Вина без срока давности

Вел к дворовой парковке, где среди простых седанов стоял его мощный внедорожник. Да, такому мужчине и соответствующая марка авто.
Машина приветливо пискнула, сверкнув фарами прямо перед моим взором, и картинку внезапно переклинило. В глазах резко потемнело, звук бьющегося стекла оглушил сознание и бесконечное мигание жёлтых фар в ночи довело до тошнотворного дежавю. Боль в голове, в теле, в душе… И эхо утраты, что никогда не покидало. Мигание фар ушло в бесконечность, не желая выпускать сознание. Попятилась, ища дорогу назад в безрадужное, но настоящее, и упёрлась в тупик. Нет! Нет, отпусти! Пусти! Верни меня назад! И в ужасе истошно закричала, падая куда-то вниз.
  
Глава 4
– Нина! Ниночка! Ну посмотри на меня! Посмотри же! – испуганный и предельно ласковый тон мужского голоса доходил до слуха, пока я то ли выла, то ли кричала в беспамятстве. – Тише… Всё хорошо! Нина!
Тело в плену крепких рук, на лице тёплое дыхание, нежные поглаживания по голове. Темнота начала редеть и окончательно рассеиваться. Взору предстало до смерти перепуганное лицо Артёма, которое и вернуло в реальность. Всё хорошо. Всё и правда хорошо. Со мной уже давно всё хорошо. Тише… Дыши.
– Ниночка, что с тобой? – он перешёл на ты, и мне от этого вдруг стало так уютно. – Ты до чёртиков меня напугала…
Гладил по волосам, держа в колыбели своих могучих рук, и мне абсолютно не хотелось их покидать.
– Можешь встать?– оказывается он сидел на холодной земле, держа меня на коленях.
Резво тряхнула головой, и Артём осторожно потянул меня на ноги, внимательно страхуя.
– Вернёмся в дом? – видимо, он решил, что моё обособление разумнее прогулок.
– Нет… Прости. Это фары на меня так влияют, – попыталась улыбнуться, но вышло болезненно. – Эхо посттравматического стресса. Меня сбила машина несколько лет назад… Свет фар и их мигание – мой страшный сон.
Артём отчего-то схлынул с лица, замерев. Скользил по мне шокированным взглядом, словно пытаясь что-то найти.
– Давно… Давно сбила? – в голосе появилась сталь.
– Давно, – отмахнулась я, не желая вдаваться в подробности. – Не хочу об этом. Давай скорее в машину. Холодно.
Артём заботливо приобнял меня со спины и довёл наконец до внедорожника. Принципиально села на заднее сиденье и хозяин не стал возражать и тем более переубеждать.
Внутри салона пахло кожей и сандалом. Вдохнула аромат поглубже, проникаясь атмосферой. Просторно, комфортно и кажется безопасно. Пристегнулась и посмотрела на сиденье перед собой. Да, в таких машинах должны быть подушки безопасности и для пассажиров сзади.
Машина предупреждала сигналом открытой двери, пока Артём не разместился в водительском кресле и не закрыл её.
– Точно всё в порядке? – обеспокоенно обернулся через сиденье, не пожелав обойтись зеркалом заднего вида.
– Сколько у тебя стаж вождения? – спросила вместо ответа.
– Почти десять, – чуть подумав, ответил он.
– Главное, не торопись, – одарила новой улыбкой, желая, чтобы он наконец забыл о моей недавней истерии.
Артём кивнул и через минуту плавно тронул авто с места. Подвеска у его коня была то, что надо. Внедорожник красиво миновал колдобины моего двора, ритмично выехал из арки и вырулил на проезжую часть, идеально вписавшись в общий поток машин. Впервые наслаждалась дорогой, а не считала секунды от пункта А в пункт Б. Надо бы Ване посоветовать такую же марку, хотя дело кажется не в транспортном средстве, а в самом владельце, точнее в моём отношении к нему. Я отчего-то доверяла Артёму больше, чем бывшему мужу, хотя по стажу вождения они ровесники. Безусловно, Иван хороший водитель, на его счету лишь парочка мелких ДТП, но в его машине мне всегда было дискомфортно и желудок сжимался от страха.
– Как давно вас осматривали врачи? – спустя долгое молчание спросил Артём, не отрывая внимательного взгляда от дороги.
– Мне больше нравилось на "ты", – попыталась увильнуть от неприятного разговора.
– Как давно ТЕБЯ осматривал врач? Нейрохирург, травматолог… – настойчиво повторил мужчина с поправками.
