Гранд-адмирал. Том шестой. Часть 4 (СИ)

— Как долго?
— Вплоть до тех пор, когда на Тимиру не прилетела еще одна банда боевиков «Консорциума», желая украсть что-нибудь ценное. Клонирующие цилиндры или их оборудование стоят дорого, но только лишь в комплекте. Этого они не знали. Зато просветили меня о том, что я проторчал на Камино больше пяти лет. От них я узнал, что Император и Дарт Вейдер погибли, — значит он говорит о том, что произошло уже после Эндора. — Я понял, что никто не придет. Не будет приказов. Я прожил пять лет в ожидании того, что не случится. Я был не нужен Вейдеру.
Расточительно.
Но… как ни странно, объяснимо.
— Дарт Вейдер искал своего сына, — произнес я.
— Это я узнал уже позднее, когда захватил транспорт боевиков и покинул Камино, — подтвердил Темный Ученик.
— Кстати о нем, — решил не упускать время я. — Корабль, на котором вы прилетели, не принадлежит к флоту «Консорциума Занна».
— Да, — легко согласился клон. — Я взял его на Корусанте. Он принадлежал Палпатину. О, — на его лице появилась суровая улыбка. — Вижу, что вас можно еще удивить, гранд-адмирал.
Речь про этого красавчика. Ага, я традиционно ничего ничего не выдумал, а скомуниздил копипасту из Вукипедии. У Палпатина в самом деле имелся такой же, как у Мола. Только лучше.
— Есть вещи, которые и мне неизвестны. Расскажете о корабле?
— Я прилетел на Корусант в надежде найти хоть что-то, что мог оставить Дарт Вейдер для меня.
— Почему посчитали, что такое в принципе возможно?
— Я ничего другого и не знал об этом мире, — клон изобразил пожатие плечами. — Я надеялся, что не был просто забыт. Оказалось, что не так.
— Этому есть документальное подтверждение? — поинтересовался я.
— Дворец Дарта Вейдера находился недалеко от Императорского, — сказал Гален. Из охраны — элитные штурмовики, да тренировочные дроиды. Я потратил несколько лет, чтобы понять как туда проникнуть. Оказалось, что зря, — он горько усмехнулся. — Когда я решился на проникновение с помощью банды грабителей, Альянс Повстанцев атаковал Корусант и большая часть сил нашла себе занятие поинтереснее. Мне же хватило простой оптической маскировки, которую мне дал Вейдер, чтобы иметь преимущество от визуального и сенсорного обнаружения противником.
Да, интересная и крайне дорогостоящая технология — наши техники уже изучают ее.
Сделана на основе стигия.
Персональное маскировочное поле… Интересная технология, нам пригодится. Знать бы еще кто ее разработал.
Потому что уж точно Убикторат о ней не ведал, а на маскировку теневых штурмовиков Кронала она не походила в принципе.
— И откуда у вас деньги на найм грабителей? — спросил я.
— Найм? — искренне удивился Марек. — Я убил их лидера и запугал остальных. Впрочем, их я тоже убил. После того, как их ледорубы вскрыли для меня ядро данных Вейдера.
— Ведь вас учили не оставлять свидетелей, — кивнул я.
— Именно.
— Что было дальше?
— Я пробыл там какое-то время, копируя информацию и перенося то, что счел ценным в найденный в ангаре «Ятаган». Если вам интересно, то Палпатин подарил его Вейдеру после того, как во время военного мятежа генерала Гентиса на Корусанте…
Я понимал о чем он говорит.
В год создания Империи, глава военных академий нового государства, генерал Гентис поднял мятеж, который едва ли мог увенчаться успехом.
Он и его кадеты прибыли на Корусант, после чего попытались захватить власть, убив Палпатина, Вейдера и Таркина.
Им не удалось — все трое бежали в отдаленную джедайскую тюрьму, где набрали из отбросов Войн Клонов боевой отряд, с которым и устранили мятеж, пока тот не разросся.
Учитывая страсть Вейдера к технологиям, которые летают быстрее птиц, немудрено, что от подарка он не отказался.
