Остров (СИ)
— Ладно, докладывай.
— Мы их нашли, — Сэм Маккензи поставил на стол коробочку голо-экрана, вывел в воздух карту. — Остров в семидесяти километрах от Майска, небольшая верфь для яхт и катеров, сами их не строят, занимаются доводкой и ремонтом. На острове есть аэродром, принимает грузовые вертолёты и экранолёты, постоянных жителей около сорока. Остров арендуется, а вот остальное принадлежит номинальному владельцу — одной небольшой фирме из Кейптауна.
— А фактический?
Сэм развёл руками.
— Не может такого быть, — Маккензи-старший повертел на руке браслет, — всегда есть владелец. Хорошо, кому принадлежит фирма?
— Шань Ли, живёт на Свободных территориях рядом с Кейптауном. Работал воспитателем в приюте, кстати, я его, кажется, помню. Год в Службе контроля рядовым инспектором, потом — предприниматель, занимался покупкой и продажей участков. Убит в воскресенье, 15-го.
— Родственники?
— Только дочь. Тоже убита, вчера. Служба контроля проводила спецоперацию, должен быть рапорт, но по предварительным данным, их убили кредиторы, Шань задолжал местным бандитам, вот они и решили, что денег всё равно не вернуть, а другим будет хороший пример.
— Ещё наследники есть?
— Нет, — Сэм улыбнулся, — тут начинается самое интересное. Шань Ли был должен много денег не только местным, но и серьёзным людям из Сентаменто. Много — это почти четыре миллиона реалов, часть долгов была обеспечена залогом. Недвижимость он заложил семье Фальк за полтора миллиона, хотя реальная стоимость — около семидесяти тысяч. А фирму он оценил в два миллиона двести, и она тоже ушла в обеспечение долга.
— Кому?
— Анонимное поручение, адвокат утверждает, что сделку заключил «Фундо Патримонио», но они обычные посредники. Так что через две недели всё, что построено на острове, и аренда на десять лет, всё это перейдёт в другие руки. Но даже не это самое интересное.
— Сэмюель, — отец строго поглядел на сына, — я горд тобой, ты молодец и отлично справляешься, но мне слишком много лет, не трать моё время попусту.
— Во-первых, семья Фальк отказалась подавать в суд и накладывать арест на всё имущество, они могли бы прибрать фирму к рукам, но отошли в сторону. Служба контроля передала запись допроса, возможно, деньги Ли получал от какой-то организации под названием «Сияние», и Фальки не хотят с ней связываться.
— Интересно, — Маккензи-старший погладил поверхность стола. — Что известно об этом Сиянии?
— В том-то и дело, что ничего. Такое впечатление, что их не существует, скорее всего это силовое подразделение какой-нибудь крупной корпорации. Дай мне время, и я всё выясню.
— Хорошо, а что во-вторых?
— Во-вторых, мой одноклассник, фон Зюдов, нашёл стеллс-составляющую в картонных коробках. Мы заменили её на другую, с маркерами, которые можно отследить, сделали новые коробки, заполнили их грузом и вернули тому, кто доставил их в гараж репортёра — за взятку. Коробки очень быстро дошли до этого острова, и теперь лежат у них на складе. Буквально утром на верфь встала яхта, которой требуется перекраска, угадай, как зовут её владельца
— Сын, — Маккензи-старший поморщился.
— Ирина Громова, папа. Точно так же, как мою мать. Бывший владелец продал яхту на прошлой неделе через посредника, настоящего покупателя он в глаза не видел. Ты уверен, что она умерла?
— С твоей матерью, Сэм, — генерал тяжело вздохнул, — нельзя ни в чём быть уверенным. Даже в том, что её действительно так звали. Но, думаю, это просто совпадение.
Когда Сэм Маккензи вышел, хозяин кабинета несколько минут думал, закрыв глаза. Потом нажал кнопку внутренней связи.
— Сэр, похоже, наши старые друзья снова в деле.
— Ты уверен, Джон?
— Да, они послали сигнал. Лично мне.
