Без обмана 6 (СИ)

Ниида Макто: Спасибо за доктора Ямаду, он очень добродушный и веселый человек. Я уже могу немного говорить, только не очень громко. Кто посоветовал такого замечательного специалиста?
Цуцуи Мияби: Босс посоветовала.
Ниида Макото: Мацуда-сан?
Цуцуи Мияби: Конечно, нет! Мацуда-сан — наша директор по кадрам, моя начальница. А кто такая босс — ты прекрасно знаешь Дразнящийся смайлик
  
Ниида Макото: Ты с ней по таким вопросам советуешься?
Цуцуи Мияби: Ну да, босс сказала, чтобы я по любому поводу обращалась. Например, в оба раза, когда ты пропадал, велела мне не волноваться, верить в тебя, в твою честность и твою удачу. Это цитата.
Ниида Макото: Но «босс» – это же прозвище? Она ведь такое не любит.
Цуцуи Мияби: Это должность! Как-то ведь надо ее называть.
Речь о Красной Женщине, конечно же. Очевидно, что она разбирается в потусторонних материях. И совершенно ясно, что я ее заинтересовал не просто так, а по своей мистической природе. «Этот глупый толстый лис способен принести пользу корпорации», — как-то так она наверняка подумала и устроила со мной знакомство по случаю.
По возвращению к апато выяснил, что переезд наставницы Амацу уже завершен без меня. Помогать ей вызвалась еще и учительница математики, соседка Ёрико, которая как раз вернулась с работы.
Очень уютно в арендованной квартире получилось. Мягкое кресло, телевизор напротив, столик для ноутбука, который я у старушки забирать конечно же не стал. Занявший свою законную нишу небольшой, как раз для одного человека, холодильник. Новые занавески приятного бежевого цвета. Обстановка согласно старинным китайским принципам гармонизации пространства, известным, как феншуй. Конечно же, девятихвостая с ними знакома. И своим ученикам передала. Я вот совершенно точно знаю, как правильно выбирать шторы в зависимости от множества факторов. И не только. Помнится, я совершил перестановку перегородок в офисе. Оказывается, неосознанно при этом учитывал уроки девятихвостой.
Улучив минутку, когда никто не подслушивает, спросил у кицунэ про недавнего врача.
— Наставница, тот доктор, который лечил мне горло — я почти уверен, что он тануки. Что скажешь?
— Эка невидаль! Целый тануки, — с преувеличенной важностью ахнула шаманка. — Они давным-давно слились с людьми. Есть много таких, что даже не подозревают о том, что они особенные.
— А как же долгая молодость?
— Они не такие, как мы с тобой, малыш. Некоторые тануки способны прожить и тысячу лет, и даже дольше, но не все готовы идти по тому же пути, ведь для того придется прилагать усилия. Закончили пока беседу.
Как же хорошо оказалось вернуться домой и не обнаружить там никого лишнего! Ну то есть Амацу-сенсей для меня ближе, чем родная мать, причем это действительно так, но когда дома только я и Мияби — намного приятнее. А уж учитывая, какой заботой окружила меня невеста… как же я ее люблю. В том числе за то, что не задает лишних вопросов, на которые я обязательно дам ответы превентивно. Вот только почувствую нужный момент и правильные слова. Сказать «я кицунэ!» в духе американского супергероя в бронированном костюме было бы опрометчиво.
В воскресенье Цуцуи вместе с сестрой ушла в парикмахерскую. Не знаю, зачем. Ну то есть понятно, что для стрижки, но неясно, как именно стилист сможет сделать лучше то, что и так уже идеально. Ко мне же в гости заглянула Ёрико с сумкой американцев.
— Ну ты дал! — воскликнула лисичка, передавая трофеи для изучения. — Мне знакомые из национального парка уже рассказали, что не то минамигон растерзал в парке туристов, не то туристы расстреляли чудовище из ружей-слонобоев, да так, что одни только следы и остались! Прямо жалко, что ты не мой отец! А каково это — быть реинкарнацией? Не больно?
— Все мы чьи-нибудь реинкарнации, — философски заметил я. Разговаривать уже смог почти нормально, только тихо. — Колесо Сансары вечно совершает оборот за оборотом, а многорукая Авалокитешвара присматривает за душами, чтобы каждая оказалась на своем месте.
