Второй брак герцогини Файф
Андреас справился, но жен больше не брал, как ни уговаривал его отец. Тогда маркграф Рюнгена женился сам, и в замке настали новые времена.
Поначалу наследник не заметил разницы – как мотался по дорогам, так и продолжил, заезжая в замок отчитаться, отмыться, поесть пирогов, поспать в кровати, и снова уносился на дорогу. Однако пришла осенняя распутица, и ему пришлось вернуться в Рюнген больше чем на месяц.
Слуги вели себя иначе. Новая хозяйка выделяла “любимчиков” и жестоко порола тех, кто ей не угодил. Братья сникли и похудели. Оказывается, увлечения младшего назвали “глупостями”, отобрали дорогие краски и бумагу и усадили Эсташа с дамами – подавать платки, держать клубки и приносить при необходимости нюхательные соли.
Кармила отец готовил в экономы. Средний вел замковые книги, делал закупки, составлял амбарные списки и выдавал жалование солдатам. Когтистые лапки новой гэри Рюнген дотянулись и до него. Мачеха виртуозно ссорила Кармила с отцом, убеждая его в бесполезности трат. Угодивший в медовую ловушку маркграф уступал жене и отмахивался от сыновей.
Андреас поскандалил с отцом, велел мачехе вернуть младшему бумагу, краски и возможность переписывать книги. Выбил жалование своим людям, и тогда… Тогда эта стерва принялась травить Маришку. Вернее, Эльзу Марианну Дебору Рюнген.
Наследник не мог сидеть в замке – уехал по первопутку, а когда вернулся к зимнепразднику, застал дочь в слезах. Снова устроил скандал, забрал простенькие украшения, оставшиеся Маришке от Эльзы, и… на следующий день его дочь облили кипятком!
Впав в ледяное бешенство, Андреас увез малютку в дом лекаря – сына той самой повитухи, и попросил присмотреть за ребенком. Затем был долгий и тяжелый разговор с отцом. Маркграф Рюнген уперся, отрицая вину жены, и тогда Андреас затребовал материнскую долю наследства, забрал братьев, присягнувших ему лично воинов и уехал искать счастья для себя и своих близких.
Оценив замок Файф, он решил, что попытает тут счастья.
Пусть герцогом не станет – всегда можно наняться воином в егерский отряд, купить домик рядом, поселить там братьев и дочь… Пусть Эсташ переписывает книги и бренчит на лютне. Кармил может предложить свои услуги герцогине – он хороший управляющий – или поискать счастья в других крупных владениях. Андреас даст ему время.
И даже если они никогда не вернутся в родной Рюнген… он будет заниматься тем, что умеет, к чему привык, а Маришка и Эсташ будут надежно прикрыты его спиной.
Придя к такому выводу, Андреас энергично смыл пену и начал одеваться. Следует проявить вежливость и познакомиться с герцогиней Файф за ужином, а он чуть не уснул в лохани, погрузившись в свои размышления.
Глава 3
Граф Сальмский тоже наблюдал за прибытием гостей из Рюнгена. Молодой, амбициозный и крепкий, он уже семь лет управлял своим графством, довольно мирно жил с соседями и присматривался к герцогине Файф абсолютно открыто.
Наследник для графства у Керкира уже был – крепкий мальчишка тринадцати лет. Даже дочь имелась, правда, худосочная и бледная, как ее мать.
После рождения и смерти пятого ребенка Эления Агленида Бригит, урожденная Лидж, в браке графиня Сальмская, уехала в монастырь Святых Сестер и приняла постриг.
Согласно закону, выждав год траура по ушедшей от мира супруге, граф снова мог жениться. Услышав о том, что Белая герцогиня под давлением совета снова собирается замуж, он немедля выехал в герцогство сам.
Предлог был хорош – закупка водяники, обмен пшеницы на лекарственные травы и ингредиенты для амулетов. Эти вещи в Сальме были нужны всегда. Крупное графство с большим количеством деревень и тремя городами нуждалось в сильных магах. Но, конечно, сама герцогиня Лаура интересовала Керкира куда больше.
Он успел оценить ее женскую красоту, молодость и хозяйскую строгость. Оценил богатство замка и всего герцогства.
