Где сокрыта библиотека (ЛП)

— Ну, если ты настаиваешь, — проворчал Абдулла. — Я бы еще хотел хлеба…
— Что насчет тахини? — спросила она, ее улыбка оставалась неподвижной. — В первую очередь овощи?
Абдулла тяжело вздохнул, но следом тепло захихикал.
Фарида взяла фотоаппарат, лежащий недалеко от нее, и сделала снимок улыбающегося дедушки.
Амаранта наклонилась к ней и спросила:
— Могу я сделать следующий снимок?
  
Фарида кивнула, передавая ей устройство.
— Возьми что-то из того, что ты ешь.
— Еду? — Амаранта сморщила нос, глядя на свою тарелку. — Кому будет интересно на это смотреть?
— Кому-нибудь, — сказала Фарида, засмеявшись. — Или никому, но это отличный объект для практики. Он не отрастит внезапно ноги и не убежит из кадра.
Эти двое стали хорошими подругами во время ежедневных визитов в тюрьму к дяде Рикардо и Абдулле. Амаранта взяла фотоаппарат в руки и сделала снимок. Затем она посмотрела в мою сторону, перенаправила объектив и быстро щелкнула меня.
— Я была не готова, — возмутилась я.
— Знаю, — холодно ответила Амаранта. — Это будет твой самый нелепый снимок.
Уит разразился хохотом, а я уставилась на кузину через весь стол. Я подумывала о том, чтобы выплеснуть в нее содержимое своего бокала, но это было бы пустой тратой отличного вина. Я вздохнула и взяла вилку, желая насладиться последний трапезой с родными, прежде чем мы все разъедимся в разные стороны света.
— Мистер Уит! — воскликнул Карим.
Мой муж обернулся к Кариму, который сидел по другую от него сторону.
— Да?
— Абдулла купил мне три кувшина меда, — сказал он.
— Значит, он дал тебе компенсацию, — сказал Уит, смеясь. — Он запретил тебе есть мед из гробниц?
Карим глубокомысленно кивнул.
— Я не должен употреблять древние реликвии.
— Прекрасный девиз36 для жизни, — не менее глубокомысленно заметил Уит.
Карим нахмурился.
— Что такое девиз?
— Это итальянское слово, означающее… — начал Портер.
Открылась дверь, и я хотела попросить, чтобы нам принесли еще одну бутылочку вина, но это оказался не наш официант. Вошел месье Масперо. При виде нас всех, он смутился. Мне не нужно было смотреть на остальных, чтобы понимать, что никто не встретил его с особой радостью или теплом.
— О, — произнес он. — Pardon. Я не знал…
— Что вам нужно, сэр? — холодно спросила я. Никогда не прощу ему произошедшего с моим дядей и Абдуллой.
Он покачал головой, его щеки покраснели.
— Прошу прощения, что прерываю вас. Вижу, что это семейное…, — он прервался, нахмурив брови на беззастенчивую улыбку Карима. — Семейное мероприятие. Я зашел только для того, чтобы сообщить вам о новостях в деле Лурдес.
Внезапная тишина опустилась на комнату. Больше не было слышно ни стука вилок и ножей от тарелки, ни тихих разговоров, ни звука затвора камеры Фариды. Рука Уита стиснула мое бедро.
Я глубоко вздохнула, нервы вились в животе, и я сказала вошедшему за Масперо официанту:
— Пожалуйста, принесите еще один стул.
Месье Масперо неловко замер у стола, спрятав руки в карманах, пока ему не принесли стул и не поставили рядом с Абдуллой.
— Лурдес раскрыла местонахождение Клеопатры и реликвий, что находились в ее гробнице, — начал месье Масперо. Мой взгляд скользнул по лицу Абдуллы. Отчаяние было вытравлено в каждой морщинке на его лбу. — Она заключила сделку с сэром Ивлином, и с тех пор ей разрешили покинуть тюрьму и посадили под домашний арест, где она останется до конца своих дней.
Уит напрягся, схватившись за рукоять столового ножа.
— И как долго это продлится, прежде чем она сбежит?
— Мы обеспечили большое количество охраны, — защищался месье Масперо.
— Словно она не сможет никого подкупить, — пренебрежительно заметил дядя Рикардо. — Моя сестра — искусная манипуляторша. Она способна очаровать даже полено.
— Возможно, ее стоит вернуть в тюрьму, — добавил Абдулла. — Там не так много выходов и возможностей завязать с охранником разговор.
