Священная война (ЛП)

— Труби сбор. Мы оставим легкую кавалерию в резерве. Аль-Афдаль, ты поведешь мамлюков. Никаких луков — в ближний бой на мечах и копьях. Мы сметем их, прежде чем они достигнут берега.
— Слушаюсь, малик!
Аль-Афдаль ускакал, пока Сакр трубил в рог. Позади Юсуфа лагерь ожил, воины хватали оружие и бежали к своим лошадям. По своему обыкновению, Юсуф приказал своим людям ставить шатры в боевом порядке, чтобы они могли построиться в любой момент. Франкские корабли были еще далеко в море, когда выстроилась линия, мамлюки впереди с копьями наперевес. Четыреста воинов, которые должны были составить гарнизон цитадели, присоединились к ним, а за ними собралась кавалерия бедуинов и туркменов. Аль-Афдаль взмахнул мечом над головой, проезжая вдоль строя мамлюков. Он повернулся и остановился в центре строя. Он что-то крикнул, и воины взревели в ответ: «За ислам! За Саладина!». Четырехтысячный отряд мамлюков рысью двинулся на север, туда, где должны были высадиться франкские корабли.
  
— За мной, воины! — крикнул Юсуф собравшимся вокруг него войскам. Они поехали за мамлюками в более медленном темпе, и легкая кавалерия последовала за ними. Юсуф насчитал уже двадцать четыре вражеских корабля. Примерно по сто воинов на корабль, это означало около двух с половиной тысяч франков против его более чем семи тысяч. Юсуф поднял кулак и остановил коня на песчаных дюнах с видом на пляж.
Внизу строй мамлюков перешел в галоп и с грохотом несся по песку. Первый драккар приближался к берегу, двигаясь теперь быстрее на волнах, чьи гребни пенились у его бортов. Мамлюки ворвались в воду, копыта их коней вздымали облака брызг. Юсуф снова посмотрел на корабль. Люди, столпившиеся на носу, держали не мечи и не копья. Арбалеты. Юсуф узнал оружие как раз в тот момент, когда они дали залп по атакующим мамлюкам. Эффект был сокрушительным. Десятки лошадей пали, и их всадники были сброшены под волны. Франкские воины хлынули с корабля, ведомые самим Ричардом. Король возвышался над остальными. Он рубил своей двуручной секирой, добивая павших мамлюков, поднимавшихся из моря.
К берегу неслись новые корабли, арбалетчики на носах выпускали залпы болтов. Лошади падали десятками. Животные бились и брыкались в прибое, превращая наступающий строй мамлюков в хаос. С копьями наперевес франкские воины прыгали со своих кораблей в воду, доходившую им до пояса. Их встречали мамлюки, многие из которых теперь были пешими. Поднялся ветер, донося до Юсуфа громкое ржание раненых животных, крики боли и гнева мужчин и звон стали о сталь. Он увидел брызги крови, когда мамлюк перерезал врагу горло.
— Селим! — крикнул Юсуф. — Вводи легкую кавалерию. Пусть остановятся на пляже и стреляют по арбалетчикам в лодках.
Селим ускакал, и Юсуф снова повернулся к битве. Он не мог найти Аль-Афдаля среди этого хаоса. Ричард был хорошо виден, он пробивался в гущу из полудюжины мамлюков. Боевая секира короля сверкнула на солнце, и Юсуф увидел, как полетела чья-то рука. Другому воину почти отрубили голову. Трое мамлюков бежали, а оставшийся получил удар в грудь и исчез под волнами.
— Храбрый ублюдок, — заметил Каракуш.
— Храбрый дурак. Нас вчетверо больше.
Туркменская и бедуинская конница достигла пляжа и начала осыпать мамлюков стрелами. Юсуф увидел, как один из арбалетчиков получил стрелу в живот и рухнул с корабля в воду. Еще несколько были ранены, и остальные укрылись. Град арбалетных болтов поредел, позволив мамлюкам надавить. Вскоре их число взяло свое. Франков оттеснили на глубину — сначала по пояс, а затем по грудь. Лишь Ричард и две дюжины его рыцарей оставались на мелководье. Сотня мамлюков роилась вокруг них.
— За Христа! За Королевство!
Громкий крик донесся слева от Юсуфа. Он обернулся и увидел, что ворота цитадели открылись, и оттуда хлынули двести франкских копейщиков, ударив его воинам во фланг. Они врубились в легкую кавалерию на пляже, стаскивая всадников с коней копьями. Среди людей Юсуфа началась паника. Несколько отступили, а затем побежали и остальные. Как только прекратился дождь стрел легкой кавалерии, франкские арбалетчики снова начали стрелять. В то же время копейщики свернули в море, чтобы ударить мамлюкам в тыл. Франкские воины во главе с Ричардом снова пошли вперед.