Граф гостил в Файфе уже неделю и каждое утро выезжал на прогулку, исследуя ближайшие к замку селения. Видел мрачные поселки рудокопов, видел заставленные навесами деревеньки сборщиков трав. Болтал с охотниками на редких зверей и с пастухами, пасущими коз на склонах гор, и даже добрался до плантаций водяники, занимающих практически все пространство вокруг огромного озера Файфон.
К удивлению Сальмского, всюду царил порядок. Он бы подумал, что хозяйство просто не успело развалиться за те полгода, что герцогиня живет без герцога, но, поговорив с работниками, понял, что герцог занимался ловлей браконьеров, охраной караванов и шахт, а все остальное всегда находилось в нежных руках ее светлости. Теперь герцога заменяют его помощники, и вот на охрану как раз шахтеры и караванщики ворчат. А на все остальное – нет.
Граф присмотрелся к стражникам, к егерям в черной одежде и понял, что просто не будет.
Даже если он станет супругом их обожаемой герцогини, этим хватким парням придется доказывать, что он достоин вести их в бой, командовать и вообще быть здесь.
Впрочем, Керкир не особо боялся – он был воином с младенчества и обоснованно считал себя весьма недурным командиром. Только вот он привык к густым лесам Сальма, а горные склоны Файфа могут создать проблемы… Да еще конкуренты…
Керкир еще раз задумчиво посмотрел на бескрайнее море водяники и повернул коня в замок. Сейчас главная битва будет проходить в его стенах. Битва за руку и сердце герцогини.
* * *Пока граф Сальм совершал прогулку, наследник Рюнгена обживал покои, а ее светлость занималась подготовкой к ужину, в саду прогуливался виконт Эстерхази.
Этот молодой человек прибыл в Файф с рекомендациями своего дяди – герцога Эрчестера. Старый герцог рекомендовал его герцогине в качестве управляющего или секретаря, но между строк звучало “присмотритесь к мальчику, из него может вырасти неплохой герцог”.
Виконт был красив, силен и молод. Ему едва стукнуло двадцать, так что самоуверенности ему хватало. При дворе дядюшки он прославился любовными победами и… попытался залезть под юбку не просто верной жене – любимой женщине одного из сыновей герцога. В итоге мальчишку избили “для науки” и выкинули в каменную башню, которая служила родовым гнездом семье его отца.
Только через пару месяцев виконтесса Эстерхази умолила брата простить непутевого племянника и поспособствовать его карьере. Увы, все соседи были в курсе, отчего виконт так долго болел, и принимать в своих замках молодого человека, не видящего границ, не желали. Пришлось герцогу писать рекомендательные письма в дальние края, а тут и подоспела новость об окончании траура герцогини Файф.
Прибыв в замок, гэр Пауль вел себя тихо. Одевался скромно, служанок по углам не зажимал, свободное время проводил в саду или за книгой. Но верная наперсница герцогини гэри Ильма, посмотрев на юношу из окна, метко заметила:
– Тихий омут. И кто знает, какие черти там водятся?
Ее светлость понаблюдала за красивым юношей и согласилась со своей дамой. Виконт ей показался излишне манерным и слащавым. Да и будь он действительно столь скромен, как хотел казаться, она бы не приблизила его к себе. Слишком молод, амбициозен, будет соревноваться с ней в делах, отменять приказы, устраивать суету и шумиху. Зачем?
Когда-нибудь гэр Пауль научится вести дела, сдерживать амбиции и принимать взвешенные решения. Но не за счет ее людей и ее герцогства!
Виконт же пребывал в уверенности, что ему вот-вот предложат корону герцогства, либо сначала должность управляющего, а потом уже корону, поэтому иногда забывал маскировать свой норов. То прижимал в коридоре хорошенькую служанку, да так, что девчонке еле удавалось вырваться, то отчитывал старого слугу, подметающего двор.
Он не знал, что внимательные глаза герцогини и ее приближенных неотступно следят за ним, и каждое деяние записывается в особую книжечку. Ее светлость не хотела ссориться с герцогом, но компромат на женихов собирала. На всякий случай.
Суета прибытия виконта привлекла, но сад он покидать не стал – подошел к ограде сада, над которой нависал балкончик, и начал задавать вопросы милой даме из свиты герцогини. Гэри была совсем юная, страшно смущалась, но все же рассказала, кто прибыл, а потом всплеснула руками: