Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ)

– Помню, – ответила едва слышно.
Теперь его чувства ощущались ещё острее, но кроме жажды обладать понравившейся девушкой, я ощутила щемящую нежность и желание защищать и оберегать меня от всего мира. Эти эмоции были намного сильнее и глубже обычной страсти. И тут же стало ясно, почему дракон столь нервно реагировал на проснувшегося Тиля и поначалу ревновал к Вэринге.
– Я понимаю твои опасения и сомнения, – продолжил Кристоф, – по человеческим меркам мы знакомы всего ничего. Несколько дней слишком мало, чтобы узнать друг друга, но драконы живут по другим правилам. Свою женщину мы чувствуем сразу, и можем выделить её из тысячи других. Безошибочно, с первого удара сердца.
  
– Но… – запнулась, утонув в пламенном взгляде дракона.
Кристоф неожиданно наклонился ко мне. Я чувствовала на губах его дыхание, а голова кружилась от дурманящего аромата.
– В нашем случае карты спутала моя иллюзия, – продолжил дракон, – её накладывал Аид, вплетая в мою ауру свои Тени и энергию Тиля. Он одолжил немного магии, чтобы я смог беспрепятственно пройти сквозь защитный купол между нашими империями.
Что ж, это объясняло странный диссонанс, который я испытывала поначалу. И то, почему сразу поняла, что на драконе личина.
– После Зов пары заглушили метки Сердца и Печать Тёмной леди, – Кристоф на миг отстранился и взял меня за руку, целуя кончики пальцев, – на твоём запястье смешалось слишком много магии, душа моя. Но полёт расставил всё на свои места.
– Не понимаю…
– Для дракона полёт священен, – пояснил Кристоф, – особенно, в человеческой ипостаси. Призванные крылья сотканы из магии и весьма уязвимы. Подпустить к ним кого-то, всё равно что пустить в свою душу, сняв все ментальные щиты.
Я смущённо кашлянула и отвела взгляд. Как же мало я знаю о драконах! Никогда бы не подумала, что простой полёт может быть таким важным…
– Эстер, клянусь, я не пытался как-то воздействовать на тебя. Просто хотел отвлечь и… немного сблизиться, – продолжил Кристоф, – но понятия не имел, что всё случится так быстро и ты сразу почувствуешь ответный Зов.
– Я пока не совсем понимаю, что именно чувствую, – призналась, в растерянности прислушиваясь к эмоциям.
Они бурлили и затягивали в свой безумный водоворот. Сейчас я толком не могла отделить свои ощущения от чувств и желаний дракона.
– Это нормально, – Кристоф понимающе улыбнулся, – истинность – не приворот, она не навязывает влюблённость и не диктует свои правила. Лишь помогает почувствовать пару.
– А ты уверен…
– Уверен, – отрезал дракон, – и уже не отпущу тебя, просто не смогу этого сделать. Но готов ждать сколько угодно, пока ты поймёшь, что готова принять мои чувства, – добавил, вновь склонясь к моим губам, но не целуя, а лишь дразня своей близостью и обжигающим теплом.
Часть меня хотела поддаться, сделать ответный шаг, но часть боялась… Вдруг это ошибка? Вдруг мы не пара, а всё происходящее навеяно печатью Леди…
Метка Тёмной Звезды возмущённо потеплела, будто намекая, что не способна на такое коварство. Зато под ней зачесалась ещё одна! И, похоже, именно о ней говорил Кристоф.
– Эстер, я понимаю, что у людей чувства зарождаются иначе, поэтому намерен добиться взаимности и без магии, – продолжил дракон, мягко обхватив мой подбородок пальцами и заставляя немного запрокинуть голову.
Теперь наши губы разделяло всего несколько миллиметров, и кожа горела от чужой близости и… предвкушения.
– Я сделаю всё, чтобы ты полюбила меня и согласилась стать моей женой, – прошептал Кристоф, накрывая мои губы своими и утягивая в головокружительный омут поцелуя. Нежного, трепетного, сводящего с ума своей искренностью и едва сдерживаемой страстью.
Хриплый шёпот и сбившееся, наполненное пьянящей сладостью дыхание. Умелые губы и горячие ладони, скользящие по моей спине, обжигая кожу сквозь тонкий шёлк платья… Тело превратилось в напряжённую струну. Щиты, которые я все эти годы возводила вокруг своего сердца, рухнули в один миг, и окружающий мир перестал существовать, разбившись на тысячу искрящихся осколков.
