Зима в твоём сердце, или Снежный бал для целительницы (СИ)

– Но сам ритуал…
– Практически не требует затрат энергии с твоей стороны, – заверил тёмный. – Я сам всё сделаю, тебе нужно будет поставить магическую печать под нашим договором и принести клятву.
– А мои обязанности? – уточнила.
– Они у тебя появятся после того, как источник войдёт в полную силу.
– Хорошо! Тогда прикажи принести кристаллы и подготовить Ловчую сеть, – кивнула, – а после, займёмся ритуалом.
    
ГЛАВА 21: Хозяйка Тёмной звезды
 
Императорский госпиталь, через полчаса (Эстер)
Ловчая сеть звенела и дрожала словно тонкий парус на штормовом ветру. А со стороны Нижнего мира громыхал оглушительный рёв авета и странный, пробирающий до костей скрежет. Казалось, кто-то скребётся металлическими когтями по стеклу…
Я уже слышала похожий звук во время Дикой охоты, когда Мёртвая королева приказала Всадникам принести моё сердце.
– Эстер? – Кристоф приблизился бесшумно, только печать проклятого камня едва уловимо потеплела, реагируя на близость второго хозяина.
– Тварь снова скребётся, – поёжилась, прислушиваясь к пугающим звукам. – Как перед Дикой охотой.
Лицо дракона помрачнело. Несколько минут он молча проверял свои сети, и чем мощнее заклинания применял, тем тише становился шум Нижнего мира.
– Я ничего не слышу, – наконец задумчиво протянул Кристоф. – Сигналки молчат, сети стабильны.
– Теперь и я почти ничего не слышу, – вздохнула. – Так было и в прошлый раз. Твоя аура заглушает тварь.
– Помню, ты говорила, – дракон вновь призвал Дар, проверяя ловушки, но на этот раз намеренно использовал очень слабые плетения. – Печать Тёмной леди больше не подавала знаков?
Я отрицательно покачала головой. О том, что услышать Зов твари помогла именно татуировка, я рассказала пока Кристоф готовил Ловчую сеть. Ему помогали Аид и Таэль – шаманка из видения. Я видела её в штабе Туманной стражи, когда она выскочила из портала в маске и плаще, притворяясь мужчиной.
Кристоф пояснил, что Таэль лечила раненых стражей пока я занималась Тилем, а после помогла Аиду и Дамиану транспортировать его в Тёмную империю. Они вернулись сорок минут назад. Убедившись, что всё благополучно, оставили генерала с Латифой и примчались сюда.
Драконы всецело доверяли шаманке, да и Сердце подтвердило, что она своя, поэтому я согласилась говорить при ней.
Таэль слушала внимательно, и когда они соткали ловушку тут же прыгнула в Нижний мир, чтобы не только развесить сети, но и лично всё проверить. Увы, даже осмотрев малышей из Тени, она ничего не увидела. Ни заживающих разрывов на ауре спасённых драконов, ни самого авета, парящего над защитными сетями вороном Рока.
Вначале я удивилась, но Кристоф сказал, что это полностью подтверждает нашу теорию. Над аветом проводили магические эксперименты, и теперь обнаружить кошмарника могла только целительница с тройной Искрой. А таких, как я, больше не было…
Значит и отпугнуть чудовище может только моя магия.
Подключить к созданию защитной сети другого светлого Огонька и наполнить кристаллы его Силой не получится, тварь играючи обойдёт такие ловушки.
Это значительно усложнило работу. Мне едва хватило сил защитить малышей в лазарете. Но как быть, если авету надоест скрестись о сеть и он ринется за новыми жертвами? Об этом даже страшно подумать.
– Всё равно ничего не слышу, – Кристоф развеял сканирующее плетение.
Колдовать приходилось прямо в палате, но Олаф хорошо поработал с детьми, они больше не выглядели испуганными. Малыши понимали, что мы хотим защитить их и уже знали, когда бить тревогу и звать на помощь.
Конечно, с ними находились и дежурные шаманы, но мы решили перестраховаться и описали симптомы, при которых дети должны насторожиться. Теперь, если кто-нибудь услышит фантомный звон, мелодичную трель флейты или скрежет – сразу нажмёт на браслет. А артефакт подаст сигнал нам с Олафом, и мы тут же рванём на помощь.