— Стоять, воины! — крикнул Юсуф. — Стоять!
— Бесполезно, малик, — настаивал Каракуш. — Они боятся Львиное Сердце.
— Тогда мы должны убить его. Если мы сразим Ричарда, битва будет нашей. — Юсуф обнажил меч и поднял его над головой. — За мной, воины! За ислам!
Он пришпорил коня, съехал с дюн на пляж. Его гвардия следовала за ним по пятам. Они хлынули мимо бегущих бедуинов и туркменов и ворвались в воду, устремившись прямо к Ричарду. На него бросился франкский копейщик, и Юсуф отбил острие копья и рубанул вниз. Франк блокировал удар щитом, но Сакр, подоспевший следом, добил его. Юсуф сбил с ног другого копейщика, а затем полоснул по лицу третьего франка. Его конь замедлился. Волны теперь бились ему в грудь. Ричард был всего в десяти ярдах, когда конь Юсуфа заржал и споткнулся. Юсуф увидел арбалетный болт, торчащий из шеи животного, а затем оно рухнуло.
Юсуфу удалось высвободить ноги из стремян за мгновение до того, как он ушел под воду. Его шлем слетел, и он ударился о песчаное морское дно. Он открыл глаза, но тут же зажмурился; соленая вода обожгла их, и она была слишком мутной и взбаламученной, чтобы что-то разглядеть. Он начал подниматься, когда кто-то ударил его коленом в висок. Он снова упал на колени. Он нанес удар вслепую и почувствовал, как его меч вонзился во что-то. Юсуф поднялся из волн, моргая, чтобы избавиться от воды в глазах. На конце его меча был насажен франк с широко раскрытыми глазами, из уголков рта которого стекала кровь. Волна ударила Юсуфа в грудь. Он отшатнулся, и франк соскользнул с его клинка, чтобы исчезнуть под водой.
Юсуф огляделся, пытаясь найти Ричарда. Вот он. Король отодвинулся ярдов на двадцать. Он рубил мамлюка, в то время как Сакр, незамеченный, подъезжал к нему сзади. Сакр с силой опустил свой меч; Ричард дернулся в последнее мгновение, и клинок скользнул по его коническому шлему. С ревом Львиное Сердце развернулся и вонзил свою секиру в шею коня Сакра. Брызги крови забрызгали короля, когда он выдернул свое оружие. Конь рухнул, и Сакр исчез под волнами. Он вынырнул, уже замахиваясь. Ричард отбил удар своей секирой.
Юсуф побрел к ним по пояс в воде. Слева появился франк и сделал выпад ему в грудь. Юсуф рванулся в сторону, чтобы избежать удара, и рубанул вниз, попав франку по запястью. Тот упал на колени, крича и хватаясь за почти отрубленную руку с мечом. Впереди Сакр и Ричард обменивались ударами. Худощавый и поджарый, Сакр казался ребенком рядом с возвышавшимся над ним королем, но он был быстрее. Он нанес удар Ричарду в бок, и на сюрко короля показалась кровь. Сакр продолжил атаку и ударил короля в левую руку выше локтя. Ричард хрипло вскрикнул от боли, и его защита ослабла. Сакр замахнулся на лицо короля, но Львиное Сердце вскинул секиру, отбив клинок Сакра вверх. Ричард с яростью опустил секиру. Клинок вонзился туда, где шея встречается с плечом. Он прорубил плоть и кость, разрубив его до самого пупа.
Рот Юсуфа раскрылся в крике, но он ничего не слышал. Весь мир оглох, и лишь кровь стучала в ушах. Ричард повернулся к нему, и их взгляды встретились. Юсуф поднял меч. Он шагнул к королю, но кто-то встал между ними. Юсуф в ярости рубанул, но его меч был парирован.
— Юсуф!
  
Он замахнулся снова, и снова его клинок был отбит.
— Юсуф!
  
На этот раз крик пробился сквозь туман гнева, окутавший его. Юсуф отступил на шаг.
— Джон?
Его друг был в кольчуге. Джон развел руки в мирном жесте и опустил свой шестопер под воду.
— Отойди! — крикнул ему Юсуф.
— Я не позволю тебе с ним драться.
«А я-то думал, ты мне друг.» Губы Юсуфа скривились в оскале. Он бросился вперед, но шестопер Джона вынырнул из воды, чтобы отбить удар. Джон отступил на шаг и снова опустил оружие.