Бедовая для звездных маршалов (СИ)

— Госпожа Ворн, ну вы же понимаете, что самая серьёзная аномалия была на Нордеке. Мы не можем на весь космос утверждать на сто процентов…
— Когда командер вернётся оттуда, тогда и поговорим, — наконец уступаю я и пытаюсь выглядеть зловеще, перекатываясь в сторону выхода.
Девятый месяц беременности даётся мне тяжело, а малыш внутри явно обладает своей какой-то силой. Пока это только физическая, с которой он лупасит меня изнутри. Но все сканеры показывают иное тепловое поле вокруг меня, а это значит, что наши гены выйдут в нечто иное, чего сейчас знать наверняка ещё нельзя.
  
Дар проснётся около года — это в лучшем случае. В худшем, возможно, такое, что до вполне взрослого возраста силы будут в спячке. Обычно такое бывает, когда их либо слишком мало, либо, напротив, слишком много. Если признаться, меня больше волнует второе… Потому как дары четы Ворнов каждый по-своему уникален и редок. И необычайно силён. Не говоря уже о том, что случилось со мной на миссии год назад.
— Ай, — шиплю я, а удар приходится куда-то в печень.
Поглаживаю место удара, сцепив зубы. Выхожу из здания академии, моей временной обители. В связи с положением миссии мне противопоказаны собственным мужем и его братом. Это притом, что врач вполне разрешил короткие вылазки.
К слову, с Элиасом, который после Нордека ушёл полностью в карьеру, мы успели слетать на дальние уголки вселенной и усмирить парочку аномалий. С ним у нас крайне тёплые отношения. Я люблю его, я даже говорила ему об этом. Но Дариус… Он будто не оставляет места никому, кроме себя.
А слова Элиаса, однажды сказанные мне, об истинности, лишь доказывают, что ничто не способно изменить мои чувства к Дариусу Ворну и его ко мне. Вероятно, именно тогда я поняла этого парня и его желание броситься на каждую симпатичную девушку. Его сердце занято… и не мною, хоть и есть определённые чувства между нами. Некая платоническая любовь. Но быть его единственной я не смогла бы, как бы то ни было.
Безусловно, Элиас из тех, кто никогда не скажет прямо о себе, но если очень постараться, в его глазах можно всё прочесть. Теперь я это знаю и умею.
Отряд остался с ним, полностью под его командованием, включая Лиану, Аурелию и остальных ребят. Я, признаться, до конца не верила, что Дариус захочет оставить отряд. Но его желание семьи отчётливо сейчас виднеется в моём животе, размером с кратер. И, конечно, я солгу, если скажу, что несчастлива… Ощущение, что моя жизнь резко перевернулась. Один лишь взгляд в его цепкие глаза — и я пропала, получив совершенно иную судьбу. Сейчас это цельный, наполненный любовью, партнёрством и страстью мир. Без которого я уже не смогу.
Я многому учусь у мужчины, мне без малого кажется, что Дариус знает всё обо всём. Он в полной мере даёт ощущение заботы, и я чувствую себя маленькой девочкой в этих сильных руках, по-уютному обнимающих меня.
Смотрю на огромный таймер на здании академии и понимаю, что сейчас, по идее, могу доехать до Дариуса в управление или домой. Однако мысли останавливает чёрный матовый космолёт последней модели.
Ну куда ещё пафоснее.
— Эй, малышка, ты ещё не утомилась таскать мою племянницу? — голос Элиаса звучит с привычной ухмылкой.
— И я тебе рада, Эл, — морщусь, но иду ближе, пока он запускает открытие ступени для меня.
— Ну как вы там? — как только я оказываюсь внутри его космолёта, он кладёт руку на мой живот.
Они все так общаются с ребёнком. И когда я говорю «все», я имею в виду всех моих Ворнов. Будто они видят или слышат то, что происходит внутри.
— Потихоньку… Мой мобиль стоит за зданием, — говорю я ему, на что он скептически вскидывает бровь: — А, поняла…
Закатываю глаза, потому что знаю, по чьему приказу он тут, учитывая, что у Элиаса перерыв в связи со скорым рождением малышки.
— Твой брат слишком суетится, — всё же озвучиваю я.
Эл усмехается и качает головой.
— Мой брат в двух шагах от того, о чём на подкорке мечтал, — бросает мимолётный взгляд на меня, поднимая вверх космолёт.
— О чём?
Совершенно не представляю, о чём идёт речь.
— О семье, — просто пожимает плечами Элиас: — Всегда говорил мне, что это не для него… Он не создан… А на самом деле Дариус — тот, кому необходимо заботиться о ком-то. Он просто не может иначе. Сначала это был я, затем отряд, — с такого ракурса я, признаться, не смотрела: — …Теперь самое главное, что у него есть — вы.
— Да, но мы ещё и станем теми, кто будет заботиться о нём, — отвечаю, посмеиваясь, потому что знаю, как муж не любит, когда забота проявляется слишком гипертрофированно.
Элиас тоже смеётся, поняв мой намёк. Мы иногда, когда собираемся вместе, можем себе это позволить. В конце концов, мы младше Дара, и очевидно, ему об этом напоминаем.
До нашего дома, стоящего практически в самой глубине Элизиума, подальше от чужих глаз, мы долетаем за несколько мгновений. А когда космолёт, наконец, приземляется на площадке у нашего блестящего хромом дома, я уже вижу в дверях свои любимые черты: упрямый подбородок, нахмуренные брови и угрюмый взгляд.
Буквально утопаю в мужчине, просто глядя на него. Волоски встают дыбом, и по коже бегут мурашки только от одного его вида. Это необъяснимая и какая-то фантастическая любовь к нему, каким бы ворчуном он ни был, как бы ни пытался оградить от всего и настаивать на своём. Я просто безоговорочно и навечно влюблена в него.
Элиас вылезает первым, помогая мне спуститься. А Дариус тут же шагает к нам.
Дом.
Говорят, дом там, где мы. Но нет. Мой дом — они. Двое братьев, но один муж — мужчина, который ворвался бурей и забрал моё сердце, не спросив и остановив для меня время. И второй — настоящий друг, защита, которая дарит ощущение, что бы ни случилось, мы не одни. Всегда есть он, который придёт на помощь, и даже если когда-нибудь мы вернёмся к миссиям, мы знаем: наша малышка не будет одна. У неё будет Элиас, у неё будет свой щит.