* * *Сейду Перейра копала яму. Не одна — почти с самого начала ей помогала брюнетка по имени Мишель, а потом к ним присоединился журналист. Ринальдо Корсу, так он назвался, и у Сейду не было оснований этому не верить, ситуация располагала к откровенности и доверию. Лопат у них не было, сначала женщины рыхлили суглинок заострёнными кольями и ножами, а потом Корсу принёс металлические листы, оторванные от ящиков, и дело пошло быстрее. Женщина себе не могла бы объяснить, что именно толкнуло её начать раскопки на холме, и именно в этом месте. Интуиция у магов была развита ненамного лучше, чем у обычных людей, особенно когда способности отсекал блокиратор. Теперь его не было, и многое изменилось. В частности, вчера Сейду смогла поджечь сухой обломок дерева, а этой ночью спала всего три часа, и отлично отдохнула. Никаких резких изменений в организме, которыми их пугали почти с самого рождения, она не ощущала, первый поток, принёсший эйфорию, схлынул, организм быстро привык к тому, что стены между полем и человеком нет, и успокоился.
Землю они не вываливали возле ямы, а относили в кусты, и там разбрасывали, хлопотно и тяжело, зато меньше следов. Мишель выравнивала дно, а Корсу срубал ножом тонкие деревца, и укладывал стволы в заранее проделанные пазы крест-накрест. Обычный с виду мужчина работал так, словно внутри него сидело ещё минимум пять таких же.
— Отлично, — Сейду попрыгала на импровизированном перекрытии, оно пружинило, но спокойно выдерживало её вес. — Теперь можно укладывать.
Подтащила к яме первый кусок дёрна, и недовольно скривилась, увидев, что Мишель свой кусок укладывает неровно. Девушка с каждым часом всё больше её раздражала.
Глава 21
01 апреля 328 года от Разделения, воскресенье
Вокруг Сола крутились четыре планеты. Две — практически одинаковые, размером с Марс, третья, Сегунда занимала вторую по счёту орбиту между ними, на самой дальней, четвёртой, находился газовый гигант с многочисленными собственными спутниками и пылевым кольцом. Пятым спутником Сола был коричневый карлик, вокруг которого вращались две луны. Ближайшая к Солу звёздная система с красным гигантом в центре находилась в двух парсеках, в радиусе десяти световых лет звезд было четырнадцать. Их, а также другие, гораздо более удалённые объекты, можно было наблюдать с поверхности Сегунды в обычный телескоп. За то время, пока связь с Землёй не прерывалась, колония получила достаточно научного оборудования, чтобы проникать в глубины космоса. Но звёздное окружение было чужим, ничто не подсказывало, где именно оказались переселенцы, и где находится материнская планета.
Через трёхметровый цилиндр протащить части космических ракет было невозможно, и поселенцы довольствовались крохотными, весом не больше килограмма, спутниками, запускаемыми с помощью космической пушки — разгонного электромагнитного устройства. Пользы от них почти никакой не было, жёсткая радиация Сола выводила из строя большую часть электронных систем на высоте от пятисот километров, а магнитное поле планеты глушило радиосигналы.
К середине двухсотых годов руководство колонии окончательно разуверилось в необходимости запуска искусственных спутников Сегунды, Оборудование и образцы были перевезены на остров Гагарин в двух тысячах километров к северу от Парадизо, вместе со специалистами и их семьями, в двести семьдесят шестом году, к этому времени на высоте в пятьдесят тысяч над планетой зависли сто четырнадцать рукотворных аппаратов. Управление расформировали, а остатки передали в Силы обороны — кому, как не военным, заниматься совершенно бесполезными и очень дорогими проектами.
К триста двадцать восьмому году к ста четырнадцати аппаратам, большая часть которых давно вышла из строя, прибавились всего шестьсот, длинный ствол рельсотрона диаметром в двадцать сантиметров и длиной в сто сорок метров большей частью простаивал. Но работы не прекращались, рядом с рельсотроном возвели новое сооружение — огромный, диаметром в сто двадцать метров, барабан, который разгонял внутри себя снаряд под действием центробежной силы, и выбрасывал вверх. Теоретически такой разгонный блок мог выплюнуть массу в пятьсот килограммов на высоту в триста пятьдесят километров, космический аппарат с помощью плазменных двигателей должен был уйти на высокую орбиту, и там уже раскрыть сол-панели. Двенадцать предыдущих запусков закончились ничем — аппараты упали в океан, предварительно разрушившись в атмосфере.