— Я пытался, — признался месье Масперо. — Но сэр Ивлин настоял на том, чтобы леди было комфортно, после того как рассказала обо всем, что знает. Но не переживайте, я сделаю все, что в моих силах, чтобы предотвратить побег.
Уит молча сидел рядом со мной. После ареста моей матери мы долго обо всем разговаривали, в том числе и о событиях, произошедших со дня нашей первой встречи и о его роли в делах моего дяди. Я знала, что он думает о том, как сэр Ивлин нанял шпиона для наблюдения за передвижениями моего дяди и Абдуллы. До сих пор мы не знали, кто это может быть.
Это мог быть мой отец, в роли мистера Стерлинга, или мистер Финкасл в партнерстве с моей собственной матерью. Учитывая, как сэр Ивлин помогал маме, стало очевидно, что их с моей матерью и ее любовником связывали какие-то отношения задолго до ее ареста. Они вполне могли обратиться к нему с инициативой отобрать возможность у дяди и Абдуллы заниматься раскопками. А может, с самого начала это был план сэра Ивлина.
Мы никогда не узнаем наверняка. Зато мы знали, что сэр Ивлин теперь имеет доступ к одной из величайших исторических находок века. Один взгляд на мрачное выражение лица Уита подсказал мне, что он пришел к таким же выводам.
— Вы должны знать, что сэр Ивлин все это время мог сотрудничать с Лурдес и ее любовником, — прорычал Уит. — Мистеру Финкаслу потребовалась бы рабочая сила, чтобы захватить место раскопок!
— Но разве эти раскопки не были зарегистрированы в департаменте древностей? — возразил месье Масперо. — Ну-ну, думаю, всё закончилось как нельзя лучше. Артефакты оказались там, где и должны быть — в надёжных руках — и вам повезло, что Лурдес взяла на себя полную ответственность за кражу.
— Что? — спросил дядя Рикардо.
Месье Масперо кивнул.
— Она призналась, что это была её идея — скрывать, где именно команда решила копать. Она настояла на том, чтобы я освободил вас и вашего делового партнера. — Он развел руками. — Так я и поступил, а теперь пришел принести извинения за ваш арест.
Мой дядя захлопнул рот.
— А за жестокое обращение? — вмешалась Фарида.
— Да, это был несчастный случай, — пробормотал месье Масперо. — Я постараюсь разобраться в этом деле и проведу полное расследование.
— В этом нет необходимости, — произнес Абдулла мягким голосом. — Может быть, в следующем сезоне вы дадите нам разрешение на проведение раскопок в любом месте?
Губы месье Масперо дрогнули.
— Думаю, это возможно, — затем он отодвинул стул и поднялся на ноги. — Спасибо за уделенное время во время семейного мероприятия. Любопытно узнать, по какому поводу?
— Это прощальный ужин, — сказала тетя Лорена. — Завтра утром мы возвращаемся в Аргентину.
— А, тогда bon voyage, — сказал месье Масперо а затем повернулся и взглянул на меня. — Египет потеряет нечто драгоценное с вашим отбытием, мадемуазель. Надеюсь, вы когда-нибудь вернетесь?
— О, я не собираюсь уезжать, — бодро ответила я.
Уит вычерчивал круги большим пальцем на моем бедре.
— Мы останемся в Египте, чтобы продолжать работать вместе с Рикардо и Абдуллой. — Он ласково посмотрел на меня, и я положила голову ему на плечо.
— Я нанесу вам визит после медового месяца, чтобы заручиться поддержкой фирмана на весь следующий год, — сказала я. — Полагаю, мы смотрим в сторону пирамид.
Месье Масперо побледнел, а я рассмеялась.
УИТ
Утреннее солнце освещало поверхность моего рабочего стола. За одним из многочисленных окон моей лаборатории на многие километры вперед простирался Нил, на водах которого покачивались дахабии и фелюки. Из сада доносился голос Инез, когда она звала наших непослушных котов, Архимеда и Мемфиса. Они ненавидели, когда им указывали, что делать.
  
Точь-в-точь как моя жена.
Я заставил себя вернуться к Хризопеи Клеопатры, посмотрев на Уроборос — змею, поглощающую саму себя. Рядом с трактатом лежали стопки книг по химии и тексты древних алхимиков, которые до меня пытались достичь невозможного.