Прапорщик. Назад в СССР. Книга 6 (СИ)

— В чем дело, Макс?
— Кэп, у меня есть кое-какая информация насчет того, кто и чем сбивает наши вертолеты?
— Да ну! — удивился майор. — Серьезно?
— Угу…
— Рассказывай, раз такое дело. Честно говоря, я уже устал удивляться тому, что именно ты всегда и везде становишься занозой… В хорошем смысле!
Я невесело усмехнулся.
— Помнишь, когда мы были у Карат Чана, в Пакистане, там было двухэтажное здание, где американцы развернули свой штаб?
— Ну?
— Когда я там был первый раз, с Корнеевым, я видел на столе папку с какими-то чертежами, фотографии. Видел лишь мельком, потому что не до того было. Потом, когда мы вернулись и захватили укрепленный лагерь, этой папки там уже не было. Вероятно, когда я с американцами выдвинулся в сторону второго лагеря, их офицер забрал ее с собой. По сути же, второй лагерь это еще и Черный рынок для всевозможного оружия, причем со всего мира. Я точно помню, что название у той байды на фотографиях, было что-то вроде «Стингера». Внешне оно похоже на нашу «Стрелу-2». Ну, понятно, что это какой-то переносной зенитно-ракетный комплекс, но мы с таким ранее не сталкивались. Вероятно, это из недавних разработок. Скорее всего, американцы поставили душманам именно эти самые «Стингеры».
— Так… — пробормотал Кэп. — Макс, это очень важная информация. Нужно доставить ее в штаб.
— А что доставить? — спросил я. — Это только название.
— Уже кое-что. Наши люди в Америке уже будут знать, что искать. Что-то еще помнишь?
— Нет… — я покачал головой, хотя мог бы рассказать об этом типе ПЗРК еще несколько важных фактов. — Я не всматривался. Не до того было. Но я так полагаю, что американцы поставили это оружие духам тайно и не хотят, чтобы оно попало к нам в руки. Рискну предположить, что за то время пока мы торчали в учебном центре, а я валялся в госпитале, западные инструкторы обучили несколько групп душманов, обращаться с этим комплексом.
— Угу… — согласился Игнатьев. — Сейчас они наносят единичные удары, возникая в самых разных местах Афганистана, после чего пропадают. Именно поэтому и нет никакой информации, а местные крестьяне нам ничем не могут помочь, потому что все держится втайне. Нужно доложить в штаб. Пойдем со мной.
— А как мы объясним, откуда такие сведения?
— Как мне рассказал, так и им расскажешь. В условиях информационного голода, любая крошка хорошо. Медлить нельзя, возможно уже сегодня, контрразведка начнет действовать, зная наименование нового оружия.
Однако в штаб меня не пустили. Посчитали, что слишком жирно доверять стершему сержанту, который только несколько часов назад прилетел в Кундуз.
Когда майор вышел оттуда, он с силой долбанул кулаком в стену.
— Уроды! — выдохнул он. — Не верят. Говорят, что подобных предположений много, контрразведка в день отрабатывает до сотни фальшивой информации. Считают, что духи получили от Китая партию каких-то переделок из нашей «Стрелы» и именно ими бьют по вертолетам с возвышенностей. Ничего нового американцы им не поставляли, наблюдатели подтверждают.
— Что за бред⁈ — возмутился я. — Китайские ПЗРК? Это практически полный аналог наших комплексов, с небольшими доработками.
— Вот на них и грешат!
— Ну-ну, а вертушки-то падают… — недоверчиво хмыкнул я. — Черт возьми, ни хрена в этой армии не меняется!
— Ты о чем?
— Да… Так! — отмахнулся я, вспомнив, сколько подобной ерунды было в Сирии и Ливии. И всегда результат — чьи-то жизни, а причастные потом руками разводят, мол, простите, извините — ошиблись. Ничего не изменилось. Если в нужное время и в нужном месте, человек наделенный властью и полномочиями, просто прислушается и даст нужную команду «стоп», это позволит многие события развернуть вспять.
— В общем, я сделал все, что мог. Совесть чиста, а там пусть они решают.
— Мы люди маленькие… — тихо добавил я.
Затем мы вошли в здание казармы…
* * *
Не прошло и двух дней, как нас подняли по тревоге.
