Ведьмак в теле Маркиза 3 (СИ)
Серафина-оборотень развернулась для новой атаки. В её глазах — все еще ярко-синих, таких человеческих — плескалось что-то очень похожее на боль и страх. Она бросилась вперед, но её движения… они были какими-то механическими, словно кто-то дергал за ниточки огромную марионетку.
Я уходил от ударов, уклонялся от звериных челюстей, способных перекусить человека пополам. И вместе с тем наблюдал, анализировал… Это существо не было похоже на обычных оборотней — слишком много неестественных изменений, словно кто-то намеренно создавал монстра, нисколько не заботясь о том, что получится в итоге.
— Они использовали её как подопытную! — кричала Эванджелина. — Экспериментировали, хотели создать новое оружие…
Серафина атаковала снова и снова, но в её движениях я не видел той текучей грации, что отличает настоящих оборотней. Только грубая сила и скорость, вбитые в искалеченное тело.
Существо, бывшее некогда моей сестрой, явно действовало не по своей воле. Каждое движение причиняло ей боль, и я видел это в её глазах — единственной части этого лоскутного одеяла, оставшейся человеческой. Но что-то заставляло её атаковать снова и снова, что-то толкало вперед этого монстра помимо его воли.
«И почему именно сейчас? — я перекатился под летящим телом. — Почему она попыталась остановить ритуал? Кто дернул за поводок?»
Тварь остановилась, тяжело дыша. Из пасти капала слюна, смешанная с кровью — похоже, трансформация далась ей нелегко. Мышцы под серой шкурой подрагивали, словно от электрических разрядов.
— Помоги ей! — умоляла Эванджелина. — Ты же смог изменить свою силу! Может быть…
Но закончить она не успела.Серафина снова бросилась в атаку, будто кто-то щелкнул невидимым кнутом.
Я схватил ее. Рука Серафины оказалась неожиданно холодной, почти ледяной. Когти царапнули воздух в паре сантиметров от моего лица, оставив за собой светящиеся полосы, парящие в пространстве. Черный дым заструился по моей коже, собираясь в сгусток концентрированной тьмы. И действуя скорее инстинктивно, я с силой вонзил эту тьму ей в живот.
Сестра застыла, будто вокруг неё остановилось время. И тут я почувствовал… Да, это происходило! Сила древних потекла из неё в меня, но совсем не так, как это было раньше. Не было борьбы, не было сопротивления…
А потом меня разорвало. Нет, не физически. Энергия взорвалась изнутри, превратив мое тело в эпицентр чудовищного выброса силы. Серафину отбросило, как осенний лист под порывом урагана. Я ожидал боли, видений, чего угодно… но вместо этого просто перестал быть собой.
Моё сознание растеклось по Изнанке, как капля чернил по воде. Каждая песчинка чёрного песка вдруг стала частью меня. Я чувствовал их все одновременно, ощущал каждое движение, каждую вибрацию. Следы людей на поверхности отзывались в этом новом восприятии подобно пульсу. Живые отпечатки присутствия в мёртвом мире.
Кристаллы… они больше не были просто камнями! Каждый из них светился своим уникальным узором сил, как созвездия на чёрном небе Изнанки. Я видел души внутри них. И не просто видел — я чувствовал их суть, их истории, их боль и надежды. Все они пульсировали в едином ритме, создавая симфонию, которую невозможно услышать обычным слухом…
Стражи проявились в ткани реальности подобно теням на стене. Древние существа, сотканные из самой сути этого места. Я чувствовал их всех, от первого до последнего, видел связи между ними, понимал их истинную природу. Каждая битва, каждое столкновение оставило свой след. Шрамы на теле реальности, которые я теперь мог читать как открытую книгу.
Моё восприятие между тем продолжало расширяться. Теперь я видел все, всю картину целиком. Плавающие острова оказались лишь верхушкой айсберга. Изнанка пронизывала весь мир подобно бесконечной паутине. Я чувствовал каждый её карман, каждую складку реальности. Видел места, где ткань бытия истончалась, позволяя двум мирам соприкасаться. Ощущал потоки силы, текущие между измерениями.
Битвы прошлого и настоящего развернулись передо мной ожившими картинами. Я видел каждый удар, каждую агонию, переходящую в смерть, каждое превращение… Чувствовал эхо древних войн и шепот забытых заклинаний. Всё это существовало одновременно, сплетаясь в единый узор бытия.
