Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ)

Если камушек смог повлиять на банковскую систему, придумает и как «устранить» мешочек с золотом. Но в одном Дьянни прав, встречи с Джастином не избежать, и чем раньше всё решим, тем лучше. Только для начала нужно выяснить, о чём хотел поговорить Томас. Не исключено, что после этого мне придётся всерьёз изменить формулировку желания.
– Сейчас я занята и не могу покинуть госпиталь, – ответила, бросив беглый взгляд на часы, – свяжусь с вами через пару часов и назначу встречу.
  
– Хорошо, – послушно закивал Дьянни. – Я передам ваши слова господину Джастину. Уверен, вместе мы найдём решение!
– Найдём, – эхом повторила, отключая коммуникатор. Вопрос лишь в том, для кого это решение станет спасением, а кого погубит?
Взгляд невольно соскользнул на печать. Красная лилия на фоне молодого месяца…
Странный и немного пугающий символ, отдалённо напоминающий знак Серебряной Богини, которым Луноликая отмечала особо преданных жрецов.
Никто точно не знал, что обозначают эти символы. Первый хозяин Сердца умер, не успев рассказать тайну бриллианта. Ходили слухи, что алмаз Предназначения украли именно из гробницы Луноликой, и совершил этот безрассудный поступок легендарный авантюрист и искатель приключений Итан Лойд.
Во избежание божественной мести, он попросил одного из предков Дьянни огранить камень, умолчав о его происхождении. Но это не помогло. Итан вскоре умер при загадочных обстоятельствах, а у Марио Дьянни случился сердечный приступ во время работы над алмазом. Он так и не закончил огранку.
Поскольку у Лойда не было прямых наследников, проклятье навсегда закрепилось за родом несчастного ювелира. А традиция продавать камень тем, кто хочет изменить свою судьбу возникла, когда сын Марио пытался избавиться от бриллианта-душегуба.
Несмотря на то, что за Сердцем быстро закрепилась дурная слава, от желающих его выкупить не было отбоя. А уж когда выяснилось, что после приобретения некоторые маги не только выживали, но и получали шанс на исполнение любого желания, к бриллианту началось настоящее паломничество.
Жаль, многие неверно понимали принцип его действия, наивно полагая, что камень просто исполняет мечту владельца. На самом деле Сердце лишь давало шанс, притягивая своей магией события, способные изменить судьбу нового хозяина так, чтобы его желание стало реальным.
Большинство владельцев оказывались не готовы к испытаниям, с которыми приходилось столкнуться на пути к заветной мечте, и погибали под шквалом роковых обстоятельств. Я же вполне осознавала риск и готова была сражаться за своё счастье. Но для этого требовалась хоть призрачная лазейка в этом дурацком законе...
Устало потерев переносицу, отложила коммуникатор и направилась в душевую. Лечение Алисии окончательно выжало меня, но раз сон по понятным причинам откладывался, попробую хоть немного взбодриться.
Пока отмокала в душе под упругими струями тёплой воды, размышляла о предстоящем разговоре с Томасом. Интуиция редко меня подводила, и в том, что новости будут паршивыми, даже не сомневалась. Возможно, речь снова пойдёт о замужестве…
Через полгода мне исполнялся двадцать один год. Томас всё чаще заводил разговор о том, что нам с Олафом нужно хотя бы фиктивно пожениться, иначе оба лишимся всего, что имеем.
Магия Огоньков была уникальной, но кроме того, что мы могли играть роль «батареек», напитывая энергией других колдунов, брак с такой как я был гарантией рождения мага с сильным Даром. Поэтому все Огоньки обязаны были до второго совершеннолетия найти супруга.
Двадцать первый день рождения считался крайним сроком, и если леди не решала этот вопрос, пару ей находил Ледовый владыка.
Самым дурацким было то, что после брака девушка-Огонёк могла делиться магией только с супругом, поэтому особых вариантов не было. Вот только ни я, ни Олаф категорически не собирались становиться парой!
– Проклятые законы, – прошипела, выбираясь из душа, – ненавижу!