У меня были огромные надежды на рассказ самих пострадавших. Но оказалось, что дети лишь частично помнят события в Нижнем мире, а минуты до приступа забыли напрочь! Никто не сумел назвать ни единого симптома, словно авет намеренно стёр эти воспоминания из их памяти.
Похоже, вся соль была в том, как именно тварь забирает душу в Нижний мир. Если хоть раз увидим момент приступа, сможем разгадать и секрет. Только мы физически не могли спрятать всех детей империи в лазарете и сутками сидеть в засаде, поджидая авета!
Или… во Тьму детей уводит кто-то другой, а тварь подтягивается уже после?
Хм…
– Эстер? – голос Кристофа вырвал из размышлений. – Нам пора перемещаться в храм. Надолго кристаллов не хватит. Если тварь пытается пробить оборону…
– Знаю, – растерянно кивнула.
Мысль о втором монстре была интересной. Но дракон прав, её обдумаю позже, как и странную связь болезни с ментальным Даром малышей. Отчего-то не сомневалась, что догадки верны и он играет важную роль в этом деле.
– Пойдём, – шагнула к дракону. – Нужно провести ритуал, пока монстр не отправился искать новых жертв…
– Погоди! – Кристоф неожиданно насторожился и полностью погасил свою Искру. – Авет ещё здесь?
Я закрыла глаза, прислушиваясь к перезвону Ловчих сетей.
– Да. И он очень зол, – добавила, услышав яростный рёв монстра. В нём сплелись ненависть, голод и дикая, обжигающая боль. – Странно…
– Что именно? – тут же уточнил дракон.
– Авет скулит от боли, но продолжает биться о сеть, – пояснила. – Почему он не уходит?
Такая настойчивость настораживала. Когда наблюдала за кошмарником в Нижнем мире, он не выглядел безмозглым и действующим лишь на инстинктах. Тварь продумывала каждый шаг и меняла тактику с ошеломляющей скоростью. Одна схватка со Смертью чего стоила!
Монстр умело пользовался своими преимуществами, и с появлением на шахматной доске новой фигуры совсем не растерялся, а молниеносно нашёл способ вывести меня из игры. Так почему же сейчас он слепо бьется о Сети? Куда подевалась его осторожность и изворотливость?
– Монстры ментального типа достаточно щепетильны в выборе жертв, – Кристоф задумчиво склонил голову, всматриваясь в пустоту и пытаясь в который раз почувствовать неуловимую тварь.
Я же невольно вздрогнула от его слов, вновь вспоминая о своих догадках.
Даже слабая и нераскрывшаяся ментальная Искра значительно усиливала восприимчивость мага к любым эмпатическим плетениям. Это объясняло, почему малыши быстро услышали Зов Олафа, и когда я высвободила их из щупалец авета, они сразу же помчали к нему сквозь туманы Нижнего мира. Чувствовали, что Вэринга не желает им зла и пытается вывести из Тьмы.
Но тут же возникала и нестыковка!
Все менталисты обладали повышенной устойчивостью к управляющим заклинаниям и внушению. И если гипноз Олафа дети принимали добровольно, то тварь с её мерзким перезвоном они явно не жаловали. Так почему же Дар не помог малышам отбиться, а наоборот, сделал их беззащитными?
– Авет не способен быстро переключиться на другого ребёнка и ещё некоторое время будет виться вокруг лазарета, – голос Кристофа вернул меня в реальность и я молча кивнула.
О привязке некоторых монстров к жертве я прекрасно знала, поэтому и поспешила выставить защиту.
– Но хлипкое тело делает аветов уязвимыми, поэтому они невероятно осторожны. Напоровшись на кристаллы со светлой магией, тварь должна была уползти во Тьму, тщательно изучить Сети и позже атаковать их вереницей порталов.
– Зачем? – удивилась. – Как это может пробить защиту?
– Обычный магический переход всегда привязан к полотну мироздания. По сути, это туннель сквозь пространство, и его перемещение полностью изменит координаты выходного портала, – пояснил Кристоф, – но “окна”, созданные аветом, уникальны и могут запросто скользить по Нижнему миру, окружая тварь и защищая её.
  
– Информация весьма интересная, но я всё равно не понимаю, как можно пробить защиту порталом! – покачала головой.