Призрачный свет (СИ)
— Не страшным, — вздохнула Асана, — просто непонятным. Что откуда берется, зачем к — вер подставлять — ило, и почему в первом спряжении окончания глаголов такие же, как и во втором.
— Теперь я понял, — снова мило улыбнулся парень. Он открыл ее учебник в самой середине и начал показывать и рассказывать. А Асана слушала, записывала, и поражалась тому, как же все верно и понятно он рассказывает. И вовсе не страшный этот драконий язык. И понять можно, и выучить. Все зависит от учителя.
За два часа ребята вполне разобрались с трудными иностранными языками. Асана даже повеселела, и вполне радостно предложила пойти на ужин вместе. Аримис благожелательно улыбнулся и отказался. Сказал, что у него немного другой режим питания, и ужинать будет немного позднее. А пока позанимается.
Асана шла в столовую, задумавшись. Она и впрямь не видела Аримиса в столовой на этой неделе. Ведь наверняка вокруг него толпятся девчонки, как и на занятии, это было бы заметно. Хотя, пусть он и ослепительно красивый, в Академии училось огромное множество студентов, и он вполне мог затеряться в большом количестве посетителей столовой. Тут хватало и принцев, и лордов, и герцогов всяких. Дар магии проявлялся в равной степени как у ребенка короля, так и у ребенка селянина или служителя храма.
Так что в Академии хватало разных студентов.
Занятая своими мыслями, она шла по открытому коридору, а не тайным ходом. Чего тут скрываться, в столовую из библиотеки есть прямой проход по коридору. Всего три поворота, и она будет на месте, у дверей в обиталище вкусной еды.
А еще, но только тайно, она с симпатией думала о своем неожиданном репетиторе драконьего языка. Насколько он был красив, настолько и характер оказался легким, немного застенчивым, и вполне себе благородным. Может, он действительно принц? Мало ли есть небольших королевств на двух людских материках. На ашша, с третьего материка, он в любом случае не похож…
Мысли невольно скакнули на желтые глаза уже дважды виденного мужчины, и вдруг ее размышления грубо прервали. Котомку с тетрадями резко дернули, словно пытаясь снять, а на деле потуже затягивая лямку на шее, и девушку быстро потащили прочь.
Кровь шумела в голове, недостаток кислорода успешно вытянул наружу инстинкт выживания. Асана судорожно хваталась за душившую ее лямку, пережавшую ее горло, пытаясь оттянуть ее хоть чуточку и вдохнуть кислород. Вдобавок, на этой лямке ее и тащили по полу. Увидев, что она начала бороться, и пальцы все глубже оттягивают лямку, тащивший ее в раздражении дернул еще сильнее, словно перекручивая тканью шею. А второй стукнул по голове увесистым камнем. И сознание Асаны угасло.
В себя она пришла словно тут же, через секунду, и шею все так же душила лямка.
Задохнуться она не успела. Натяжение ослабло, и она отпрянула прочь, выпутавшись из тряпичного плена. С пола подняться не хватало сил, она кашляла и кашляла, вдыхая в иссушенные легкие обжигающий воздух. В голове билась настойчивая мысль — надо как можно быстрее выяснить, кто ее притащил и зачем. Годы в лагере повстанцев на всю жизнь вдолбили условный рефлекс — жива, значит, можешь выбраться из любой передряги. И желательно как можно быстрее.
Она огляделась, стараясь охватить весь горизонт событий, чтобы мозг начал думать над выпутыванием из этой грязной ситуации.
А с принцессой Паираты она другой вряд ли будет. Красивая брюнетка стояла совсем рядом, и презрительно кривила губки. На ней было очередное баснословно дорогое платье, и украшения, на которые вполне можно было купить небольшой город. Рядом с ней стояла ее прилипала-подружка, стараясь так же кривить тонкие губы. Блондинки всегда казались Асане словно молью поеденными, бесцветными такими. А вторая, черноволосая высокая девица, стояла чуть дальше, у стены с каким-то устройством. Странные повадки делали ее похожей на телохранительницу.