Усталость сменилась злостью и желанием действовать. Высушив волосы магией и переодевшись в чистую форму, заварила себе чаю с капелькой бодрящего эликсира, и покосилась на часы. Прошло чуть больше часа. По идее, Томас уже должен был закончить с Алисией и подняться к себе.
Попытка связаться с ним по коммуникатору ни к чему не привела. К счастью, наши кабинеты находились на одном этаже, и перед встречей с Дьянни я могла наведаться к Вэринге лично.
Допив чай и дождавшись пока подействует зелье, подошла к зеркалу. Несмотря на усталость, я выглядела неплохо, разве что и без того бледная кожа казалась ещё белее, а глаза горели сапфировыми огнями, выдавая недавний призыв магии.
Подумав немного, добавила капельку румян и заплела волосы в тугую косу. Особо прихорашиваться не собиралась, но не хотела, чтобы Джастин принял мой усталый вид за слабость. Решила сражаться за камень до последнего!
Уверенность придала сил и в коридор я вылетела стрелой. Подходя к кабинету Томаса, услышала полный ярости и боли голос Олафа:
– Ни за что! Я категорически не согласен, да и Эстер не захочет…
– Мне плевать, чего вы оба хотите! – рявкнул старший Вэринга. – Речь о ваших жизнях! Если Ледовый владыка отдаст Эстер за генерала…
– Что?! – в кабинет ворвалась вихрем, едва не сбив с ног опешившего Олафа. – Прости, – смутилась, – я собиралась поговорить с Томасом и услышала последнюю фразу…
– Хорошо, что ты зашла, – старший Вэринга устало опустился в кресло. Лечение Алисии больно ударило по его резервам, но он хотя бы держался на ногах. У меня же были все шансы вырубиться прямо в палате. – У нас проблема…
– Это я уже поняла, – тяжело вздохнула, усаживаясь напротив, – но причём здесь генерал? У меня есть ещё полгода…
– Уже нет, – покачал головой Томас, – вчера утром Тиль Тангарра вернулся в столицу после Дэурской кампании. Он одержал блестящую победу над врагом, и в качестве награды правитель решил подарить ему лучшего Огонька королевства.
От злости и ощущения собственного бессилия на миг перехватило дыхание. Тиль был гениальным военным и за многолетнюю службу собрал полную коллекцию воинских наград, но так и не обзавёлся наследником, поэтому выбор «приза» не удивлял. Только о жестокости генерала слагали легенды, а его взгляды по отношению к женщинам магам были ещё радикальнее, чем у отца Алисии.
Для меня этот брак мог стать концом всему…
– Об этом уже объявили официально? – я старалась держать себя в руках, но голос предательски дрогнул, выдавая волнение и страх.
– Нет, иначе этот разговор не имел бы смысла, – ответил Томас.
– Тогда откуда информация? – удивилась.
– Среди раненых стражей, которых я лечил утром, был капитал Авелини, близкий друг генерала, – пояснил Вэринга, – на него напал куунсул…
На миг в кабинете повисла звенящая тишина. Призраки Чёрной вьюги редко выбирались из чащи, предпочитая посылать в бой низшую нечисть. Убить такую тварь было невероятно сложно. Куунсулы сливались с метелью, налетая на жертв с порывами ветра и оплетая управляющими плетениями.
Появление духа объясняло, откуда в штабе столько раненых, а ещё… было дурным знаком. Похоже, сезон Мёртвой вьюги в этом году предстоит долгий и очень тяжёлый.
– Стражам удалось уничтожить тварь, но капитан Авелини серьёзно пострадал, – продолжил Томас, – пока вычищал из его ауры все ментальные крючки, невольно считал несколько вчерашних воспоминаний, включая те, что касались встречи с Тилем. Генерал рассказывал ему о предстоящей помолвке с Эстер Лангроу. Официально об этом объявят на предстоящем Ледовом балу.
Катастрофа…
До бала оставалась неделя, а владыке ещё предстояло объявить о своём решении моему опекуну – старшему Вэринге, и получить его благословение. Увы, подобные встречи носили символический характер и сказать «нет» Томас не мог. Но если он до сих пор не получил приглашение на аудиенцию, значит у нас в запасе есть несколько дней.
  
– Это ещё не все новости, – ошарашил Томас, – на этой неделе в столицу возвращается младшая сестра владыки.