Ведьмак в теле Маркиза 3 (СИ)

— Я тоже так думаю. — Рурик помолчал, собираясь с мыслями. — Не просто же так мы сюда пришли. А вы не думали… — он снова замолк.
— О чем?
— Что вы будете делать дальше? — Старик говорил медленно, тщательно подбирая слова. — Получается, Рэйскрофт скоро узнает, что вы решили не следовать его приказам. А это приведет к тому, что домой…
— Будет сложно вернуться? — перебил я его. — Да, я думал об этом. Но посмотрим сначала, чем нас наградит Изнанка, а потом будем решать.
— А госпожа Виктория? — Рурик внимательно посмотрел на меня. — Чего она добивалась?
Хороший вопрос. Я невольно потер шею, где еще чувствовался странный шрам. В памяти всплыли слова чистокровного. Он назвал её предательницей. В этом что-то было… Не просто же так она крутилась рядом со мной все это время. А её просьба насчет кристаллов? Неужели она действительно не может войти в Изнанку, будучи чистокровным вервульфом?
— Интересно получается, — пробормотал я, глядя на черную стену. — Слишком много совпадений.
Мы с Руриком погрузились в задумчивое молчание, каждый обдумывал свои мысли. Внезапно тишину нарушил радостный возглас — это Цапля с ведьмой вернулись с охоты. Они тащили двух крупных пушистых тварей, действительно похожих одновременно и на зайцев и на барсуков.
Девушка-ведьма, представившаяся Мартой, сразу принялась разделывать добычу. Её движения были уверенными и точными, ей явно не первый раз приходилось этим занималась.
— Ты не поверишь! — Цапля плюхнулся рядом со мной, его глаза горели возбуждением. — Это место… оно какое-то живое, что ли!
— О чем ты? — я так и подался вперед, чувствуя, что сейчас услышу нечто важное.
— Мы погнались за этими тварями! — парень активно жестикулировал, пытаясь нагляднее передать свои впечатления. — И территория… она словно растягивалась перед нами! Мы бежали и бежали, а края оазиса все не было видно. И самое странное — когда мы обернулись, лагеря уже не было видно. Вообще!
— Но вы же нашли обратную дорогу, — заметил я.
— В том-то и дело! — Цапля понизил голос. — Стоило нам подстрелить добычу и решить возвращаться, как пространство будто снова сжалось. Три поворота — и мы уже здесь!
Марта, не отрываясь от своего занятия, добавила:
— Это нормально. Оазис… он разный для каждого. Растягивается, сжимается, иногда даже форму меняет. Но всегда возвращает своих обратно к лагерю.
— Своих? — переспросил я.
— Тех, кого он принял, — она пожала плечами, ловко срезая шкуру с туши. — Других здесь просто нет. Не бывает.
Я снова посмотрел на черную стену Изнанки. Ничего более странного я до этих пор не слышал. Место, которое само решает, кого принять… Пространство, которое меняется по своему усмотрению…
Бросив окровавленную шкуру в траву, Марта начала нарезать мясо крупными кусками. Выглядело оно свежим и здоровым, никаких признаков порчи или болезней заметно не было.
— Это единственные животные, которые тут водятся? — спросил я.
— Нет, — покачала головой девушка. — Есть еще… разные. Но этих легче всего поймать, и мясо у них вкусное. — Она немного помолчала. — Только вот одна странность: сколько бы мы их ни добывали, меньше их от этого не становится. Каждый день появляются новые.
Пока она весьма ловко разделывала добычу, я присмотрелся к ней повнимательнее. На вид ей было около двадцати пяти, а внешность больше характерна для южных женщин — черные как смоль волосы собраны в тугой хвост, темные глаза с легкой раскосинкой, смуглая кожа. В её движениях чувствовалась природная грация, а в осанке — внутренняя сила. Она была красива, но не той кукольной красотой, что ценится при дворах, а дикой, необузданной.
Краем глаза я заметил, как Лилия демонстративно отвернулась, делая вид, что занята своими делами. Но то, как она постоянно бросала косые взгляды в нашу сторону, выдавало её с головой. Когда Марта случайно коснулась моего плеча, показывая что-то на туше животного, Лилия так яростно принялась помешивать похлебку, что часть ее выплеснулась из котелка.
— Давно ты здесь? — спросил я у Марты, пытаясь завязать разговор.
