Последняя история Мины Ли

– Ну, можно и так сказать, – кивнула Марго, осознав, что любовник вдовы – водитель. Ей не терпелось поделиться этим с Мигелем.
– Мы никогда не встречались? Вы… кажетесь знакомой.
Миссис Ким была просто писаной красавицей, ее лицо соответствовало идеалам корейской красоты – овальное, фарфоровое, без единой морщинки, с острым подбородком, прямым носом и круглыми, как у ребенка, глазами. Однако на этом идеальном лице застыло безучастное выражение, будто его владелица больше ничего не чувствовала или была заперта в этой прекрасной оболочке. Она была похожа на искусственно созданную идеальную женщину – неземную и роскошную, покрытую мягким мехом.
  
Марго внезапно с болезненным смущением подумала о своих грязных носках, бледном лице без макияжа, неухоженных ногтях. Глубоко вздохнув, чтобы собраться с мыслями, она начала:
– Даже не знаю, с чего начать…
Вновь появился любовник-водитель.
– Не хотите ли чего-нибудь? Я завариваю себе чай.
– О, нет, спасибо, – ответила Марго. – Хотя… какой чай?
– Зеленый?
– Почему бы нет.
Он кивнул и вновь удалился. Миссис Ким внимательно всматривалась в лицо Марго, словно пытаясь вспомнить, где видела ее раньше.
– В общем, пару недель назад… – Марго прочистила горло. – Я обнаружила тело матери у нее дома в Корейском квартале. Просматривая ее вещи, я нашла в конверте некролог вашего мужа.
– Что?! – У миссис Ким отвисла челюсть.
– Пожалуй, тут нужно небольшое отступление. Я выросла в Корейском квартале и никогда не знала своего отца. В восьмидесятых моя мама работала в каком-то супермаркете и забеременела от коллеги, который сразу после того уехал из города. Я ничего о нем не знала, а когда увидел фотографию вашего мужа в некрологе, то…
Миссис Ким застыла, широко раскрыв глаза.
– А потом подруга матери подтвердила, что он мой отец.
– Как звали вашу маму?
– Мина. Мина Ли.
– О боже мой! – воскликнула миссис Ким, с внезапной досадой хлопнув ладонью по ручке кресла. Ее лицо покраснело, челюсти сжались. – Так вот кто она!
Опять появился водитель.
– Прошу, ваш чай, – сказал он, протягивая Марго изящную чашку цвета слоновой кости на блюдце, и сразу же ретировался.
Повисла неловкая тишина, которую наконец прервала миссис Ким:
– Мы с мужем… мы были не совсем… обычными.
– В каком смысле?
– Мы всегда были очень открыты.
– Вы хотите сказать?..
– Открыты в наших отношениях.
Марго чуть не поперхнулась чаем.
– Вы были свингерами?!
– Нет, не в этом смысле, – усмехнулась миссис Ким. – Просто у нас были… гибкие отношения.
– А, вы хотите сказать, у вас были открытые отношения?
– В общем, да.
– Очень современно.
Марго поставила чашку с блюдцем на стеклянный кофейный столик рядом с идеально расставленными, нетронутыми книгами, похожими на памятник предсказуемого вкуса – модные фотографии известных людей, моделей Шанель и черно-белые снимки Парижа.
– В общем, летом муж сильно заболел. У него был рак. И я видела в телефоне… – ее голос дрогнул, – он часто звонил некой женщине. Я подумала, ну и что, он же умирает? Пусть повеселится. – На ее шее пульсировали вздувшиеся вены. – Потом, когда он умер, я поняла… – Она возмущенно распахнула глаза. – Вы знаете, сколько он потратил на эту женщину?
– На мою маму?
– Да, на вашу маму, простите. Сожалею о вашей утрате. В общем… – Она стиснула идеальные зубы. – Вы знаете, сколько он потратил?
– Нет. Не знаю. Я совершенно не понимаю, о чем вы говорите. – У Марго в груди образовался ком. Какие деньги? Что за ерунда?
– Он нанял частного детектива, с которым раньше работал, чтобы отыскать для нее какую-то информацию. Я обнаружила кучу квитанций…
– Что? – выдохнула Марго, только сейчас осознав, что сидела, затаив дыхание. Вновь взяв чашку, она сделала глоток чая, который уже остыл и теперь имел слабый металлический привкус. – Зачем ей понадобился детектив? – Она покачала головой. – Дорогих вещей он ей не покупал. В ее квартире нет ничего ценного.