Сейчас стали важны только мы с Кристофом и серебристый бархат зимней ночи, окутавший нас снежным покрывалом. Но в сказочную негу внезапно ворвался рокочущий грохот.
Вздрогнув, отстранилась от дракона и прислушалась, пытаясь понять откуда доносится звук.
– Это салюты в честь Тёмной леди, – пояснил Кристоф, поднимая взгляд к небу, на котором мерцающей вязью распускались пурпурные цветы. – Жрецы сообщают, что Святилище обрело свою хозяйку и каменные цветы Лариэль вновь расцвели.
– Но почему именно сейчас? – растерянно уточнила, любуясь изумительно красивыми фейерверками.
– Взошла Звезда четырёх стихий, – дракон нехотя отстранился, указав на ослепительно яркую точку, расположившуюся над самым высоким и острым шпилем Сумеречных гор, разделяющих Тёмную империю с королевством Вечной ночи. – Она загорается после пробуждения духов-хранителей одного из священных источников.
– Если источников много, как они узнали, что вспыхнула именно моя Звезда? – удивилась.
– По цвету лучей, – пояснил Кристоф, – пурпурная Звезда принадлежит мне, алая – символизирует магию Аида, серебряная – Тиля, а золотая – Дамиана.
– Странно, – нахмурилась, – во время боя с Роем я видела Титана Дамиана, и его чешуя была стальной! Откуда взялось золото?
Остальные цвета тоже были спорными, разве что серебро Тиля можно сравнить с ледовой магией.
– Всё не так просто, – Кристоф грустно улыбнулся, – раньше Титанов было шестнадцать, и на одну стихию приходилось по четыре ветви магии. Теперь эти способности разделены между уцелевшими Родами, и каждый из нас унаследовал по четыре Дара.
– Выходит, кроме магии теней ты владеешь и другими стихиями? – я нетерпеливо куснула губу и на всякий случай ещё немного отстранилась от Кристофа.
Тепло и близость дракона кружили голову, но разговор намечался весьма интересный и хотелось узнать как можно больше о нём и остальных Титанах.
– Мне подчиняется магия Теней, неба, воздуха и молний, – пояснил Кристоф, – поэтому лучи моей Звезды пурпурные, под цвет сумерек и летней грозы.
– Выходит, серебро Тиля символизирует лёд, воду…
– Туман и метель, – закончил за меня дракон, – к стали он не имеет отношения, как и его предок Ольгред.
– Тогда за что его прозвали Стальнокрылым? – тут же уточнила.
– За привычку покрывать крылья слоем острейшего льда и тараном врываться в гущу летучей нечисти. Тиль также в совершенстве освоил этот приём…
– Я видела, – невольно поёжилась, вспомнив, как Таргарра ринулся на Рой призраков. – А остальные? Какая магия у Дамиана и Аида?
– Аид сильнейший некромант и лавовый Титан, он владеет чёрным пламенем Смерти, магией скал и «мёртвой» земли, а также управляет вулканами, поэтому его звезда алая.
Я шумно выдохнула. Знала, конечно, что Титаны намного сильнее обычных драконов. Но количество их талантов поражало. Впрочем, как и количество обязательств.
– Дамиан владеет жреческой магией, а также Даром «живой» земли и Янтарным огнём, стабилизирующим любые потоки энергии. Кроме этого, он способен управлять сталью и другими металлами. И дракон у него на самом деле золотой, – неожиданно добавил Кристоф, – стальная чешуя – это просто дополнительная броня.
– А в чём разница между «живой» и «мёртвой» землёй? – удивилась. – Никогда не слышала о такой магии!
– Живая земля – это Сила друидов, – пояснил Кристоф, – Дамиан способен вырастить что угодно и где угодно, а энергией «мёртвой» земли называют способность управлять подземными источниками воды и магии, а также призывать или, наоборот, останавливать землетрясения, оползни и прочие стихийные бедствия.
  
– Невероятно… – восхищённо прошептала. – Я слышала, что Титаны – истинное воплощение стихий, но считала это просто легендой! А получается…
– Мы и есть стихия, Эстер, – улыбнулся Кристоф, шагнув ко мне и мягко очертив пальцами контур губ. – Живое воплощение Сил природы. Её хаоса, ярости, безумия и живительной энергии созидания. Поэтому Мёртвая вьюга и стремится любой ценой добраться до нашей магии. И дело не только в Печатях…