Время утратило смысл. Прошлое и будущее слились в бесконечном «сейчас». Я ощущал, как реальность дышит, как пульсирует сама суть этого места. Каждый страж, каждый кристалл, каждая песчинка — все они были частью единого организма, крошечным, но по своему важным винтиком. И теперь я тоже стал его частью.
Это было похоже на пробуждение после бесконечного сна. Словно всю жизнь я смотрел на мир сквозь мутное стекло, а теперь оно вдруг разбилось, позволив увидеть истинную картину. Изнанка больше не была чужим, враждебным местом. Она стала продолжением меня самого.
«Измененные…» — пронеслось в моем расширенном сознании. Я чувствовал их всех — каждого вервульфа, каждого вурдалака. Они были как огоньки на карте, раскинутой передо мной. В королевстве, в Изнанке — везде, где древняя сила оставила свой след.
И все они сейчас замерли, почувствовав мой зов. Теперь это были не просто твари, не мерзкие безмозглые чудовища — это была армия, ждущая приказа. Моя армия…
И я улыбнулся, чувствуя эту их готовность: «Дэмиан Рэйвен, Изольда Рэйвен… Убейте их всех! Разорвите этот род в клочья!»
Приказ прокатился волной сразу через все реальности. Тысячи существ, разбросанных по разным уголкам мира, одновременно повернули головы в сторону Дарквуда. Их жажда крови слилась в единый поток, направленный на конкретную цель.
Вот и ещё одна проблема решена…
Сознание начало быстро сужаться, возвращаясь в пределы моего тела. Я оказался рядом с Серафиной. Она лежала вся скрюченная, всё ещё в своей искаженной форме. Опустившись рядом на колени, я положил руку на её голову. Сейчас я видел всё, что с ней сделали — ее энергию древних смешали с кусочком стража…
Но теперь я знал, что нужно делать. Сила потекла через мои пальцы. Я распутывал узлы проклятий один за другим, как терпеливый ювелир, работающий с особо тонкой цепочкой. Серая шерсть начала осыпаться с ее тела, обнажая человеческую кожу. Искаженные кости медленно возвращались к своей естественной форме.
Сложнее всего оказалось с ментальными цепями. Тут хорошо постарались, превращая её разум в клетку. Я растворял их осторожно, стараясь не повредить то, что еще осталось от её личности. И синие глаза постепенно прояснялись, теряя звериный блеск.
Последними ушли метки контроля — чёрные узоры, въевшиеся в саму её душу. Они сопротивлялись сильнее всего, но теперь я сам был частью Изнанки, и её законы отныне подчинялись мне. Метки растаяли, как лёд под весенним солнцем…
Серафина вздрогнула, сделала первый по-настоящему свободный вдох.
Эванджелина метнулась к сестре, на ходу стягивая с себя жилетку. Прикрыла обнаженное тело Серафины, прижала её к себе, рыдая в голос.
— Аларик… Ты спас нас! — всхлипывала она. — Нас учили, что мы должны поглотить черный кристалл, чтобы наша кровь не свела нас с ума. А ты… Теперь мы можем двигаться дальше… Серафина всегда мечта выйти замуж. Быть обычной девушкой. А я… Отомщу Рэйвенам! Я заберу у них все!
— Не нужно, — ответил я тихо. — Больше не нужно… Скоро от этого рода ничего не останется.
— Не поняла? — сестра посмотрела на меня очень серьезно. В ее глазах помимо слез вновь появилась сталь.
— Увидишь. Еще несколько месяцев — и они все сдохнут. Не приближайся к ним, или тебя это тоже заденет.
— Что⁈ Что ты сделал⁈ — никак не унималась Эванджелина.
— Милорд! — Рурик склонил голову. В его взгляде читалась такая благодарность, что стало почти неловко.
Квард… от него исходили волны чистейшего счастья. Я чувствовал это новым восприятием. Страж буквально вибрировал от радости, сдерживаясь из последних сил, чтобы не начать скакать на месте как котенок.
Я подобрал выбитые кристаллы, снова начал свой ритуал. Сила древних, энергия стражей… Когда дошел до последней части, то выпустил силу вервульфа и вурдалака. Кровь, смешанная с их энергией, покрыла поверхность кристаллов тонкой пленкой.