Синее пламя Юга (СИ)

Он потер висок, вздохнул. Кивнул потом.
Достал из ящика стола сверток, положил на стол поверх бумаг, развернул.
Книга, почти полностью сгоревшая, остался только корешок, и то от угла. Остатки страниц черные совсем. Ох ты ж…
– Ты говорила, что у твоего отца была книга, – сказал Сандер. – Это она?
У меня даже внутри все заныло. Как же такое возможно?
Пододвинулась ближе, приглядываясь, осторожно тронула пальцами. Боялась, это рассыплется сразу.
– Думаю, да, – сказала я. – Никогда не держала в руках эту книгу, но очень похоже. Синий переплет, серебряное тиснение… Ты хочешь узнать, кто ее сжег? Где ее нашли?
Сандер втянул носом воздух, потер висок снова.
– Думаю, тебе стоит знать, – сказал он. – Это нашли в камине у Уильяма Корби, твоего… почти брата. Его комната стояла закрытой после вашего отъезда, а тут решили поискать, разобрать вещи.
И как-то совсем не хорошо…
– Этого не может быть. Уилл не мог.
– Сейчас я ничего не могу сказать наверняка, – согласился Сандер. – Возможно, это ему подбросили. Но тогда все равно ее сжег кто-то в замке. Кто-то из тех, кто знал о книге и ее ценности, из старых людей Магнуса. Если Уилл – это слегка упрощает картину, все можно понять. Возможно, Уилл действовал по приказу твоего отца, чтобы важные сведения не достались чужаку. Из мести. Из принципа. Возможно, он сделал это сам. Просто потому, что был предан Магнусу и ненавидел меня заранее. Он ведь поехал в Эгору, насколько я понимаю, искать помощи.
Сандер смотрел мне в глаза, пристально.
Мы расстались, и Уилл уехал. Дальше, на запад, как нам сказали.
Если Уилл – все проще, не нужно искать новых врагов. Когда мы уезжали отсюда вместе, я ведь сама желала смерти королевскому ставленнику Искандеру ибн Джабалю. И если Уилл знал о делах отца… Он ведь знал. Отец не раз брал его с собой.
Но даже если книгу сжег Уилл, то поить кровью Камень он точно не мог. В Уилле совсем нет огня, Камень бы сжег его.
– А если это сделал тот, кто приносил жертвы Камню? – сказала я.
И выбор-то тут совсем небольшой.
И если подумать…
Сандер молчал.
– Ты думаешь, Йокель мог сделать это? – шепотом сказала я.
– Не знаю, – сказал он. – Если бы я был уверен в этом, то Йокель уже был бы мертв. Это вызвало бы недовольство, конечно, Йокель всегда верно служил Рёйгену. Но все можно сделать тихо, взять с собой в лес, сказать, что загрызли твари.
Я вздрогнула даже.
– Но ты не уверен? – сердце колотилось.
– Не уверен. Это слишком просто. И все же, для того, чтобы приносить жертвы, нужно хорошо понимать, что делать и как. Это не случайная личная месть мне. Это часть большой игры. Среди моих… Мартин наполовину эгориец. Думаю, все нити идут туда… Но кроме крови Мартину больше предъявить нечего. Ульрих не станет. Да, у него свои цели и свои взгляды, но игры с Эгорой совсем не по его части. Тагир амбициозен и хочет большего. Есть поводы сомневаться в нем, но так же есть причины доверять. Он сражался в Тарве вместе со мной, и даже спас мне жизнь… Не знаю. Эрик напротив – не амбициозен совсем, но тут я ничего не могу сказать наверняка. У него большая семья и большие долги. Из всех людей, приехавших со мной, я абсолютно уверенно мог доверять только Кадиму… но его нет. Я больше ничего не слышал о нем.
Сандер сжал зубы.
– Ты думаешь, Эгора за всем этим стоит?
– Знаешь, сколько мы должны Эгоре? – спросил Сандер. – Королю Альфонсо и Рикардо Кавали лично?
Провел ладонью по лицу.
– Нет, – сказала я. – Много?
Он кивнул.
– Я смотрю на все это, и мне кажется, что проще отказаться платить и пойти на Эгору войной. – Он вздохнул тяжело, потер сзади шею. – Но на войну у меня тоже нет денег. И достойной армии нет. Нет даже лишнего железа, чтобы ковать мечи, тут одним огнем не обойтись. В такой войне я проиграю почти наверняка. Альфред сказал сразу, что если я только дернусь в эту сторону, он не станет меня поддерживать. Наоборот. Прикажет повесить сам или выдаст эгорийскому королю, если тот пожелает. Неприятности с Эгорой ему не нужны. Не сейчас точно.