«Ятаган» Дарта Мола, так же известный как «ситский Лазутчик» в свое время являлся великолепным образцом технологий.
 
Раз у Палпатина был такой же, то не в пример лучше и более продвинутый, чем у его нерадивого ученика.
— … в знак благодарности за свое спасение, — продолжал клон. — Благодаря системам невидимости я смог покинуть Корусант со всем, что меня заинтересовало в крепости Вейдера.
Если под «все, что меня заинтересовало» клон имел ввиду огромное количество весьма заинтересовавших Темную Стражу артефактов, датакронов, джедайских мечей и артефактов, включая несколько голокронов и незавершенный прототип боевого костюма, напоминающий мне тот, что носил сит древности, Дарт Малгус, то да, его слова соответствуют действительности.
— Надо полагать, параллельно разрушив ее?
— После того, что я изучил о себе, о Люка Скайуокере, о том, что Вейдеру я в принципе уже не был нужен, потому что даже одиннадцать тридцать восемь его не интересовал, это было единственным решением, чтобы покончить со своим прошлым, — сказал клон.
— И что же вы узнали? — поинтересовался я. — Что Гален Марек в самом деле мертв?
— Я знал это и ранее, — ответил клон. — Вейдер продемонстрировал мне его тело еще до сражения с одиннадцать тридцать восемь, рассказав кем Марек был, в чем его слабости и почему я лучше него. И почему я лучше одиннадцать тридцать восемь.
И ведь не врет.
В известных мне событиях я натыкался на подобную информацию при прохождении второй части игры «Сила необузданная».
«Уот так вот» это было в дополнениях к игре.
— И почему же? — заинтересовался я.
— «Сомнений нет. Это тот самый. Стабилен там, где другие терпят неудачу, прекрасно контролирует ситуацию. Я едва могу сдерживаться. Кажется, мне, в конце концов, может быть позволено вернуться к моей семье. Я смотрю на него как на своего рода спасение. Я не единственный. Он привлек значительное внимание…», — продекламировал мне клон. — Знаете что это за слова?
— Похоже на личные заметки. Но Дарт Вейдер не обладал сентиментальностью к своим ученикам.
— Это запись за номером пятьдесят один 51 в журнале ведущего специалиста по клонированию о моем прогрессе, — пояснил Темный Ученик. — Меня создали, как и других до меня, в качестве исключительно совершенной и послушной замены, которая заняла бы место Марека. До меня было несколько сотен клонов, каждый из которых был создан по экспериментальной технологии ускоренного роста. Мы все были обучены с использованием вспышек памяти из жизни оригинального Марека. Эти предшественники так или иначе не оправдали ожиданий, либо из-за генетических дефектов, либо поддавшись эмоциям своего шаблона, впоследствии чего были отброшены и уничтожены.
Фактически он повторяет все тоже самое, что он уже говорил.
И нет, маловероятно, что клон страдает провалами в памяти или наслаждается болезнью Альцгеймера, каждый день узнавая этот прекрасный новый мир с самого начала.
Он подчеркивает это.
Как латентный мазохист, который срывает раз за разом корку на ранке, просто потому, что делал так раньше, так и клон повторяет слова о том, кто он есть и для чего создан.
Эта та боль, которая дает ему силы.
Злость, которая ведет по пути Темной Стороны.
— После своего пробуждения я столкнулся с воспоминаниями Марека, в частности с чувствами к своему бывшему пилоту, имперскому, ставшему мятежником, капитану Джуно Эклипс, — продолжал Темный Ученик. — Я сразу же поинтересовался о ее местонахождении, но Вейдер объявил, что она не имеет значения — все, что имело значение, это то, что нужно было сделать. Он пояснил, что я, как и любой другой клон унаследовал воспоминания, мысли и мечты сломленного человека, гораздо менее могущественного, чем тот, кем мне надлежит стать. В качестве побочного эффекта процесса клонирования, как мне сказал Вейдер, я обладал не только навыками, но и слабостями своего генетического шаблона.
Хм…
Зафиксируем эту мысль.