны. Улыбчивый, «легкий», светлый парень превратился в серьезного мужчину, сына своего отца.
— Нам пора, — Аслан посмотрел на часы, приобнял меня за плечи и повел в сторону здания. — Улыбайся, малыш. Это твой праздник.
— Почему мой? — удивленно на него посмотрела.
— Если бы не ты, я бы и знать не знал про этот Дом малютки. Так что, все, что сейчас имеют эти дети — полностью твоя заслуга.
— Но ведь ты…
— Я просто реализовал, — прошептал Амиров целуя меня в висок.
А дальше все, как в тумане. Камеры, аплодисменты, громкие речи. Из гудящей толпы доносятся выкрики. Люди в основном радуются, благодарят, но есть и недовольные. Аслан не отходит ни на минуту.
Когда пришла его очередь встать к микрофону, он передал мою руку Артему понимая, что иначе я просто грохнусь в обморок от волнения. Муж говорил обо мне, о моей работе еще в старом здании. О том, в каких условиях росли малыши в такие важные для них первые три года жизни. Конечно, возносились благодарности губернатору, его заму и другим чиновникам, которые якобы приложили руку к этому переезду. О том, что они всех помнят, заботятся о брошенных детках и еще много — много всего. Я понимаю, что это часть его жизни, это политика, бизнес. Не осуждаю, ведь дело сделано и детям теперь будет чуточку лучше.
Мужчины доверили мне перерезать красную ленту. Я едва не уронила ножницы, и Аслан красиво поймал меня за руку. Люди захлопали от восторга, а ленту мы перерезали вместе с мужем. Вышло очень символично, как мне кажется.
Амиров помог мне войти в здание. Ноги совершенно отказались слушаться. Тема нашел Полину, которая все это время была здесь, с малышами. Ребята оставили нас для еще одной очень важной процедуры.
В кабинете заведующая со строгим видом под наблюдением самого губернатора проверила все документы и справки, собранные нами. Мол, мы не смотрим, кто к нам пришел, банкир или слесарь. Закон для всех один.
— Люда, — женщина позвала секретаря по селектору. — Скажи нянечке, пусть принесет Германа. За ним родители приехали, — я не смогла больше сдерживать слезы.
Спряталась у мужа на плече и разревелась в голос. Только сейчас от счастья. Да! Вот такая я дура. Все время реву. Но я счастлива, что со мной Аслан и у нас будет сын. Сердце рвано мечется в груди, руки подрагивают от предвкушения.
— Ваш малыш, — услышала голос Артема. Он принес Германа сам. Рядом с ним улыбается Полина выглядывая из-за плеча Юдина.
Взяла кроху на руки. Бережно, как самое ценное сокровище, прижала к себе. Аслан улыбнулся, обнял нас обоих и это мгновение заполнило нас полностью. Впереди долгая, сложная жизнь, но теперь я уверена, что справлюсь с ней, ведь у меня есть поддержка, друзья и семья.
  
Эпилог
 
— Я устал от твоих выходок, неблагодарный щенок! — меня откровенно трясет. Давление шарашит по мозгам, а избалованный мальчишка пьяно улыбается, сидя в моем кресле. — Почему меня опять среди ночи срывает полиция?!
— А ты не срывайся, — одурманенные алкоголем и травкой глаза закрываются. Ему все равно, он засыпает!
— Гер, — скриплю зубами, сжимаю кулаки. — Не вынуждай меня применять силу. Мать мне этого не простит.
 
— Я ничего не сделал! — вскидывается сын. — Ну погоняли мы с близнецами по городу. Ну выпили, телок трах… — спотыкается о мной взгляд. — Никто не умер! Им даже приятно было, — ухмыляется он. — Я учусь, работаю. Имею право иногда отдыхать?!
— Так не имеешь!!! — ударил кулаком по столу, Герка вздрогнул. Проняло и то хорошо. — Спать иди и пока не протрезвеешь, не смей попадаться матери на глаза. Понял меня?
— Спокойно ночи, папа, — сын, шатаясь, поднялся на ноги, но далеко уйти не смог. Его вывернуло прямо на пол у дивана.
— Твою ж… — подошел, поддержал за шкирку, чтобы бухое тело не сползло в лужу рвоты. — Я женю тебя, Гер. У партнера скоро появится хорошенькая падчерица. Ты таких любишь, — тащу его прочь из кабинета. — А не подчинишься, оставлю без штанов и гуляй тогда, сколько влезет, — говорю это скорее для себя. Понимаю, что с утра он ни черта не вспомнит. Но мне помогает успокоиться.
Уложил сына в кровать. Снял с него кроссовки, накрыл пледом. На тумбочку у кровати поставил бутылку воды на утро. Из ванной принес тазик зная, что до утра его еще пару раз прополощет.
Сел рядом, смотрю на мальчишку и не пойму, где я так его упустил. Лучший частный садик, потом лицей, теперь университет. Игрушки, шмотки, техника, машины. И ведь учится. Всегда хотел, любил и у него получалось это дело. Сейчас вот включается в работу в банке и снова успешно. Но вот эта вторая часть его жизни сводит меня с ума. Особенно сейчас, когда Ане нельзя волноваться и мы живем как на вулкане боясь потерять беременность. Через столько лет у нас, наконец, получилось.
Потрепал сопящего сына по волосам, ушел к жене. Анюта спит в обнимку с моей подушкой. Бережно прижала ее к еще не округлившемуся животику, улыбается чему-то во сне.
Тихонечко лег рядом, чтобы не разбудить. Уставился в потолок. Идея с женитьбой Герки мне нравится все больше. Он остепенится, а я укреплю выгодную деловую связь с Михаилом Реваль.
— Миш, — пишу крупному бизнес-партнеру, зная, что тот, как и я, в это время не спит. — Есть выгодное предложение. Надо бы обсудить.
Конец