 
– Альфред не станет тебе помогать?
Он усмехнулся.
– Альфред отдал мне целый Рёйген! Куда уж еще? Отдал потому, что я обещал справиться. А если не справлюсь я, то вот, есть еще Ульрих, за которым стоит невероятно богатый отец и отцовская армия. Я думаю, если понадобится, Ульрих может выплатить большую часть долгов Рёйгена лично, из своего кармана. Но не станет, конечно, даже оказавшись на моем месте. Что-нибудь придумает. С деньгами он управляется куда лучше меня.
– А у тебя своих денег нет? Твой отец тоже богат.
– Мой отец данхарец, Ингрид. Он и так считает, что Данхар дал Уэйсвику слишком много, и не пожелает дать еще. А личных средств у меня никогда не было. Пока я жил при дворе, отец высылал мне содержание, необходимое, для достойной жизни. Не могу жаловаться. Но ни на грош больше необходимого. Да, Альфред тоже щедро платил мне за службу, но его награды, по большей части, шли на гулянки и женщин, – Сандер глянул на меня. – Теперь я герцог. У меня теперь есть земля, которая должна бы приносить доход, но пока лишь множит долги.
– Ты не знаешь, что делать?
Он фыркнул.
– Я знаю, что делать, осталось разобраться как. Мы продаем лес, пушнину, рыбу… У нас самый лучший лес… – Он фыркнул снова, взъерошил волосы на затылке. – Это уже не так плохо для начала. Если мы доживем до весны, если будет удачное лето, то можно надеяться, что своего зерна нам хватит, не придется снова закупать. Если повезет весной, я постараюсь разобраться со старыми железными рудниками в Арне… там все затопило, я знаю. Но, может, удастся придумать, как с этим быть, я уже договорился с людьми, которые знают толк в горном деле. Но зимой они сюда не поедут.
Если доживем до весны.
Если…
– Пока меня больше волнуют твари, – сказал Сандер еще. – У нас не будет ни торговли, ни обозов с поставками, ни леса, ни пушнины, ничего, если люди будут бояться выйти из дома. Если дороги не будут безопасны. Если твари выйдут на охоту, то никакие деньги не защитят. Поэтому Рёйген отдали мне, а не Ульриху.
* * *
Я проснулась от криков. Ночь на дворе.
Не сразу поняла, что происходит и где кричат.
Да и потом…
Но кричали с улицы.
Я выглянула в окно. Там, внизу, бегали люди, суетились, таскали что-то. Кричали. Что там? Потом – отблески огня и запах дыма.
Что-то горит? Только этого нам еще не хватало!
Сама оделась быстро, побежала во двор.
Горели амбары.
Далеко, на заднем дворе, но зарево огня я увидела, как только выскочила на улицу.
После всего, о чем мы говорили с Сандером, – у меня просто сердце оборвалось. Конечно, здесь не все запасы Рёйгена, но все равно очень много, достаточно, чтобы кормить людей в замке, армию и помогать людям в ближайших деревнях до конца зимы. Если этого не останется…
Хуже всего, что это ведь не случайно. Загорелось не само. В такие совпадения я не верю.
Амбары пытались тушить, таскали воду, но у одного уже горела крыша, у другого вот-вот, и дым из всех окон. Я видела, что люди еще пытались что-то вынести, кучу мешков во дворе, но сейчас горело уже слишком сильно, туда не зайти. Не спасти все.
Плач и причитания, ужас на лицах.
Гвардейцы с ведрами воды, пытаются тушить. И слуги… Все, кто может хоть что-то сделать.
Из распахнутой двери амбара вдруг выскакивает Тагир, голый по пояс, с двумя мешками зерна на плечах. Весь блестит от пота. Сбрасывает мешки на землю, распрямляется, потягиваясь, смотрит на меня.
– Миледи! Мы пытаемся спасти все, что возможно, – говорит он, немного склоняет голову. – Нельзя допустить, чтобы вы голодали!
Герой.
Он тоже не боится огня?
– Что случилось?
Глупый вопрос, это и так видно. Но я лишь хотела понять подробности, хоть что-то понять. Как это произошло?