Вечно голодный студент 4 (СИ)

— Спрашиваешь, блин! — сказал я. — Неси!
— Через пару минут будет готово, — сообщила она. — Напитки в холодильнике.
Переходим в гостиную и рассаживаемся за обеденным столом.
— Щека, убери эту дрянь, — потребовал Проф.
— А, точно… — вытащил Щека тлеющую сигару изо рта.
Далее он извлёк из кармана специальный футляр, в который спрятал этот недобиток.
— Ну? — спросил он.
  
— Нам нужно вытаскивать родичей Пиджака и Меченого, — произнёс Проф. — Майор Берикболов отказался планировать операцию, потому что это не его профиль, но у Ревы есть бывший офицер СОБРа, некий Зулус. Он имеет подходящую квалификацию и способен спланировать операцию по освобождению заложников.
— Он КДшник? — уточнил Щека.
— Нет, — ответил Проф.
— Тогда он нихрена не знает, — поморщился Щека и открутил крышку на бутылке газированной минералки. — Нам нужен КДшник с опытом, чтобы понимал, кто мы такие и что можем.
— По словам Ревы, он всё прекрасно понимает, — сказал Проф. — На счету Зулуса двадцать три убитых КДшника.
— Пха! — закашлялся Щека, пивший минералку. — Сколька⁈
Я тоже неслабо охуел.
— Двадцать три, — повторил Проф. — Ему даже пробовали сменить прозвище на КДрез или КДрас, но не прижилось.
— А как?.. — растерянно спросил заволновавшийся Щека.
— Оружием, — пожал плечами Проф. — Я не знаю подробностей, но мне известно, что он делал это в одиночку — наверняка, из засад, ловушками и иными подобными способами. Но его ненавидят почти все КДшники Ростова…
… потому что нам свойственно ненавидеть то, чего мы боимся.
Я, например, ненавижу блядских орлов.
— Силён мужик, — произнёс Щека. — Хочется посмотреть на него своими глазами.
— Увидишь — он прибудет завтра-послезавтра, — улыбнулся Проф. — Сейчас он на боевом задании.
— Мочит кого-то из КДшников? — уточнил я.
— Да, — подтвердил Проф. — Ему было поручено устранить Лимона, но Рева отменил задание.
— Так замочил бы и дело с концом! — воскликнул Щека. — Нахрена отменил⁈
— Это уже четвёртая его попытка, — вздохнул Проф. — Если бы всё было так просто… Лимона бы уже не было в этом мире.
— Но ведь освобождение заложников — это более сложная задача, — нахмурился я.
— Может и более сложная, но мы должны сделать это, — сказал Проф. — Лимона мы, в любом случае, убьём, но от того, спасём ли мы заложников, зависит лояльность Пиджака и Меченого.
— Мне это не нравится, Проф, — произнёс Щека. — От этой истории воняет говнецом — с хера ли мы должны впрягаться за них? Ты же сам говорил, что если бы не Пиджак, мы бы сейчас жили лучше!
— Нам нужны ресурсы Ростова, — ответил ему Проф. — И наличие или отсутствие стычек с Пиджаком никак не влияют на существование тамбовцев. Мы в любом случае, рано или поздно, столкнулись бы с тамбовцами и, наверняка, были бы при этом более наивными.
— Пуля в башку многое изменила в твоём восприятии мира, да? — с усмешкой поинтересовался Щека.
— Да, — не стал спорить Проф. — Это сильно изменило моё мировоззрение, выбив из головы тщетную надежду на то, что в этом мире ещё остались люди, желающие мирной жизни. Этого больше никто не хочет. Все хотят абсолютной власти — вот что я понял после той пули.
— А мы, получается, не хотим? — спросил Щека.
— А ты хочешь? — с улыбкой спросил Проф вместо ответа.
— Я? — Щека озадачился. — Ну… Бля… Не, мне и так нормально! Главное, чтобы левелы поднимались и всегда было, что пожрать.
— То есть, ты бы не хотел себе пару-тройку рабынь, прислугу, большой дворец, дружину, которая бы лизала тебе жопу? — спросил я его.
— Да нахуя, блядь⁈ — возмущённо спросил Щека. — Заботиться об этих иждивенцах!
— Есть ведь другие иждивенцы, заботящиеся об этих иждивенцах, — сказал я на это. — Тебе вообще нихрена делать не надо будет — кайфуй, жизнь одна и так далее.