– По-моему это не твоё дело, – упрямо подметила я, надеясь, что теперь точно сработает.
– Это смещение позвонков или межпозвонковая грыжа? – не унимался он. – Всё это лечится и необязательно хирургическим путём, но если затягивать с лечением…
– Я НЕ хочу! – достаточно громко и твердо отчеканила я. – Хватит! Мне и так хорошо. Жива и слава богу…
– Так это не жизнь вовсе. Вечный страх перед выходом из дома. С ума сошла?! Атрофия мышц и кратковременные эпизоды паралича – только начало. Страдает всё: мочевыделительная система, кишечник, репродуктивные органы наконец.
– Замолчи! – последнее будто хлестнуло по щекам. Артём захлопнул рот и покраснел то ли от гнева, то ли от стыда. – Больше никаких больниц, – гораздо тише произнесла я.
– Ты слишком красивая, чтобы сгубить это всё в четырёх стенах, – так же тихо молвил он и по телу прошлась стая мурашек. Красивая? Он и правда это сказал? – Нина, я и не такие случаи встречал… Всё возможно, главное, захотеть.
– А я не хочу, – подчеркнула в ответ и тут же задалась вопросом. – Для обычного столяра и подрядчика, ты слишком просвещён в подобных вопросах.
Артём кашлянул, померкнув в лице.
– Когда-то я крутился в медицине, но отошёл.
– Отчего же? – его тема мне нравилась больше.
– Из-за меня погиб человек.
– Я думала среди медиков – это нормальное положение вещей, – вдруг захотелось его утешить. – Кто-то выздоравливает, кто-то – нет. В природе это называют естественным отбором.
– Случаи бывают разные, – мотнул он головой, заруливая на огромную парковку строительного гипермаркета. – В моём, мне нет оправдания. Поэтому для меня отныне лучшие пациенты – это плитка и штукатурка. Больше пользы.
Вновь посмотрела на его руки – грубоватые от шершавости и наличия парочки мозолей, немного царапин на тыльной стороне ладони и костяшках. Нет, сейчас это вряд ли руки врача и тем более хирурга.
– Зря ты так, – улыбнулась я и озорно подмигнула. – Тебе бы может я и доверилась, ведь в машину сегодня села.
Видела, как в изумлении расширились его глаза и спешно выскочила из авто. Почему мне нравится удивлять его или заставлять думать иначе? Может потому что сама совершаю ради него маленькие, но подвиги? А его реплика на счёт моей внешности и вовсе лила елей на душу.
Небо затягивала большая чёрная туча. Кажется быть дождю. Хотя они давно должны прекратиться. Вот снег, это как раз по-ноябрьски.
– Идём, – снова заботливо положил ладонь мне на спину, а захотелось, чтобы на талию. – Если что смело бери меня под руку, хорошо?
– Хорошо, – и скользнула в сгиб его локтя. Посмотрела на его понимающую усмешку и позволила вести себя в строймаркет.
Я бы млела ещё пуще, если бы он держал меня за руку, как свою девушку. От этой мысли невольно содрогнулась, представив нас парой. Да, что с тобой, Минеева? С мозгами явно, что-то не то творится в его присутствии. И это снова мне нравится. Вот на что способен легкомысленный поцелуй для дурёхи, что давным-давно поставила на своей горемычной судьбе крест.
В зале гипермаркета сквозило и под потолком разносилось эхо популярной музыки. Садовая сторона пустовала из-за несезона, зато отделы домашнего ремонта кишели покупателями и консультантами.
Артём целенаправленно вёл в отдел керамической плитки, пока я по дороге так и впивалась руками то миленький дозатор для жидкого мыла, то в забавную шторку для ванн.
Менеджмент основательно постарался для своих покупателей, выложив плитки в макетные зоны, чтобы потребитель мог тщательно рассмотреть дизайн, структуру и качество товара.
  
– Вон та симпатично смотрится, – указала я на композицию из светло-бежевого фона с нежно-розовыми лилиями.
Артём с минуту взирал на мой выбор и после добавил.
– Предлагаю подобную композицию выложить окнами. У тебя две основные стены – над ванной и угловая. Выложим на каждую по такому рисунку, а всё остальное предлагаю заполнить однотонной плиткой в цвет, но только на три четверти. Потом низ и пол оформим цветом из той же линейки, но более тёмным, а вон те бордюры разделят их… Как горизонт.