Не говори шефу (СИ)

  
13. Кофе, слёзы и Москва
 
Офис гудел, как улей, в котором кто-то случайно пнул королеву. Коллеги сновали между столами, явно пытаясь побить рекорд в номинации «самый громкий звонок». Но даже за этой какофонией я почувствовала — что-то неладное. Нет, это был не мой забытый и остывший кофе, а приближение Екатерины, которая шла с видом человека, чья миссия — разрушить мой день.
Её каблуки стучали по полу так зловеще, что я задумалась, не выбирает ли она себе обувь в спецмагазине для чудом сохранившихся средневековых ведьм.— Ольга, — её голос был настолько драматичен, что я почти ожидала, что она взмахнёт рукой и за ней вспыхнет пламя. — Нам нужно поговорить.
— Конечно, — попыталась я улыбнуться, хотя в голове уже прокручивала сценарий своей речи на вымышленной церемонии «Самая униженная сотрудница года».
— Вы знаете, что выглядите смешно? — заявила Екатерина с такой уверенностью, будто только что провела пятилетнее исследование на эту тему.
— Простите? — мой голос дрогнул, но я быстро собралась. Никто не разрушит моё право выглядеть смешно лучше, чем я сама.
— Ещё одна его игрушка, — процедила она куда-то в пространство.
— Екатерина, если мы говорим о «игрушках», то вам пора перестать быть той самой ломающейся машинкой, которую все пытаются починить, но бросают, когда надоедает, — ответила я, выдав свою лучшую импровизацию.
Коллеги замерли. Кто-то даже опустил кружку с кофе.
— Это всё, что вы можете? — Екатерина пыталась говорить холодно, но попытка была так себе.
— Знаете, если бы я знала, что вы тут собрались устроить очередное шоу, я бы заранее продала билеты. Такой шанс заработать выпадает не так уж и часто, — я подняла бровь, а в голове мысленно похвалила себя за смелость.
Екатерина сделала шаг ко мне. Её взгляд метался так, словно она не могла решить, испепелить меня прямо здесь или сохранить для особого случая.
— Связь с реальностью у вас совсем потеряна? — её сарказм был так густ, что его можно было намазывать на бутерброд.
— А вы сами-то уверены, что у вас есть связь с ней? Или ваш интернет давно отключили за неуплату?
Тут ей было сложно что-то парировать и с видом оскорбленного, но не сломленного величия их злодейшество удалилис. Я села за стол и почувствовала, что своего она тем не менее добилась — меня прям поколачивало мелкой дрожью. . Тут же рядом появился Михаил — человек, который всегда знал, как вовремя вставить комментарий.
— Ну, это было эпично, — сказал он, присаживаясь на край моего стола.
— Ты о чём? — я попыталась выглядеть невинно.
— О том, как ты закатала Екатерину. Это же было лучше, чем любой выпуск стендапа!
— Думаешь, я должна была записать это на видео и отправить на «Камеди Баттл»?
— Безусловно, — усмехнулся он. — Но давай оставим это между нами. Не хочу, чтобы Екатерина подумала, что у неё есть шанс стать звездой.
Екатерина закрылась в своём кабинете. Через час она вышла с коробкой личных вещей и взглядом, который мог бы стать причиной падения фондового рынка.
— Думаешь выиграла? — спросила она, остановившись у моего стола.
— Екатерина, если это был матч, то вы даже не пришли на игру, — ответила я с самой милой улыбкой, на которую была способна.
Её глаза сузились, как будто она пыталась прожечь мне дыру в душе.
— Ты пожалеешь об этом, — прошипела она.
— Пожалуйста, запишите это на открытку и отправьте мне. Я собираю предсказания будущего от людей, которые больше не работают в этой компании, — я даже подмигнула, наслаждаясь её молчанием.
* * *
Ожидая у лифта, я смотрела, как стрелка этажей медленно двигается вниз, словно у кабины был свой собственный план замедлить моё прибытие. Наверное, кто-то наверху нажал все кнопки подряд — мысль, которая прекрасно отражала настроение дня. Но прежде чем лифт успел доехать, рядом появился Владислав.
— Ольга, — начал он, облокотившись на стену, — надеюсь, ты не против ужина сегодня?
Его спокойный, уверенный голос, казалось, противоречил всей суете дня.
  