– Этот детектив работает с людьми по всей Корее, находит пропавших людей – членов семьи, которых разлучила война. Так мой муж узнал о своем отце. – Миссис Ким вздохнула. – Я не говорю, что ваша мама или ее семья не имеют значения, просто для меня она была незнакомкой, понимаете? Какая-то случайная женщина, которую он только что встретил.
– Вы знаете, что она выяснила? Или какую конкретную информацию он…
– Нет. Я порвала все бумаги, даже видеть их не хотела. – Раздосадованная, миссис Ким сжала переносицу кончиками пальцев.
Марго почувствовала укол разочарования от того, что никогда не узнает, что удалось разузнать детективу.
– Зачем только он так потратился? – возмутилась миссис Ким. – А теперь… теперь я понимаю.
– Не думаю, что он знал обо мне.
– Зато она была важным человеком из его прошлого. У них были какие-то более глубокие отношения. Может, он даже… любил ее, – заключила миссис Ким, прикусив губу, словно стыдясь самой себя.
Марго не знала, что на это ответить.
– Почему вы вышли за него? Вы когда-нибудь любили друг друга?
– Думаю, да. Но, знаете, он показался мне подходящим мужчиной для брака. Он был богат, а я нуждалась в стабильности. До него мне так часто разбивали сердце.
– Другие мужчины?
– Разные люди, – вздохнула миссис Ким. – Знаете, раньше я столько всего чувствовала. Только чувства опасны.
– Разве без них жизнь имела бы смысл?
– Ха! Вы такая сентиментальная. Прям как ваш отец. – Миссис Ким покачала головой. – Честно говоря, я никогда его толком не понимала. Он так от всех отличался.
– То есть?
Марго накрыло теплой волной, напряженные мышцы несколько расслабились. Узнав об отце такую крошечную деталь – эту черту характера, которую они разделяли, – она на мгновение почувствовала себя менее одинокой. Как же чудесно быть похожим на кого-то, переносить кого-то другого в своей крови и под кожей. Людей, которых вы, возможно, даже не встречали.
– О, во многих отношениях. Я не могу об этом сейчас говорить. – Миссис Ким осторожно вытерла кончиками пальцев внутренние уголки глаз и горько вздохнула. – Я действительно по нему скучаю. Простите, но у меня ужасно разболелась голова.
– Принести вам что-нибудь?
– Нет, нет, не нужно. – Миссис Ким покачала головой. – Я теперь осталась одна, мне так тяжело. – Она открыла глаза. – Он обо всем заботился, понимаете? О финансах, счетах. И что теперь? Наверное, придется продать все супермаркеты, а что потом?
Водитель стоял у широкой двери, выжидательно наблюдая за Марго. У нее волосы на затылке встали дыбом.
– Нужно все продать и начать путешествовать по миру, как вы считаете? Можно было бы поехать в Мачу-Пикчу. Я всегда мечтала там побывать. Вы там бывали?
– Нет, никогда.
– Говорят, там потрясающе.
– Могу я… могу я взять ваш номер? Может, когда вы будете готовы, до поездки в Мачу-Пикчу мы еще поговорим о… об отце? Мне бы хотелось побольше о нем узнать. Понимаю, как вам, должно быть, тяжело сейчас о нем говорить, но я почти ничего о нем не знаю. Например, что он делал все эти годы после того, как уехал из Корейского квартала, почему вообще оставил мою маму?
– Честно говоря, я и сама многого не знаю о его жизни до… до нашей свадьбы. Сонмин, дай девушке мой номер, ладно?
Водитель – Сонмин, очевидно, – кивнул.
– Спасибо за визит. Напомните ваше имя?
– Марго Ли. – Она встала.
– Спасибо. Какое красивое имя. Сонмин проводит вас.
Миссис Ким вышла из комнаты, потирая виски.
Проследовав за Сонмином в прихожую и снова натянув кроссовки, Марго передала ему свой телефон, чтобы он ввел номер миссис Ким. Когда он открыл дверь, повинуясь импульсу, Марго спросила:
  
– Может, вы знаете что-нибудь о моем отце? Когда вы начали на него работать?
Сонмин покачал головой.
– Пожалуйста, уходите. – Он попытался вежливо улыбнуться. – У нас сегодня много дел.