Нелюбимая жена. Хозяйка зимнего курорта (СИ)

По неверному плану, я бы сказала так.
Мы с Ричардом синхронно посмотрели друг на друга с большим сомнением на лицах.
– У тебя есть жених? – уточнил он, приподнимая бровь. – И ни ты, ни король не удосужились это упомянуть?
– Да я этого парня знать не знаю, – честно ответила я и запоздало осеклась.
Я, конечно, не знала. А вот Элен… Словно прочитав мои мысли, Ниоши оторвался от перепалки с королём, повернулся и протянул руку в мою сторону с таким умоляющим выражением лица, что мне стало не по себе. Или этот парень лучший актёр в мире, ибо он и правда был влюблён в принцессу.
– Элен, мы дали клятвы друг другу! – произнёс он с надрывом. – Небеса не позволят тебе выйти за другого мужчину!
– Элен! – гаркнул король так, что задребезжали витражи, но затем спохватился, что знать увидит его истинное лицо, прочистил горло и уже мягче спросил: – Вы с герцогом успели дать друг другу клятвы? В тайне?
Знать снова зашумела, на этот раз в шуме голосов я улавливала мечтательные вздохи барышень. Может, конечно, всё это было очаровательно и романтично, но мне было не до того.
— Все знали об их чувствах! — раздался восторженный возглас. — Первая любовь наследника герцогства и принцессы, его ссылка, якобы ради того, чтобы разлучить возлюбленных, а на деле хитрый ход и манипуляция! И кто мог подумать, что юные возлюбленные в тайне помолвились? Это тема для заголовков на первой полосе! "Истинное лицо королевской семьи: плюют на клятвы — наплюют и на народ!"
Все обернулись, глядя на изящную леди в розовой шляпке с блокнотом в руках. Я ожидала, что король прикажет вывести её, но он выдавил кислую улыбку.
— Не спешите записывать, леди Вейлор, — заговорил он с чем-то, похожим на заискивание голосе. – Всё не так, как кажется на первый взгляд.
Мне было не до разговоров короля и журналистки.
Давала ли Элен клятвы? Я попыталась прислушаться к себе, но интуиция предательски молчала – она никогда не была моей сильной стороной, я чаще полагалась на холодный разум. Только вот и он сейчас находился в режиме полной прострации.
– Элен, – мягко заговорил Ниоши, поднимаясь на первую ступеньку возвышения, ведущего к алтарю. – Если бы ты полюбила другого, я отпустил бы тебя в ту же секунду. Но знать, что ты просто вещь, которую твой отец отдал на откуп человеку с такой репутацией, и ничего не сделать с этим я просто не мог.
На скулах Ричарда заходили желваки, я же, словно тупой баран, перевела взгляд с одного жениха на другого. Слова Ниоши растрогали бы и камень. Но если он хотел донести эти слова принцессе, почему будто нарочно говорил так, чтобы весь зал услышал и начал живо обсуждать «подарок» короля, а леди Вейлор — яростно строчить в блокноте?
Лицо папаши Элен подозрительно надулось и покраснело. Все взгляды в зале обратились на меня: осуждающе смотрел священник, иронично и заинтригованно – Ричард, король источал гнев, знать разделилась на сочувствующий и возмущённый лагеря, ну а Ниоши заламывал брови в идеальный несчастный домик. Что до Моники, ей разве что попкорна не хватало – на лице королевы была написана почти детская радость.
У меня не было плана на такой случай!
Если Элен правда мечтала выйти замуж за него, а он потратил годы своей жизни на служение королю ради благословения их брака, то я просто не могла предать мечту почившей принцессы и пустить прахом его старания. С Ричардом у нас не было страстной любви, да и уехать с ним мне предстояло к чёрту на куличики, но… его я знала. Что до этого Ниоши, то его полный любви и тоски взгляд, конечно, подкупал, но театральные манеры заставляли внутри звенеть тревожный звоночек. Он напоминал мне Андрея.
Андрей всегда умел красиво ухаживать, говорить то, что хочет услышать любая, и кидать охапки роз к ногам. Однако когда доходило до дела, я не могла заставить его даже мусор вынести. «Потом», «Не делай мне мозг» и «Да-да, я помню» длились ровно до того момента, как я сама выполняла собственную просьбу, только чтобы услышать раздражённый вздох и слова: «Ты подождать не могла, я как раз собирался это сделать!»
