Две партии. Том 4 (СИ)

– Я с охраной и тоже кое-что могу, – усмехнувшись, заметил я.
– Уверена, эти ребята могут захватить власть в нашем захолустье. Но это слишком скромно для твоей паранойи, – Вельга улыбнулась, но смотрела она серьезно.
– Я совершал и более странные поступки. Ты сама видела, – я улыбнулся, мол, что взять с сумасшедшего.
– Я могла бы тебе поверить, если бы не трагическая смерть герцога де Варда в собственной ванне.
– Свидетелем которой была вся его родня, – я усмехнулся, поддался Янусу и сделал еще один глоток. Вильгельмина оказалась поклонницей коктейлей. Ладно, смешивать лучше, чем запивать.
– Да, освещенный веками обычай, – заметила Луна. – Туда им всем и дорога. Маркус, я слежу. Не злоупотребляй.
Эта фраза вызвала улыбку у всех в комнате.
– Обычаям или их создателям? – выпусти клуб дыма, спросила Вильгельмина. – И ты, и мой отец оказались достаточно умны, чтобы половить рыбку в мутной воде. И вам обоим хватило ума не лезть в нее.
Это правда. Именно попытки Карла продавить Витольда, пользуясь неопределенностью в стране, привели к расколу его партии на три части. Принц переоценил себя и недооценил размах противоречий. Даламар ему в этом не мешал, так как это в разы увеличило его собственный политический вес.
Да, были успешные авантюристы, нарушающие все правила смельчаки, которые забирались на вершину. Першерон – прекрасный пример.
Но на одного везунчика приходится девять неудачников. Даже опытных политиков с серьезным весом вроде Корна Ланкаста вышвырнули на обочину. Что уж говорить про игроков поменьше, половина оказалась на кладбище.
Когда наша «двухглавая система власти» немного устоялась, то всем пришлось делать выбор: либо карабкаться на самый верх, либо уходить в сторону, сохранив полученное.
Мне жестко указали на мое место еще до этого. С другой стороны, если бы был выбор, я поступил бы также. Слишком серьезные игроки и слишком велики ставки. Мне удалось правильно распорядиться картами, но везение не вечно.
Мне нужно было стать сильнее, убедить союзников в собственной важности и составить хоть какой-то план. Цели – это прекрасно, но нужно как-то их достичь. И подумать о жизни после этого. Глупо думать, что когда шрамы на моей руке потеряют магическую силу, все резко наладиться.
Потом мы с Владиславом оценили все, что у нас есть, и пришли к нашей долгосрочной стратегии. Стать сильнее и пережить врагов. Но такое возможно, только если не случится катастрофа вроде восстания Кадавера или гражданской войны.
– Ты использовал свое влияние, чтобы возродить фон Таннендорфов, более того сделал своего друга секретарем совета. Потом использовал свои связи, чтобы продавить реформу образования магов и наложить руку на студентов. Я пообщалась с парочкой твоих «пташек». Сильные ребята и, очевидно, тебе преданные. Потом ты занялся центром…
– Это инициатива принца Витольда! – напомнил я. Когда стало понятно, что поставки природного эфира не восстановить в мгновение ока, пришлось задуматься о реабилитации раненых поближе к источнику магии. – Я просто помог финансово, как частное лицо.
– Всем бы частным лицам такие карманы. Сколько ты выделил на это денег? Сорок, пятьдесят миллионов?
– Давай не будем бередить старые душевные раны. Моя алчность до сих пор не оправилась от этого удара. Да, я участвовал в политике, но опосредованно. У меня есть влияние и статус. Вот только, моя дорогая мефрау, у вас возможностей не меньше. Дочка первого вице-губернатора, любимица главы академии друидов, одна из лучших колдуний своего поколения. Участие в десяти успешных проектах, в том числе восстановление столицы. Безупречная репутация и никаких врагов. У тебя блестящие карьерные перспективы, ты можешь продвигаться и как маг, и как администратор. Будем объективными, имея худшие условия, ты добилась большего.
Вильгельмина улыбнулась. Лесть попала в точку. Хотя я и не слишком приукрашивал.
– Поэтому ты обратился ко мне. Я не против помочь другу Владислава. Но мне нужно знать твои планы. Я не верю, что ты приехал сюда только за зерном.
 
– На колебаниях цен в прошлом годы я потерял пять миллионов гульденов. Это сильно повлияло на мои планы, Вельга. Люди за меньшие деньги едут на большие расстояния.