Разведка от правительственных сил ДРА доложила, что по одному из маршрутов пойдет караван, груженный наркотиками, опиумом, каким-то товаром «на продажу». Само собой по этому поводу было собрано совещание, в результате которого полковник Кудасов поставил задачу комбату подготовить группу для выхода в район и уничтожения проходящего там каравана. Ну и, конечно же, Шевцов решил проверить, чего стоят его новые подчиненные под кодовым обозначением «Зет» на боевом задании.
  
— Группа, внимание! — громко произнес комбат, проходя вдоль строя. — Поступила информация, что через десять часов по маршруту номер двенадцать, будет двигаться афганский караван с охранением. Перевозят они наркотические средства, возможно еще что-то. Численность неизвестна. Ваша задача скрытно выдвинуться на место, определить удачное место для засады, окопаться и ждать. При появлении противника караван нейтрализовать, груз уничтожить. В идеале, взять языка, но это по ситуации. Самое главное, не пропустить караван и самим вернуться живыми. Вопросы?
— Что перевозит караван?
— Опиум-сырец, гашиш. Еще могут быть медикаменты. Оружие и патроны, но это вряд ли.
— А тип вооружения противника известен? — уточнил я.
— Громов, так?
— Так точно.
— Душманы по большей части всегда вооружены одним и тем же, это автоматы Калашникова старых модификаций, английские винтовки Ли-Энфилд и Ли-Метфорд. Возможны пулеметы или даже ручные гранатометы. Все зависит от того, кто владелец каравана и какой груз перевозится.
— Тип каравана известен?
— Возможна легкая техника, но скорее всего, это будут вьючные животные, вроде лошадей, верблюдов или ослов. Разведка союзников более точной информации не предоставила. Еще вопросы?
— В каком районе будет проходить операция?
— Четыреста двенадцатый квадрат. Майор, у нас есть отдельная неофициальная карта, ты ее получишь при выходе на задание. Там сам разберешься. С вами на задание отправится мой человек, который поможет вам.
— Товарищ подполковник, мне не нужен помощник, справимся сами.
— А как ты поймешь майор, где именно будет проходить маршрут? — спросил Шевцов. — Ты здесь человек новый, с нашими правилами не знаком.
— Отчасти вы правы, но я по-прежнему уверен, что ваш помощник будет лишним в этом деле.
— Как скажешь. Это не приказ, это моя рекомендация. У тебя и твоей группы хорошо репутация, хотя я не понимаю откуда. Раз считаешь, что справишься сам, отговаривать не буду. Если вопросов больше нет, то веди группу снаряжаться.
— Есть, товарищ подполковник. Разрешите выдвигаться?
Комбат кивнул, после чего отправился обратно к зданию штаба. На входе остановился, посмотрел вслед убывающей группы. Встретился взглядом с Игнатьевым, затем скрылся за входной дверью.
На вещевом складе нам выдали снаряжение, которое являлось стандартным для всех разведчиков, что были в Кундузском разведбате. В целом, не сильно отличаясь от того, что было по всему Афганистану.
Первым делом мы получили так называемые КЗС — костюмы защитные сетчатые. Они лучше, легче, удобнее и куда прочнее «Афганки», а главное преимущество заключалось в том, что именно в ней жаркий климат переносился легче всего. Десантники надевали их поверх тельняшек, что было очень удобно. Цвет — рыжевато-песчаный, сильно смахивающий на то, что носили наши бойцы в САР, на первых этапах войны. Там ее называли «свинячкой». В дальнейшем, конечно, первоначальную форму заменили на более легкую и дышащую, с расцветкой, типа «песочка». На ноги все надели легкие ботинки с высоким берцем. Можно было надеть кроссовки, но для половины группы на складе просто не нашлось подходящих размеров. К тому же, кеды и кроссовки хотя и легче, но быстро рвутся и в них на острых камнях можно травмировать ноги.
Поверх КЗС мы надели разгрузки-нагрудники, для гранат, запасных магазинов и прочего. Их уже «допилили» местные умельцы, добавив несколько дополнительных карманов и отсеков. Головные уборы — панамки, кепки. Шлемы не полагались, потому что на афганском солнце они сильно нагревались, отчего у солдата глаза заливало, а потому он даже целиться толком не мог. Впрочем, командование это мало волновало и пехоту продолжали экипировать в стальные шлемы, несмотря на неудобства — защита, прежде всего.