 
Ричард производил совсем другое впечатление: несмотря на то, что все поголовно спешили упомянуть о его «разбойничьем» прошлом, он вёл себя, как джентльмен, и даже сейчас отгородил меня плечом от всей толпы, рявкнув так, что весь зал затих:
– Нам с принцессой нужно переговорить.
Он отвёл меня в угол, и я почувствовала, что снова могу нормально дышать без всех этих взглядов.
– Что происходит? – спросил он совершенно спокойно, так что я и сама почувствовала, как отступает мандраж.
– Хотела бы я тебе ответить, – пробормотала я. – Всё это некстати. Мне кажется, Моника хочет расстроить свадьбу и подготовила множество вариантов, как это сделать. Но зачем?
Ричард прищурился.
– Она хочет Змеиный Пик.
– Но как отмена нашей свадьбы поможет ей его получить? – пробормотала я, задумчиво потирая подбородок.
– Всё просто. Король сказал мне чётко: я забираю весь приз или не забираю ничего. Отказавшись от тебя, я отказываюсь от Змеиного Пика тоже. Но я не упущу его, Элен.
– Что там такое, что все готовы передраться за это место? – вздохнула я. – Вот зачем тебе эта земля, овеянная дурными слухами?
Губ Ричарда коснулась лёгкая улыбка, наполненная ностальгией.
– Это дом.
Я не стала настаивать на подробном разъяснении и кивнула.
– Тогда идём по плану дальше? Свадьба, год совместной жизни?
– Небеса не обвенчают нас, если ты давала клятву другому, – нахмурился Ричард.
– В таком случае, от приза ты не отказывался, а лишился его по независящим от тебя причинам, – слабо улыбнулась я, стараясь не думать, что тогда будет со мной. Вряд ли мне просто заменят жениха и тут же отдадут за Ниоши. – Быть может, тебе дадут другую принцессу?
– Твою двенадцатилетнюю сестру? – хмыкнул Ричард. – Нет, спасибо.
– Или отдадут Пик без невесты, – неуверенно добавила я. – Или выплатят компенсацию золотом.
Мы тяжело вздохнули, обменявшись скептичными взглядами. Мы оба понимали, что король придумает какую-нибудь другую подставу, лишь бы быть уверенным, что у него есть шанс вернуть Пик обратно короне.
– Может, не такие уж это гиблые горы, раз всех так хотят заполучить их, – неловко пошутила я, но Ричард остался серьёзен.
– Если твоя душа связана клятвой, скажи мне сейчас, пока есть шанс выйти из этой ситуации без по-настоящему громкого скандала.
– Душа? – переспросила я.
Если дело в душе, то моя душа не давала клятвы перед небесами! С Андреем мы не венчались в церкви, да и в целом религия и высшая сила тут другая. Я опустила ресницы, напряжённо собирая воедино все обстоятельства.
– Мы договорились с тобой, – сказала я уверенно. – И это единственное обещание, которое меня сковывает.
Хотела бы я, чтобы внутри я была столь же непоколебима, как звучал мой голос! Я ведь совсем не знала, как работают все эти клятвы и прочее! Но брать слова обратно было поздно. Ричард кивнул и без дальнейших пояснений направился к алтарю.
– Моя невеста когда-то имела к вам чувства, пусть так, – разнёсся по зале его хриплый голос, уже ставший почти родным. – В семнадцать лет страсть юной души легко перепутать с любовью. Но Элен отрицает, что давала вам клятвы верности, герцог. Для меня она не приз и не товар, а будущая маркиза Лэнгли, и я не намерен отдавать свою невесту тому, кто явился и опорочил её честное имя, назвав клятвопреступницей на её же свадьбе!
Взгляды зелёных и карих глаз столкнулись, как лазерные мечи джедаев. На фоне всей этой эмоциональной картины, священник воскликнул:
– Элен Рандвейр, готова ли ты подтвердить истинность своих слов и намерений перед небесами?
– Готова, – кивнула я.
Господи, если я не права, Элен была помолвлена и её клятвы распространяются на меня тоже, что со мной будет? Судя по торжествующему взгляду мачехи – ничего хорошего.
Я уже видела магию в исполнении Эдгара, и даже ощущала её токи, которые сама же испускала, но то, что творил священник, стало очередным новым опытом в этом мире. Мягкий голос старца вдруг обрёл твёрдость и властность, а блёклые глаза будто засветились. При этом, в отличие от того же Эдгара, он не делал замысловатых пассов руками, да и воздух вокруг не электризовался. Напротив, я почувствовала ласковое тепло, пронзившее тело от макушки до пяток, и ясно ощутила присутствие чего-то могучего, неподвластного ни разуму, ни силе.