garden (СИ)

Мэнди замирает, а потом осторожно спрашивает:
— Ты ведь помнишь, что мы вместе всего несколько месяцев? Это слишком… Быстро?
— А я уже люблю тебя. Я не говорю, что всё будет так просто. Но я хочу будущего именно с тобой.
Мэнди молчит, но его щеки предательски краснеют, и Кирен улыбается, довольный собой.
✔️✔️✔️
В первый раз ничего не получается идеально.
Кирен долго готовился к их первой близости, даже открыл пару страниц с форумами для омег. Правда, закрыл их почти сразу же, потому что для него это был настоящий стресс. Он и представить не мог, что такие нежные с виду существа могут обсуждать настолько грязные вещи.
Мэнди видел его метания. Он не мог не заметить, потому что альфа явно очень беспокоился. Его словно пугало то, что он может оказаться с омегой в одной кровати. И не знай Мэнди характера Кирена, он бы даже обиделся. Но он знал, прекрасно изучил, поэтому оставался спокойным и старался успокоить своего парня. А потом решил взять всё в свои руки.
Лучшее нападение — неожиданное нападение. Именно поэтому в одно прекрасное утро Кирен проснулся возбужденным и связанным. Мэнди сидел на его бедрах, обнаженный, и гладил себя, прикрыв глаза от наслаждения. Тонкие пальцы скользили по худому телу, задевая чувствительные точки, и Кирену показалось, что он может кончить только от одного вида омеги, ласкающего самого себя.
— Что… Что ты делаешь? — не самый удачный вопрос в такой ситуации, но для альфы он казался вполне логичным.
— Тихо. — Мэнди коснулся пальцем его губ, а затем плавно соскользнул вниз, пачкая парня под собой естественной смазкой. Прошелся поцелуями по удивительно чувствительной шее, от чего Кирен задергался и задышал часто-часто, начиная дергать руками в попытках освободиться. Провел языком по прессу, ныряя в ямку пупка, а затем как-то совершенно неожиданно для альфы губы омеги коснулись головки его возбужденного члена. Мэнди словно пробовал его на вкус, двигался осторожно, стараясь не задеть зубами и вспоминал все те советы, что вычитал в интернете. Когда омега сжал член губами, начиная медленно двигать головой, Кирен застонал. Это было потрясающе. И пускай совершенно неопытно, но какая разница, когда любимый человек так старается для тебя?
То, что Мэнди растягивает сам себя, Кирен заметил не сразу. Ему было слишком хорошо, чтобы обращать внимание на что-то другое, но когда он понял, что делает его омега, ему захотелось взвыть. Возбуждение, которое и до этого было достаточно сильным, накатило оглушающей волной.
— Развяжи меня. — собственный голос показался альфе чужим. Слишком умоляющим.
— Нет. — Мэнди нахмурился и устроившись поудобней, обхватил пальцами член, направляя в себя. Внутри тела омеги было горячо и узко, и Кирен закрыл глаза, отдаваясь во власть ощущений. Мэнди двигался медленно, привыкая к размерам и чувству заполненности. Это не было так уж больно: он достаточно подготовился, но и удовольствия, о котором все говорят, он не получал. Было странно. Мокро и горячо.
Привыкнув, Мэнди двинулся на пробу и Кирен последовал за ним. Завозился, сминая простыни, а затем вошел так, что у омеги перед глазами искры заплясали, а из горла поневоле вырвался стон.
Они медленно двигались, пробуя и привыкая друг к другу заново, а затем, руки Кирена неожиданно опустились на бедра омеги и прижав того к себе как можно ближе, альфа с силой двинулся внутри узкого тела, с каждым разом набирая всё больший темп.
Мэнди хватался за подушки, сминая их, и стонал парню под собой прямо на ухо. Тело стало ватным, а в голове был туман, и каждый раз, когда Кирен задевал что-то внутри него, мир омеги взрывался яркими фейерверками.
Мэнди кончил, так и не прикоснувшись к себе, на пару секунд раньше, чем альфа. Ноги дрожали, а дышать было тяжело. Кирен приподнял его, осторожно выходя и стянул презерватив, завязывая его и бросая на пол рядом с кроватью, потому что дойти до мусорки не было сил.
Больше всего хотелось спать. Мэнди по привычке закинул ногу на бедро парня и сонно пробормотал:
 
— Ты порвал веревки…
— Я не мог больше терпеть… Ты был таким потрясающим. Я люблю тебя… — дыхание Кирена щекотало нос, и Мэнди смешно поморщился.
— Сильно?
— Ты даже не представляешь, насколько.
— Тогда ты должен показывать свою любовь как можно чаще.
— Каждый день. До конца жизни.
И если это не самое лучшее признание в жизни Мэнди, тогда он явно что-то не понимает в любви.