– Но дело не только в этом. Я права. Все чувствуют бурю с запада. Добрые принцы вспомнят былое и возобновят борьбу, – последнюю фразу Вильгельмина пропела. Сделав глоток, она продолжила: – И ты решил набрать сил. Или смена герцога де Варда с этим никак не связана?
– Естественно, я буду это отрицать, – я подмигнул девушке, Луна тут же коснулась меня локтем. Мол, я все понимаю, но не пересекай черту. – Просто выдалось удачное время. Мне действительно нужна твоя помощь в двух вопросах.
– Излагай. Буду рада ее оказать.
– Генерал-губернатор просил меня провести разведку. Рано или поздно Иллирия будет очищена от нежити. Мастер Дагедар одна из немногих, кто имеет опыт работы с левиафанами. Хотелось бы получить ее оценку ситуации, обсудить перспективы сотрудничества.
– План операции уже существует?
«О да, я самолично его разработал в компании с коньяком», – с гордостью заявил Янус.
– Предварительные наметки. Это будет лет через пять, не раньше. Сейчас нет ни сил, ни желания.
– Ситуация может перемениться, но проблему нужно решать, – добавила Луна.
– Я так понимаю, ты хочешь задействовать наших друидов, чтобы построить новый Заповедник? – посчитав что-то в уме, спросила Вельга.
– Мастерские задыхаются от нехватки ресурсов. Речь идет о нескольких «фермах» по добыче костей и шкур, но все упирается в магов и финансирование. И я открыт для предложений.
– Понимаю. Друиды сейчас нарасхват, лучших стихийников сразу затаскивают в бойцов. Если хочешь добиться успеха, лучше начинать сейчас. Но это не единственная цель?
– Мой ученик, племянник и наследник Ольги Бельской. Чудный мальчик… – договорить мне не дали.
– Как ты? Или гораздо хуже? – рассмеялась Вильгельмина. – Не обижайся, Маркус. Но ты всегда был со странностями. Только зицбаронша рисковала это замечать, остальные понимали, что с тобой лучше не связываться. А уж когда за тебя взялся Соддерн…
Не новость. Я всегда слишком выделялся. Даже в гимназии, но там все это игнорировали, поскольку директор знал, кто опекает мальчика, а также доплачивает за его учебу.
– Все не так плохо. Ментальной магией он не владеет. Очень умный, воспитанный и ответственный юноша, – я сделал вид, что обиделся.
– Натворил дел и его надо спрятать от гнева родни?
Луна прыснула. С определенной точки зрения, Вельга права.
– Нет, все не так плохо. Ответственный юноша задумал жениться. И невеста согласна. Вот только с благословением родителей есть проблемы, – сказав это, я развел руками.
– Седьмой… – опустошив бокал, сказала Вильгельмина. – Ты хочешь подмять под себя седьмой род?
– Там все не так однозначно. Тем более, ты должна понимать, что будущее за алмазами и службой. Совет с годами еще больше ослабнет.
– Поэтому стоит выжать из него все сейчас. Итак, кто тебя интересует? И что я за это получу? – напряженным голосом спросила Вельга.
– Гефаст. 
– Не моя сфера, но что-то слышала, – Вельга лукаво улыбнулась. – Там все очень плохо?
– Мягко сказано, – честно ответил я, потом стал объяснять: – Род целителей, немного химерологов. Трое детей. Старший погиб под столицей. Средний сын попал в плен в Ормандии, погиб при попытке побега. Есть доказательства. Но это скрывают.
– Берегут родителей?
– Родители знают. Но если в семье останется двое изумрудов, то никто не будет снабжать род эфиром. Поэтому Ланкасты замяли дело. Родители живут в разных городах, фактически развелись. Ланкасты их содержат, но за это забирают весь эфир. Два поместья – одно в землях мятежников, второе – здесь. Долгов больше, чем у меня проблем.
– От себя добавлю, что отец пьет уже несколько лет, мать меняет любовников, как перчатки. Здесь на это смотрят спокойно, но после очередного скандала ей пришлось убраться в какое-то захолустье. Сменила пылких студентов на сельских модников, – Вельга покачала головой. Очевидно, она все и так прекрасно знала, просто проверяла меня. – И она помолвлена. Томас Ланкаст. Сорок лет, вместо руки протез. Не старший, из побочной ветви. В первую очередь администратор, а не маг. Неплохой вариант для разорившегося рода. Он даст им опыт и деньги.