Нелюбимая жена. Хозяйка зимнего курорта (СИ)

Ричард рассмеялся.
– Я и не сомневался в твоём ответе. Но отослав сборщиков, мы бросим вызов короне. Готовы ли мы на такие риски?
Я гордо вздёрнула подбородок. Рич хмыкнул.
– Я тебя понял.
К полудню следующего дня в ворота поместья въехала целая процессия: повозки, конные всадники, расписной экипаж и второй попроще. Королевские знамёна и ещё одни, тоже смутно знакомые. Я прищурилась, пытаясь понять, кого это король послал к нам в гости, когда вдруг осознание пронзило мой разум.
Золотая голубка! Это знамя Вейлоров.
Мы с Ричем хмуро переглянулись и направились встречать гостей. Из кареты вышло двое – сухопарый мужчина в годах с моноклем, на лице которого было самое брезгливое и суровое выражение, и настоящий лев, нет, Аполлон. Суровый вид, боевые шрамы не меньше, чем у Рича, золотые кудри, высокомерный взгляд и вежливая улыбка. Правда, улыбка несколько не вязалась с тем вопросом, что он задал нам вместо приветствия:
– Это вы, значит, похитили мою жену?
– Клэр? – хором переспросили мы.
– Да она сама кого хочешь похитит, – пробормотал Ричард обречённо.
– Если решит, что ей дадут эксклюзивное интервью, – согласилась я.
Мужчина с моноклем красноречиво откашлялся, привлекая к себе внимание.
– Я приехал исполнить волю Его Величества и взыскать долг, который ваша провинция имеет перед короной.
– Давайте выпьем чаю! – как радушная хозяйка предложила я. Раз уж общение у нас с самого начала не задалось, стоило немного сгладить углы. – Вы, верно, устали с пути.
– Я не устал, – холодно ответил виконт Вейлор. – Я просто хочу забрать свою жену из этой дыры и уехать.
– Хочет ли этого виконтесса? – ему в тон парировал Рич.
– Мне всё равно! – глаза виконта полыхнули ледяной злостью. – Она заигралась, и я верну её домой немедленно!
Он рванул было к крыльцу, но Ричард остановил его. На лице мужа читалась угроза, терпение его покидало, но к моей превеликой гордости, Рич сдержался и убийственно-вежливо произнёс:
– Вы на нашей земле, виконт, а уже оскорбили нас, заявив, что мы похитили вашу жену, а теперь ведёте себя неподобающе. Соблюдайте законы вежливости, и помните, что у нас численное преимущество.
– Угрожаете? – прошипел виконт. Он выглядел так, будто сейчас начнёт кровавую бойню. Ну викинг! И ростом почти не уступал моему мужу. Жаль, Рич не видел мольбу в моём взгляде, но, кажется, почувствовал.
– Напоминаю, – улыбнулся Рич и отпустил его, сделав шаг назад. – Давайте общаться, как положено лордам.
Виконт и правда чуть успокоился, нервно одёрнул дорожную одежду и под присмотром Рича поспешил внутрь. Я попыталась расположить к себе налоговика.
– Простите, как к вам обращаться.
– Гектор Маллоу, маркиза, к вашим услугам.
Ну конечно, к моим, я же жду, пока у меня отберут деньги в пользу папаши и его жёнушки.
– Прошу прощения за инцидент, господин Маллоу. Пройдёмте в дом.
Такого напряжённого чаепития Змеиный Пик ещё не видывал. Слуги принесли Гектору уже проверенные мною счётные книги, которые он обязан был проверить, и посланник короля, похлёбывая чай и сменив монокль на обычные окуляры, погрузился в чтение.
Вскоре в гостиную спустилась сонная Клэр, явно недоумевающая, зачем её разбудили. Стоило ей завидеть своего благоверного, как она выпучила глаза и заверещала:
– Ричард, Элен, мои верные друзья, не отдавайте меня этому тирану! Он приехал подрезать птичке крылья и заточить её в золотую клетку!
Суровое лицо виконта вдруг стало абсолютно несчастным. Он вздохнул, отставляя чашку с нетронутым чаем, встал с дивана, протягивая руки для объятий.
– Вишенка, не дури, – сказал он ласково. – Ну поссорились, ну с кем не бывает. Давай ты вернёшься домой?
Вишенка… Надо же, передо мной словно стоял совершенно другой человек. Полчаса назад он был готов обнажить клинок и прирезать моего мужа – ну, хотя бы попытаться – а теперь растёкся лужицей.