  
— Уже два месяца, — она подняла глаза, и в них мелькнула тень. — Пришла с группой из восьми человек.
— И где они сейчас?
Марта отложила нож, вытерла руки о передник.
— Мертвы. Все. Дорога сюда… она была тяжелой. — Она говорила спокойно, но я чувствовал, как под этим спокойствием клубится боль. — Нас постоянно пытались поймать работорговцы. Особенно охотились за мной и сестрой — молодые ведьмы-близнецы высоко ценятся на невольничьих рынках.
Лилия перестала греметь посудой, прислушиваясь к нашему разговору.
— А здесь? Что случилось с остальными?
— За первый месяц все погибли. — Марта снова взялась за нож, словно механическая работа помогала ей держаться. — По-разному…
— В Изнанке? — я подался вперед.
— И там тоже, — она бросила быстрый взгляд в сторону палатки Блэквуда. В этом взгляде было что-то такое, отчего у меня по спине пробежал холодок.
— Почему ты не пошла сегодня с остальными?
— Мне приказали остаться и помочь вам, — она опустила голову, пряча глаза. — Показать что и как…
Я вдруг вспомнил, что слышал ночью возле палатки Блэквуда.
— Подожди, а твоя сестра-близняшка… Как её зовут?
— Аливия, — тихо ответила Марта. — Она сильнее меня и лучше ориентируется в Изнанке. — Горькая усмешка тронула её губы. — Да и более… послушная.
В последних словах Марты слышалась бездна горечи,. Значит, вот как тут все устроено? Блэквуд, старый хрен, не просто так держится за свое положение «хозяина». Две молодые ведьмы-близняшки, пережившие все ужасы пути сюда… Очень легкая добыча для того, кто контролирует единственное безопасное место!
Пока я размышлял, Лилия демонстративно отодвинулась от костра, словно пыталась показать, что этот разговор ей неинтересен. Но я видел, что она прислушивается к каждому слову, и пальцы ее нервно теребят край рукава.
— Расскажи о своей группе, — попросил я Марту, наблюдая, как ловко она срезает остатки мяса с костей.
— Нас было восемь. — Она на мгновение замерла, глядя куда-то вдаль. — Опытные ведьмаки, два мага… Мы думали, что готовы ко всему. — Горький смешок. — Глупые были!
— И что случилось?
— Сначала обычные опасности — оборотни, «стервятники», холод. Потом… — она покачала головой. — Изнанка. Она словно выбирает — кого пропустить, а кого… — Марта не договорила, но я понял, что она имела в виду.
— А Блэквуд? — осторожно спросил я. — Как вы оказались…
— У него? — она криво усмехнулась, продолжая работать ножом. — Просто. Вскоре все наши погибли, мы остались совсем одни… Выбор в данном случае небольшой, особенно когда твоя сестра… — тут Марта осеклась, её руки слегка задрожали.
Я заметил, что Лилия незаметно придвинулась к нам ближе. Её неприязнь к Марте явно боролась с сочувствием к её истории.
— Аливия быстро поняла правила игры, — продолжила Марта, уже тише. — «Будь послушной, делай что говорят и тогда выживешь»… Она всегда была практичной. А я… — она пожала плечами. — Просто пытаюсь защитить единственного родного человека, который у меня остался.
Лилия наконец не выдержала:
— Но почему вы просто не уйдете⁈ Теперь-то вы знаете дорогу…
Марта посмотрела на неё с какой-то усталой мудростью:
— Уйти? Куда? В тот мир, где за нами охотятся работорговцы? Или в Изнанку, где… — она снова бросила взгляд на палатку Блэквуда. — Здесь хотя бы тепло и безопасно. Пока выполняешь правила.
Лилия подошла ко мне, нервно теребя рукав новой рубахи:
— Можно с вами поговорить? Наедине…
Я кивнул, и мы отошли за палатки, туда, где нас никто не мог подслушать. Ведьма явно нервничала. Её пальцы продолжали мять ткань одежды, а взгляд постоянно бегал, не в силах остановиться на чем-то одном.
— Что случилось? — спросил я, хотя уже догадывался, о чем пойдет речь.
— Я… — она запнулась, собираясь с мыслями. — Беспокоюсь за вас. После всего, что мы пережили… — Лилия подняла на меня встревоженный взгляд. — Вам нужно быть осторожнее.