Урок любви (СИ)

 __________________________
 Также как и в главе, посвящённой описанию кольца, я вынуждена расписаться в собственном бессилии. Все слова и все буквы знакомы, но всё равно остаётся ощущение, что в переводе вышел полный бред.
  
 Как я уже говорила, с психоаналитиками, психотерапевтами и психологами я никогда не общалась. Единственный знакомый психиатр (муж маминой подруги) со всеми общается елейным шёпотом, словно он сапёр, идущий по складу с боеприпасами с дефективными детонаторами, которые в любой момент могут жахнуть.
 А, может, это мои собственные тараканы работают моим личным психоаналитиком и не дают мне вспомнить, как при мне умирал дорогой мне человек, от которого ловко избавилась больница, и которому не хотели помогать врачи из раз за разом вызываемых мной скорых.
 Короче, извините за криво-косой перевод главы.
 9.2. 
 — Он нахамил мне! — заявила Линдси, не отрываясь от работы над фреской.
 — Он защищал меня. Вот и всё, — объяснил ей Брайан.
 — А я не нападала на тебя. Он усомнился в моих дружеских чувствах к тебе, — Линдси вздохнула. Её до сих пор беспокоили слова Джастина.
 Брайан поджал губы и стал ждать, что его подруга скажет дальше.
 — Он злился на меня за то, что я не сказала тебе, что я на самом деле думала о Поле.
 — Я тоже злился на тебя. По той же самой причине, — сказал Брайан. — И что с того? Ты облажалась. Покажи мне того, с кем не случалось подобного, — произнёс Брайан, не обращая внимания на раздражение Линдси. — Сделай меня выше, — он указал на изображённого на стене мужчину в кожаной куртке.
 Линдси чуть отошла от стены, чтобы оценить нарисованное, и решила, что всё изображено правильно, и ничего менять не следует.
 — Я считаю, он должен извиниться, — заявила она.
 — Ты на него смотрела? — спросил Брайан. — Линдси, он держится из последних сил! Блять… Хоть ты на него не дави и не цепляйся. У него в любой момент может произойти нервный срыв. Представь, в каком состоянии была бы ты, если бы что-нибудь случилось с Мелани? — предложил Брайан.
 — У меня была бы непрекращающаяся истерика, — призналась Линдси.
 — Ну так и оставь его в покое. Сделай вид, что ничего не было, — предложил Брайан.
 — Вообще-то, — Линдси помолчала, — кое-в чём он даже был прав.
 — Тогда почему бы тебе не поблагодарить его за честность и перестать вести себя как пассивно-агрессивная* сучка? — предложил Брайан.
 — Я не сучка. Я пассивно-агрессивная, но я не сучка.
 Брайан вскинул руки, как солдат, сдающийся в плен.
 — Хотя, возможно, ты прав, и кое в чём прав был он, — неохотно признала Линдси. Она достаточно хорошо знала Джастина, чтобы понимать, что он не стал бы ничего говорить, если бы не считал, что она должна услышать то, что он думает. Она знала, что Джастину отнюдь не наплевать, что происходит с нею и Мелани, а также с их детьми, но что больше всего Джастину не наплевать на то, что происходит с Брайаном.
 — Ну как, мы снова друзья? — усмехнулся направившийся к двери Брайан.
 — Да, друзья, — кивнула она, —, но я всё равно не буду рисовать тебя выше, чем ты есть на самом деле, — Линдси показала ему язык.
 Выйдя в холл, Брайан задержался. Он знал, что Джастин сейчас у психоаналитика. Дженнифер как-то обмолвилась об этом Деб, та что-то сказала Майклу, тот, в свою очередь… Брайан покачал головой. То, что геи — сплетники, не всегда хорошо. Брайан подумал, не подождать ли Джастина, но поразмыслив, пришёл к выводу, что это было бы огромной ошибкой. Вместо этого он направился к Вуди. Бесконечные недели воздержания уже начали сказываться на нём. По дороге в бар Брайан пришёл к выводу, что если сегодня он не трахнет хоть кого-нибудь, на сеанс психотерапии придётся записываться уже ему.
Примечание к части * Неоднократно в разнообразных англоязычных фиках сталкивалась с этим странным термином «passive aggressive». Адекватного перевода на русский, увы, придумать не смогла.
 9.3. 
 — Джастин!
 Джастин аж подпрыгнул от неожиданности, услышав голос Линдси. Он мысленно смирился с тем, что она сейчас начнёт второй раунд, но очень удивился, когда она заулыбалась и жестом предложила ему подойти туда, где она стояла. Джастин подошёл.
 — Ты к Моргану ходишь, да? — Линдси махнула рукой куда-то в сторону кабинетов на втором этаже.
 — Да. Теперь, наверное, уже все это знают, — признался Джастин. Ему было прекрасно известно, что семейка с Либерти — главные сплетники города. Оба, и Линдси, и Джастин были так напряжены, что, казалось, это напряжение можно резать кусками.
 — Брайан был здесь и только что ушёл, — сообщила Линдси, озадаченная отсутствием какой бы то ни было реакции со стороны Джастина. Она решила попробовать разговорить его по-другому. — Хочешь посмотреть, над чем я работаю?
 Линдси потрясло, насколько хрупко и уязвимо выглядел стоящий перед ней молодой человек. Ей хотелось как можно быстрее оставить в прошлом то, что произошло между ними, и заверить его, что она совсем не злится. Когда они вошли в конференц-зал, Линдси улыбнулась. Там было красиво. Одну стену занимала фреска. Джастин сразу подошёл к ней. Он узнал многих, изображённых на ней. Он обернулся к Линдси и улыбнулся.
 — Здорово, — объявил он, пройдясь несколько раз вдоль стены. Фреска была огромна, и воспринять изображённое сразу не получалось.
  
 — Спасибо, — скромно ответила Линдси. Не зная, как подойти к столь щекотливой теме, она решила, что прямолинейный подход — самый лучший. — Я хотела бы поговорить по поводу того, что произошло вчера.
 — Я не хочу ругаться, — честно сказал Джастин, обернувшись к ней. Сил на ссоры и споры у него не осталось совсем. После часовой дуэли с Морганом он чувствовал себя вывернутым наизнанку. — Я просто вижу, что твои отношения с Брайаном — это не совсем то, что можно именовать «настоящая дружба». Вот и всё, — признался он.