— Опять? — спросила я, невольно улыбнувшись.
— В другой обстановке, — добавил он, и его взгляд чуть потеплел. — В прошлый раз атмосфера была, скажем, слишком предсказуемой.
— Так это был не твой любимый ресторан? — я изобразила удивление, хотя в душе уже представила, как он тщательно отбирал место.
— У меня нет любимых ресторанов, — пояснил Владислав. — Но сегодня я выбрал кое-что более… атмосферное.
Его слова прозвучали загадочно, но, учитывая контекст, я решила не задавать лишних вопросов.
— Хорошо, — кивнула я.
— Тогда в шесть тебя ждёт машина, — добавил он с лёгкой улыбкой, прежде чем исчезнуть так же быстро, как появился.
Через пару часов мы оказались у небольшого особняка в центре Москвы, спрятанного за высокими деревьями и почти скрытого от глаз прохожих. Фасад здания выглядел как декорация для арт-хаусного фильма: глубокие оттенки терракоты, изящные арки и золотые огоньки, мерцающие в окнах.
— Это место… совсем не похоже на прошлое, — заметила я, выходя из машины.
— Именно поэтому я его выбрал, — сказал Владислав, подавая мне руку.
Внутри оказалось ещё уютнее: тёплые светильники, бархатные диваны и легкий аромат свежесваренного кофе, смешанного с нотами корицы и ванили. На стенах висели картины с абстрактными пейзажами, а в углу зала тихо играла живая музыка.
— Тут нет столиков для больших компаний, — объяснил Владислав, провожая меня к нашему месту. — Только пары или небольшие группы. Атмосфера, подходящая для честных разговоров.
Мы сели за столик в укромном уголке, где мягкий свет падал только на наши лица. Официант подошёл сразу, будто заранее знал, что мы здесь. Владислав заказал бутылку красного вина, а я пробежала взглядом по меню, притворяясь, что внимательно его изучаю, хотя мысли уже путались от сказанного.
— Ты всегда так тщательно выбираешь рестораны? — спросила я, пытаясь разрядить напряжение.
— Только если компания этого заслуживает, — ответил он, внимательно глядя на меня.
Этот взгляд заставил меня почувствовать себя как под лупой, но в то же время он был обволакивающе мягким.
Вино оказалось насыщенным и слегка терпким, как разговор, который только предстоял. После пары глотков Владислав наконец заговорил:
— Ты знаешь, я обычно не вожу сотрудников на ужин.
— Начало интригующее, — заметила я, надеясь, что он продолжит.
— Но с тобой… всё иначе.
В его голосе было что-то такое, что заставило меня перестать играть с ножом и вилкой.
— Иначе? — переспросила я, чувствуя, как внутри начинает подниматься странное волнение.
— Ты единственный человек, кому я доверяю.
Эти слова зависли в воздухе, как музыка, которая внезапно остановилась. Я не знала, что сказать, но молчание показалось подходящим ответом.
* * *
— Ты понимаешь, что это звучит так, будто предложение вступить в секту? — я чуть прищурилась.
— Если это секта, то ты уже в ней, — ответил он, сделав глоток вина, его глаза не отпускали меня. — И, кажется, добровольно.
Я фыркнула. Тоже мне сектант.
— А если серьёзно, — продолжил Владислав, отставляя бокал и внимательно смотря на меня. — Ты знаешь, что я не часто доверяюсь людям. У меня не так много тех, кому я могу действительно открыть что-то личное. Но с тобой… всё иначе.
— Владислав, давай мм.. резюмируем. Итак, ты говоришь, что это всё очень важно, — ответила я, пытаясь изобразить этакую лёгкость в голосе. — И что, теперь я единственная, кому ты доверяешь?
Он усмехнулся, но ответил абсолютно на полном серьёзе.
— Да, ты — исключение, — сказал он. — Ты не похожа на других. И для меня это… необычно и важно.
Необычно? Что это должно значить? Я не могла не задаться вопросом, насколько сильно я уже вовлечена в эту игру, если её правила продолжали изменяться прямо на моих глазах.