Пиромант. Дилогия (СИ)

— Да, дядя Джа. — отозвалась девушка. Как выяснилось, она стояла сразу за дверным проходом.
— Ты лучше меня знаешь родовое древо огненных. У кого из них за последнюю тысячу лет рождались медиумы?
— Медиумы? Из огненных только два рода имели медиумов — Фаерус и Арес. Но, клан Фаерус давно уже прекратил своё существование, растворившись среди вассалов, а Арес сейчас правит восточной империей.
— Значит, Фаерус. — задумчиво произнёс Наставник. — а у Джона фамилия Фаер. Слишком много совпадений, как считаешь, Джамал?
— Нужно вытаскивать его сестру из чужого мира. — хрипло произнёс воин. — Если девочка — медиум, Скверна сделает всё, чтобы уничтожить её. Хранитель, я должен призвать своих братьев. Нужно проникнуть в чужой мир, и вырезать всех осквернённых, пока они не набрали силу. Поэтому прошу дать мне слово, что будешь заботиться о Рэян так, как я забочусь.
— Если Младший ученик ответит мне послушанием, то я и стены храма укроют её от многих опасностей. — ответил Наставник. От меня по-прежнему ускользал смысл разговора двух взрослых. Какие медиумы, какая скверна?
— Джамал. — я осторожно поднялся с нар. — ни ты, ни твои братья не смогут долго находиться в моём мире. Сутки, максимум двое. Потом их погубит синдром Гантеи.
— Нам хватит и суток. — ответил воин, но я почему-то знал — он ошибается.
— Приглашаю всех за стол. — сменил тему разговора Наставник. — После обеда обсудим, что нам всем делать дальше.
— Джон, слушай, научи меня этому языку. — попросил друг, когда я, следом за старшими покинул комнату. — Вы что-то говорите, обсуждаете, а я вообще ничего не понимаю. Чувствую себя идиотом.
— Я попрошу Наставника, чтобы он помог тебе с обучением. — улыбнулся я, представив, что чувствует друг.
— Да нет, ты похоже ничерта не понимаешь! — внезапно вспылил Джек. — Марика там, в плену у орденцев, а ты улыбаешься? Джон, тебе занятия с этим стариком совсем мозги прочистили? Твоя сестра у врага!
— Успокойся. — рыкнул я на друга. В районе сердца вспыхнуло и начало разрастаться пламя, пришлось приложить усилие, чтобы успокоить стихию. — Джек, ты ничего не знаешь, но даже так ведёшь себя слишком агрессивно. Раньше ты не позволял себе подобного. Успокойся, Марика в безопасности.
Я повернулся ко входу на кухню, и натолкнулся на жёсткий взгляд Джамала, пристально смотрящего на моего друга. И в этом взгляде было нечто такое, от чего мне стало боязно за жизнь Джека. Как позже выяснилось, я не ошибся.
— Среди нас враг. — произнёс воин Тароса, едва все расселись за столом. Смотрел он почему-то на меня, но я знал — речь не обо мне. — Скверна уже поселилась в нём. Есть два способа избавиться от врага — убить, или выжечь душу. Второй навсегда изменит твоего друга, Фаерус, но позволит жить.
— Вряд-ли он вынесет ритуал очищения. — произнёс Наставник, бросив взгляд на Джека.
— В любом случае я заберу его с собой. Оставить заражённого скверной рядом с Рэян, значит подвергнуть её опасности.
— Джон, вы о чём? — в голосе друга слышалось раздражение, чего ранее за простодушным Джеком не наблюдалось.
— Завтра утром мы выходим. — произнёс воин Тароса, и поднялся из-за стола. — Я приготовлю дорожный мешок, себе и ему.
— Джек, завтра ты отправляешься с Джамалом. За подмогой, чтобы выручить Марику.
— А если я не пойду? — усмехнулся друг, и в этой усмешке проскользнуло нечто, что мне совсем не понравилось.
— Тогда я тебя убью. — произнёс я, глядя в глаза товарищу, с которым не раз стояли плечом к плечу против толпы интернатовцев. Смотрел, и не узнавал своего друга. Словно передо мной сидел кто-то чужой. — Джек, ты заразился какой-то гадостью, и только Джамал может излечить эту болезнь.
— Я здоров! — мой друг, с которым много лет делили все тяготы и радости, рывком поднялся из-за стола, с ненавистью глядя мне в глаза. — Скажи, Джон, когда они стали тебе настолько близки, что ты веришь каждому их слову, а меня даже не хочешь слушать?
— Сядь. — произнёс я, сдерживая желание своей стихии вырваться наружу. — Ты не хочешь помочь выручить Марику?
 
— Я хочу, а вот ты, похоже, нет. Говорю тебе, пойдём сейчас! Ты откроешь портал, и мы спасём твою сестру, вырвем из лап ордена. — Джек бросил взгляд на Наставника, и замер.
— Похоже он сопротивляется Скверне, причём довольно успешно. — произнёс монах, не отводя глаз от моего товарища. — Пытается подавить воздействие каким-то светлым, чистым чувством. Джамал, я не уверен, что он продержится до утра. Разве что я введу его в глубокий сон.
— Мы выходим через пол часа. Думаю, к полуночи успеем добраться до опорной башни. Фаерус, тебе лучше уйти в свою келью, чтобы не попадаться на глаза заражённому. Так шансы сохранить разум у него выше
Сидя на нарах, я слушал, как Джамал обсуждает с Наставником дальнейшую судьбу Джека, а в голове была лишь одна мысль — это какой-то безумный, затянувшийся сон. Скорее всего меня вытащили из пустоши, и я сейчас валяюсь в коме, а всё это безумие мне снится.
— Парень очень сильный, Джамал. К тому же влюблён, а это повышает его шансы.
— Многие воины Тароса считают — лучше умереть, чем жить с выжженной душой.
— Но ты же живёшь?
— Меня выжгли с рождения, хранитель, и Тарос принял меня. Я не знаю, что это — любовь. А этот юноша — он слишком взрослый, мой покровитель вряд-ли согласится принять такого новика.
— Ты знаешь, что такое долг, а это уже говорит о многом, Джамал. Забирай мальчишку. Он будет послушным ближайшие пару часов, затем попытается показать норов. Возможно попробует напасть, но это вряд-ли. Да, я не могу дать парню знание нашего языка, не хочу заразиться Скверной. Так что придётся тебе постараться. — скрип входной двери прервал разговор.
— Рэян, я оставляю тебя на попечение достойного человека. Наберись мужества, и постарайся усвоить все знания, что передаст тебе хранитель. Прощай, дочь Семи ветров.
— Прощай, дядя Джа! — в голосе девушки звучали тоскливые нотки. — И возвращайся скорее.
Вновь раздался скрип двери, а затем щелчок закрываемого замка. Я, поднялся с нар и вышел из кельи. И сразу же встретился взглядом с Наставником.
— Джоун, теперь ты мой ученик, поэтому могу признаться. Всё время, пока ты здесь находился, я держал тебя под лёгким ментальным контролем. То, что ты перенёс за последние несколько дней, могло сильно повредить твоё сознание. Нет, я не вмешивался в твои сновидения, и встречи с сестрой меня никак не касаются. Но, после открытия самостоятельного портала ты освоил своё первое заклинание, став полноценным Неофитом. Теперь любое воздействие на твой разум плохо отразится на даре. А теперь говори.
— Мне нужно спустится к ледяному столбу. — ответил я, сдерживая рвущуюся наружу ярость. Меня держали под контролем, словно марионетку. Заставляли поступать так, как я не хотел. И, хоть я и понимал, что это во благо, в груди закипало пламя. — Наставник, когда это произошло? Когда я попал под контроль?
— Утром первого дня, как только попросил отвести тебя к месту боя.
— Спасибо, Наставник. Вернусь через пол часа. — я кивнул учителю, с улыбкой поклонился Рэян, и двинулся к спуску в повал, на ходу направляя силу огня из источника в руки. На ладонях почти мгновенно вспыхнули языки пламени.
— Он что, правда из рода Фаерус? — шёпотом раздалось за моей спиной.
— Не знаю, Младший ученик. Всё указывает на это.
Интерлюдия седьмая. Император Алекс Третий.
Император вошёл в зал малого совета стремительной походкой. Четыре Мроу, сопровождавшие повелителя, двигались бесшумно и стремительно, готовые в любой момент отбить метательный нож, стрелу, или принять на себя смертельное заклинание. Шестеро разумных, ожидавших Алекса Третьего, поднялись со своих мест и выполнили ритуальный поклон. Четверо — главы могущественных кланов, и ещё двое — представители рода Арес, старшая сестра императора, и двоюродный брат, который занимал должность тайной стражи.