Жаждущий мести (ЛП)

Kuso. Kuso. Kuso.
Аугусто протягивает руку и рычит:
— Нож.
Охваченная ужасом, я наблюдаю, как один из его людей протягивает ему клинок с зазубренными лезвиями. Не сводя глаз с Кэнтаро, Аугусто хватает его за шею. Он крепко удерживает его на месте, и, когда подносит нож к горлу, мой охранник пытается отстраниться, хватая Аугусто за руку.
Мое сердце бешено колотится в груди, когда я вскакиваю на ноги. Повернувшись, чтобы убежать, я слышу дикое рычание Аугусто. Он медленно вонзает нож в шею Кэнтаро, пока острие не выходит с другой стороны.
  
Глаза Кэнтаро расширяются от шока и на мгновение останавливаются на мне. Каким-то образом ему удается простонать:
— Беги!
Мой разум отчаянно пытается осознать происходящее, но тело слушается, поэтому я со всех ног бегу к выходу.
— Схвати этого ублюдка! — рычит Аугусто, и страх, который вселяет в меня его угрожающий тон, заставляет меня бежать еще быстрее.
Как только я добегаю до выхода, что-то ударяется о металлические двери рядом со мной.
— Не убивай его, мать твою!
От страха я оглядываюсь, и когда мой взгляд встречается со взглядом мужчины, которому, судя по всему, около тридцати, он врезается в меня, сбивая с ног.
Мое плечо ударяется о землю с такой силой, что из легких вылетает весь воздух. Я чувствую, как плечо выскакивает из сустава, и по руке, шее и верхней части тела проносится волна мучительной боли.
Я все еще пытаюсь глотнуть воздуха, превозмогая боль, когда меня поднимают на ноги и тащат обратно в ангар. Безжизненное тело Кэнтаро теперь лежит в луже крови, которая медленно растекается по земле.
Меня охватывает ужас, и я готовлюсь к тому, что меня заставят преклонить колени, чтобы Аугусто убил и меня. Но вместо этого я остаюсь стоять перед этим устрашающим мужчиной, который своими размерами напоминает медведя.
Я не могу удержаться и смотрю в пустые глаза Кэнтаро.
Мои губы приоткрываются, и я даже начинаю подумывать о том, чтобы взмолиться о пощаде. Мне хочется сказать им, что я не Рё, но тут в мою голову закрадывается более ужасающая мысль.
Они могут сотворить со мной гораздо худшие вещи, если поймут, что я женщина.
Последние десять лет я хотела только одного – быть нормальной девушкой. Я хотела носить красивые платья и краситься, отрастить длинные волосы и ходить на свидания.
Но когда группа опасных мужчин окружает меня, я понимаю, что сейчас лучше всего притвориться мужчиной.
Я должна продолжать играть свою роль.
Я никогда раньше не дралась, особенно с жестоким боссом мафии. Но, понимая, что этого от меня и ждут, с рычанием бросаюсь вперед. Я замахиваюсь кулаком, целясь в лицо Аугусто, но он мгновенно вскидывает руку и останавливает меня, схватив за предплечье.
Этот мужчина почти вдвое больше меня. Он делает шаг в мою сторону и пристально смотрит мне в глаза.
Видя в его зеленых радужках обещание боли и жажду мести, я понимаю, что мне предстоит много страданий, прежде чем они убьют меня.
Мне не подарят быструю смерть, как Кэнтаро и Масаки.
Его кулак врезается мне в ребра, и весь воздух снова вырывается из моих легких, когда жгучая боль пронзает всю грудь.
Меня швыряют на землю, и когда я пытаюсь удержаться левой рукой, то вспоминаю о вывихнутом плече. Оно подгибается, и весь мой торс пронизывает острая боль.
— Жалкий ублюдок, — говорит Аугусто, глядя на меня с отвращением. — Разве твой отец не учил тебя драться?
Я отказываюсь отвечать на вопрос и вместо этого с трудом поднимаюсь на ноги. Голова кружится, и кажется, что меня вот-вот стошнит, но потом это чувство проходит.
Каждый вдох причиняет боль, но я все равно заставляю себя дышать.
Аугусто протягивает мне устройство.
— Разблокируй его и позвони отцу.
Я смотрю на свой телефон. Он нужен мне только для звонков Масаки и охранникам, а еще для игр. Номера отца у меня нет, и я никогда с ним не связываюсь.
Они убьют меня, если поймут, что я бесполезна.
Эта мысль вызывает во мне новую волну страха, и я плотно сжимаю губы, отказываясь говорить.
Мужчина, который схватил меня и вывихнул плечо, подходит ко мне и говорит:
— Аугусто, этот ублюдок лапал мою сестру. — Он окидывает меня безжалостным взглядом. — Думаю, будет справедливо дать мне возможность первым разговорить его.
Нет. Боже, его сестра, должно быть, Джианна. Он, наверное, думает, что в клубе я хотела причинить ей боль, а не помочь.
Аугусто кивает брату Джианны, а затем бросает мой телефон другому мужчине.
— Я сделаю пару звонков. Оставайся с Энцо, Раффаэле.
— Да, босс.
— Энцо, — говорит Аугусто, а затем ждет, пока брат Джианны повернется к нему. — Не убивай его.
Kuso.
Когда Аугусто направляется к выходу, Энцо наступает на меня. Инстинкт велит мне бежать и попытаться спасти свою жизнь, но тут огромное тело Энцо врезается в меня, и я падаю на землю. От удара перехватывает дыхание, и я начинаю икать, чувствуя жгучую боль.
Я извиваюсь всем телом и начинаю бить и царапать брата Джианны.
Я пыталась ей помочь!
Его кулак снова и снова бьет меня по лицу, и, к счастью, я теряю сознание.
  