А два кавалера принцессы довольно потирали руки. В прямо смысле, шелковыми платками вытирая руки после плебейки. Один тащил, второй ударил камнем.
Асана приподнялась на локтях, за пару секунд изучив обстановку. Потрогала голову, руки оказались спутаны лямками ее же котомки, она поначалу не заметила, только сейчас начала приходить в себя. Липкие волосы. От крови, наверняка. Руки дрожали от абсурдности происходящего, но в голове уже крутились планы побега отсюда. И, возможно, планы мести.
— Значит, так, несносная дрянь, — рассудительно произнесла принцесса, глядя на девушку свысока, — ты испортила мне платье в первую нашу встречу, и покалечила моих мальчиков во вторую. За это ты будешь наказана высочайшей волей, моей, принцессы Катании Ассальской и Геверской.
— Что за бред, — прокаркала охрипшим голосом Асана, силясь подняться. Это казалось дешевым фарсом.
— Ты, подзаборная шваль, — высокомерно произнесла принцесса, — приговариваешься к смерти, и больше никогда не будешь портить мое настроение своим презренным видом.
— Ты что, с ума сошла? — охнула Асана. Она наконец села и увидела, что находится на шатком помосте над большой широкой ямой. Не только голова кружилась у нее, скорее вот эта неустойчивая конструкция. Держали помост цепи, сходившиеся наверху на крюке. А от него шла веревка, прямо к той конструкции, у которой стояла черноволосая телохранительница.
Лицо Катании исказилось от гнева, и она резко махнула рукой, приказывая подруге опустить рычаг. Та мгновенно повиновалась, и крюк резко наклонился, натягивая две спаренные цепи, и ослабляя две другие. Навес опрокинулся, и Асана полетела вниз, во тьму.
Давным-давно, когда Асана еще только познавала новый мир, оправившись после продолжительной болезни, бабушка Нэра взяла ее в ближний город на ярмарку. А там в тот день давали представление бродячие артисты. Артисты немного владели магией, и ее хватало на смешные фокусы. Асана смеялась, хлопала в ладоши таким забавным чудакам, и даже бросила им пару монет, что бабушка выделила ей на сладости.
А в конце представления на деревянный помост вышла хрупкая девушка, затянутая в разноцветные шелка с ног до головы. Раздалась медленная ритмичная музыка, и девушка начала танцевать. Сначала медленно, в такт музыке, потом все быстрее и быстрее, ее одеяния кружили вокруг, создавая ореол то ли бабочки, то ли экзотической птицы. Музыка ускорялась, и вдруг девушка-птица взмыла вверх, крыльями-платками помахивая в стороны, и продолжила свой танец в воздухе. Это было восхитительно красиво. И даже волшебно. Казалось, сам воздух перебирает струящийся шелк, заставляя его взмывать выше и дальше. А девушка танцевала, снова становясь то птицей, то бабочкой.
Она поднялась невысоко, и в воздухе оставалась недолго. В конце она многослойно одним за другим укуталась своими платками, и бутоном розы опустилась на помост. Притихшая толпа взорвалась хлопками и звоном монет. Это было достойное завершение представления.
Асана с того времени словно заболела полетом в воздухе. Это зрелище настолько ее поразило, что она долго выспрашивала бабушку, как же ей научиться летать.
С той поры девушка и узнала, что левитация бывает врожденная, наподобие дара, как у Асаны с иллюзиями, и бывает приобретенная. Но для этого надо учиться в Академии, там преподают это высокое искусство. Сама Нэра левитировать не умела. Пыталась научиться давно, в прошлом, но так же не удалось. Тут книги почему-то не помогают, нужен наставник. А еще взрослый развитый дар магии, подростка никто учить летать не станет, а у ребенка сил не хватит.
С той поры Асана прочитала несколько книг, где упоминались заклинания левитации, давались схемы содействия и воздействия, вычерчивались магические схемы и векторы направления. Но Асана их так и не поняла. И ничего у нее не выходило. Да и сами заклинания оказывались очень длинными, по две-три страницы. Учить их было очень непросто. И все равно они не помогли. Левитацию девушка так и не освоила. Наверное, бабушка права, еще рано.