— Все чьи-нибудь, а ты — моего папы. Теперь ты должен исполнить его обязанности. Научи меня кататься на велосипеде!
— Так я и сам не умею, — машинально соврал, не желая тратить время на ерунду.
— Тогда давай я тебя научу. Ничего сложного, я умею, — рассмеялась девушка. — Смысл-то не в велосипеде, а в том, чтобы время вместе проводить. Я вот про что посоветоваться хотела. Помнишь тех негодяев, с которыми я слегка ошиблась? Ну, деньги отправила… Что, если я пожалуюсь на них Амацу-саме? Что будет?
— Посохом по спине, за глупость. Лучше попроси Амацу-но-Маэ тебя чему-нибудь научить и после ее уроков перестанешь попадаться в чужие ловушки.
— Конечно, попрошу! Ты хоть представляешь, насколько у меня легендарная прабабушка? Ей тысяча лет! Она могла бы быть лично знакома с поэтом Басё, Миямото Мусаси или даже с самой Накадзимой Кото!
— Актрисой из дорам восьмидесятых? Возвращение налогового инспектора я смотрел, понравилось, — конечно же, я знал, что речь не о ней, но ироничная подколка показалась уместной.
— Женщиной-самураем, которая помогала свергать сёгунат! Я ей по настоящему восхищаюсь. Эй, ты специально ошибся! — очень хотелось расхохотаться, но мне нельзя, горло все еще побаливает, несмотря на значительное улучшение.
— Поспешу расстроить. Твоя прабабушка уже несколько десятилетий находилась в камне, когда О-Кацу родилась, — я назвал известную онну-бугэйся, женщину-воина, по ее прозвищу.
Ёрико разочарованно вздохнула. О чем вслух я не сказал — так о том, что Хидео-сан в это время здравствовал и вел вполне себе активную жизнь. И даже имел личное знакомство с исторически знаменитой воительницей. Более близкое, чем мне хотелось бы и не ставшее таким уж приятным.
Мошенник втерся в доверие к молодой и невинной девушке-самураю, чтобы сбежать от нее после первой же ночи, которую мне и вспоминать не хочется… не то, чтобы иные любовные похождения другого Макото я часто прокручивал в голове. В искусстве любви Накадзима-тян оказалась совершенно неопытной, что неудивительно при ее образе жизни. А соблазнил ее авантюрист попросту ради интереса, чтобы понять, чем женщина-воин с крепким мускулистым телом отличается от остальных. Подлый поступок. Совсем не тот, о котором следует знать Ёрико. Как и о других изменах ее отца. Пусть думает о Макото-Хидео лучше, чем он был на самом деле.
— То есть никакого велосипеда, да? — притворно расстроилась Ёрико. — И про месть нечестивым мошенникам тоже ничего не скажешь? Вот тут уж точно отцовские обязанности. Понятно теперь, почему я к тебе с бедой обратилась — душой почувствовала.
— Нет, не расскажу… покажу. Только Акире ни слова.
— Я же не самоубийца… — протянула рыжая.
Показал я ей секретный чат с представителями полиции, в котором сливал информацию о Зеленой Триаде инспектору и суперинтенданту. Рассудил, что раз лисичка оказалась не способна отпустить и забыть, то пусть лучше удостоверится, что обидчики уже наказаны.
— Ты! — пальчик с накрашенным ногтем указал мне на центр груди, а на лице лисички появилось плохо скрываемое выражение восторга. — Ты Кагешуго! Обладеть! Я думала, что это девушка, а получилось, что ты! Я твоя фанатка, знаешь ли! Мне Тика-тян форум показала… стой… это получается, что она моя тетя? Мы с ней родня⁈
— Родня, но не так, как ты представляешь. Я не твой отец, я его правнук. А Тика, соответственно, правнучка.
— Ага, помню-помню, реинкарнация, — Ёрико отмахнулась от этой подробности, как от чего-то незначительного, но уже наигранно. Я замечательно приноровился распознавать, когда она взаправду валяет дурака, а когда демонстративно старается выглядеть проще, чем есть. — А ты, получается, мне кто? Внучатый племянник, верно? Не вздумай назвать меня бабушкой, прокляну! Меня мама научила, — глаза молодой кицунэ смеялись. Никакие проклятия она использовать не собирается, если вообще умеет. Я вот ничем таким не владею.