– Не подходи ко мне! – взвизгнула Клэр, совершая прыжок дикой пантеры и прячась за моим креслом. – Вы же можете приказать ему убраться?
 
– Нет. Но можем настойчиво попросить его на выход, – пожал плечами Ричард.
Они с виконтом обменялись недобрыми взглядами. Ну вот, что за альфа-самцы, с порога друг друга невзлюбили! А по мне так тут просто произошло недопонимание.
– Виконт, – обратилась я. – Почему вы сказали, что мы похитили вашу жену?
Он напрягся.
– Мне сообщили, что её насильно удерживают в Лэнгвальде и заставляют писать статьи, прославляющие вашу семью и провинцию, – нехотя выдавил он.
– Королева? – одновременно спросили мы все: и Каро, чьи глаза полыхнули любопытством, и Ричард с очевидной иронией, и я, и даже Клэр, которая уже хорошо понимала нашу ситуацию.
– Да, – кивнул виконт. – Она предложила сразу атаковать вас, но я решил дать вам шанс объясниться.
– Дориан, это ведьма обманула тебя, наивный ты дурашка! – всплеснула руками Клэр. – Она хотела спровоцировать конфликт. Ну я же всё написала тебе в письме, как ты мог решить, что меня похитили?
– Тебя могли заставить написать эту прощальную писульку! Да и что я должен был подумать? Ты… такая изнеженная, Клэр. С чего бы вдруг ты попёрлась в горы жить на руинах добровольно?
– Сам ты руины! – фыркнула Клэр, подбоченясь. – Ты не представляешь, что это за место, Дори! Воздух, магия, пейзажи, люди, события – всё сплелось в неимоверный клубок, дарующий Лэнгвальду очарование и прелесть!
Я украдкой достала блокнот. Надо бы записать парочку рекламных слоганов, а то Клэр же забудет, что говорила в припадке восторга.
Оставив Гектора разбираться с книгами, мы отправились показывать Дориану наши владения. Вернее, показывала Клэр, Ричард веселился, а я конспектировала. Оказалось, всё у нас настолько потрясающе, что дух спирает! И звучала Клэр абсолютно искренне. Виконт обратил на это внимание, и скоро суровые черты его лица сгладила улыбка.
– Все вы мужчины одинаковые, – шепнула я Ричу. – Перья пушите, какие вы воины, наёмники и убийцы, а потом «вернись ко мне, моя вишенка!»
– Я бы никогда так не сказал, – возмутился Рич.
– Неужели?
– Во-первых, я не допустил бы, чтобы ты от меня уехала. Во-вторых, что за прозвище такое идиотское, вишенка? Ты как минимум моя тигрица!
Я засмеялась и шутливо толкнула его в плечо. Впереди Клэр и Дориан любовались видом белых пиков, и виконтесса, наконец, смилостивилась и положила голову на плечо своему мужу. Мы облегчённо выдохнули.
– Ладно, – сказал Дориан. – Если маркиз и маркиза позволят, мы можем погостить тут некоторое время и даже оказать посильную помощь.
Клэр радостно взвизгнула и повисла у него на шее. Что ни говори, а она была нашим, пожалуй, самым мощным союзником! И этой мысли сегодня было суждено закрепиться.
Когда мы вернулись в поместье, Гектор уже деловито сложил очки.
– Сумма вашего долга совпала с тем, что подсчитано в ваших книгах, – сообщил он. – Она составила одиннадцать тысяч золотых вейров. Вы готовы отдать всю сумму?
– Нет, – дуэтом отрезали мы.
– В таком случае вы можете отдать часть и передать вместе со мной письмо о рассрочке…
– Вы не поняли, – прервал его Ричард. – Мы ничего не должны короне. Этот долг накопился за Лэнгвальдом, пока им никто не управлял. Каким образом мы должны платить этот налог, если не получали доход?
Гектор нахмурился. Я приготовилась выкладывать ему аргументы, как налоговик, вздохнув, признал:
– Вы правы. Но я направлен сюда королевским указом, который велит собрать с вас эту дань. Королевский приказ не подлежит оспариванию…
– Но его можно подвергнуть сомнению, – вдруг сказал Дориан. Мы повернулись к нему. – Согласие двенадцати представителей знати, письменное или устное, заявленное при свидетелях, может служить причиной для отмены приказа, разве нет?