Глава 6
 
Юки
Лежа на холодном, твердом бетоне, я пытаюсь дышать неглубоко, превозмогая мучительную боль в груди.
Моя уплотненная рубашка сильно сдавливает мои сломанные ребра.
Сколько времени прошло?
Два дня? Три?
Всякий раз, когда меня оставляют одну, я пытаюсь найти выход из ангара, но все двери заперты, а окон тут нет.
Некоторое время назад я услышала шум машин и приглушенные голоса. Вскоре раздался гул двигателей частного самолета, и когда он взлетел, в мое сердце закралась надежда.
Они ушли?
Однако моя надежда была недолгой. Тяжелые двери ангара распахиваются, и я, подавляя стон, начинаю с трудом подниматься на ноги. Моя левая рука практически не двигается, а тело ослабло от пыток и отсутствия еды. Они дали мне только две бутылки воды, но, к счастью, у меня было немного уединения, когда мне разрешили воспользоваться туалетом.
Меня охватывает сильное головокружение и я слегка трясу головой, чтобы привести мысли в порядок, покачиваясь на нетвердых ногах.
— Сообщи мне, когда частный самолет приземлится в Нью-Йорке, — слышу я голос Аугусто.
— Конечно, босс, — отвечает Раффаэле.
От одного только голоса Аугусто в моей душе зарождается паника, а сердцебиение мгновенно учащается.
Когда Аугусто подходит ко мне, его взгляд медленно скользит по всему моему телу.
— Дерьмово выглядишь. Готов позвонить отцу?
Я качаю головой, а от быстрого дыхания грудь сжимается, словно ледяные осколки вонзаются в мои легкие.
Мои ноги подкашиваются, и я падаю на холодный бетонный пол. От этого по моему телу прокатывается новая волна боли.
Сделать следующий вдох не получается, и паника накрывает меня с головой.
Чувствуя, как рубашка сдавливает грудь и мешает дышать, я, не раздумывая, пытаюсь снять с себя ее.
Сначала на землю летит толстовка. А когда мне, наконец, удается натянуть ткань рубашки на голову, меня охватывает такое сильное головокружение, что перед глазами все темнеет.
Сжимая уплотненную рубашку правой рукой, я едва сдвигаю ткань на пару дюймов. Поняв, что снять ее мне не удастся, я тихонько всхлипываю.
Аугусто
Что. За. Херня.
Несколько секунд я не могу понять, на что смотрю. Но у меня нет времени разбираться, во что, черт возьми, одет Танака, потому что ему становится трудно дышать.
— Господи! — восклицаю я, опускаясь рядом с ним.
  
Не желая, чтобы он умер у нас на глазах, я хватаю странную рубашку и, когда снимаю с его головы чертовски плотную ткань, он издает мучительный крик, от которого у меня мурашки бегут по спине. Я бросаю эту удивительно тяжелую рубашку на землю и смотрю на него, чтобы убедиться, что ему стало легче дышать.