— Не, это тухляк какой-то, — мотнул головой Щека. — Есть же гораздо более весёлые способы проводить время — ебашить врагов и зверей, например! Как можно сычевать в тепле и уюте, зная, что другие КДшники, под дождём, в грязи, апают себе левелы⁈
— М-хм… — коротко хмыкнул Проф.
Фура принесла большую сковороду с картошкой и вывалила угощение на большое блюдо.
— Вот! — указал Щека обеими руками. — Вот, что мне нужно прямо здесь и сейчас!
— Спасибо, Фура, — поблагодарил я.
— Пожалуйста, — улыбнулась она и удалилась на кухню.
— Кстати о тепле и уюте! — вспомнил Щека, прожевав первую ложку жареной картошки. — Мы тут со Студиком покумекали и пришли к выводу, что надо качать Фазана, Черепа, Гадюку, Бубна и того новенького, Повара.
— Фазан нужен в… — начал Проф.
— Да не так уж и сильно он там нужен — там команда специалистов! — перебил его Щека. — Он просто попал в свою зону комфорта и теперь старательно делает вид, что он охуеть как незаменим в мастерской! Надо выдернуть его из этой стагнации!
Я усмехнулся, услышав слова Фуры в устах Щеки.
— Он рационализирует свой страх, который, к тому же, боится признать! — продолжил он вещать. — Он тупо отвык и боится получать по жопе! Но Фазан — это крепкий мужик и он нужен нам на фронте! Мы должны вернуть его в строй, пока он совсем не расклеился и не сросся жопой с диваном! Вы видели его⁈ Он же уже оскуфел! Калории совсем не тратит!
— Блин, вообще-то, да… — вспомнил я нынешнее состояние Фазана.
— У него пузо, нахуй! — выкрикнул Щека. — Харя отёкшая — это он пивком и бастурмой нажрал! Пузо, блядь, у КДшника! Проф, блядь! Пузо! У! КДшника!
— Хватит орать, — потребовал Проф. — Я понял тебя.
— Ещё он выбился из нашей компании, — добавил я аргументации к спичу Щеки. — Сычует в мастерской, общается преимущественно с инженерами и бухает с ними же. Это комфортная смерть для КДшника.
— С этой стороны я на это не смотрел… — признался Проф. — Хорошо, вы меня убедили. Как закончим здесь, будет собрание нашего изначального состава. Будем беседовать с Фазаном.
— Вот-вот, нахуй! — яростно закивал Щека. — Сколько можно, блядь⁈
— Ты лучше запиши все свои претензии на листочек, — предложил я. — А потом отредактируй, чтобы не орать их беспорядочно ему в лицо.
— В обрюзгшую харю, Студик! — поправил меня Щека. — Нынешний облик Фазана — это национальное унижение Фронтира! Плевок в лицо нашим идеалам, пинок по яйцам нашему образу жизни, бросок с прогибом наших традиционных ценностей…
— Моя школа, — улыбнулся Проф.
— Чтобы стать лучшим, учись у лучших, — подлизался к нему Щека.
— Обнимитесь теперь, — предложил я.
— Иди нахуй, Студик! — ответил на это Щека.
— И пойду, но только когда ты уступишь мне дорогу, — парировал я.
— Ну, всё, — остановил перепалку Проф. — А идея с листочком, и вправду, хороша — сделай это, Щека.
— Замётано, команданте! — браво козырнул Щека.
 Глава двадцать третья 
 Киднеппинг 
*Российская Федерация, Ростовская область, город Ростов-на-Дону, Пролетарский район, крепость Пиджака, 22 августа 2027 года*
Зулусу, бывшему СОБРовцу, а также ветерану Сирийской кампании, на вид не более сорока лет. Он бреется наголо, хотя видно, что плеши и прочих дефектов на его голове нет, физиономия тоже гладко выбрита, за исключением коротких усов, как у Майонеза.
По физическому состоянию сразу понятно, что это военный из той категории, которая не знает, как сидеть в кабинете, по причине почти постоянного нахождения в «поле». Очевидно, что он слабее почти любого КДшника, но у него есть навыки, которых лишена большая часть КДшников, что и обуславливает его эффективность против них.
  
Носит он тёмно-синюю, почти чёрную, форму СОБРа, с бронежилетом, на спине которого на липучку закреплён патч «СОБР». То есть, он остался верен себе и не меняет служебную форму — на правом рукаве есть нашивка «Полиция. СОБР. Ростов-на-Дону. МВД» с крылатым мечом.