Ведьмак в теле Маркиза 3 (СИ)

— Это?.. — я огляделся, пытаясь проморгаться.
В нос вдруг ударила вонь разложения. Тяжелый, удушливый запах крови смешивался с кислой вонью экскрементов. Откуда-то доносились стоны — глухие, утробные, полные такой боли, что волосы вставали дыбом.
— Мы тебя нашли… — прошелестел голос справа от меня.
Резко обернувшись, я замер. Передо мной стояла высокая фигура в черном балахоне. В костлявых пальцах она сжимала длинную косу, чье лезвие тускло поблескивало в темноте. Жнец…
— Долго же ты бегал, — прошелестел он голосом, похожим на шорох опавших листьев. — Мы чувствовали тебя, искали… Пару раз ты был так близко, но каждый раз ускользал…
— Теперь я тут, — я криво усмехнулся, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Ну что? Приступим?
— Твоя душа… Госпожа будет очень рада её поглотить, — существо издало звук, похожий на треск ломающихся костей — видимо, пыталось засмеяться.
Одно упоминание Эребы всколыхнуло во мне волну такой ярости, что новая сила взорвалась внутри подобно сверхновой. Магия и элемент, слившиеся воедино, хлынули по телу расплавленной лавой. Каждая клетка наполнилась первородной мощью, каждый нерв зазвенел от переизбытка энергии.
В этот момент я увидел себя будто со стороны. Молодое лицо, такое же как и в прошлом мире, но теперь по рукам змеились чёрные вены, пульсирующие в такт биению новой силы. Они светились изнутри тем же мертвенным светом, что и кристаллы Изнанки.
Жнец не стал ждать. Его коса прочертила в воздухе серебристую дугу, на мгновение осветив скрытое под капюшоном лицо. Нет, не лицо — маску, за которой клубилась изуродованная душа. Я едва успел отклониться — лезвие прошло в считанных миллиметрах от шеи. В нос ударил запах могильной земли.
«Вот только драться безоружным против косы — так себе идея», — мелькнула мысль.
Впрочем, выбора у меня не было. И следующий удар я встретил голыми руками — поймал лезвие между ладонями у самого древка. По рукам будто прошёл разряд — прикосновение к оружию жнеца обожгло точно так же, как когда-то поцелуй Эребы. Та же мертвенная стужа, тот же могильный холод, пытающийся добраться до самой души.
Но теперь во мне было что-то древнее, более глубокое, чем сила богини смерти. Оно отозвалось на прикосновение жнеца яростным пламенем. Чёрные вены на моих руках вспыхнули, и по лезвию косы побежали трещины, как по льду на весеннем солнце.
Жнец дёрнулся, пытаясь высвободить оружие, но я уже перешёл в контратаку. Рванул косу на себя, а затем впечатал кулак существу прямо в маску. Точнее, хотел впечатать, но удар получился так себе, смазанным — жнец успел отпрянуть, но маска всё равно треснула.
В образовавшейся щели я увидел… пустоту! Абсолютное ничто, столь глубокое, что от одного взгляда на него к горлу подступила тошнота.
Жнец отскочил, выпустив косу из рук. Но не успел я порадоваться трофею, как оружие рассыпалось серебристой пылью. Тварь запрокинула голову и издала звук, от которого волосы встали дыбом — не то вой, не то смех.
— Глупец… — прошелестело из-под треснувшей маски. — Ты думаешь, без оружия мы беспомощны?
Его руки удлинились, превращаясь в подобие костяных клинков. Существо метнулось вперёд — гораздо быстрее, чем я ожидал. Первый его удар я принял на предплечье, и острые когти оставили на нем глубокие борозды. Второй удар едва не снёс мне голову — спасло только чутьё, заставившее меня вовремя пригнуться.
Уходя от очередной атаки, я перекатился и ударил ногой по колену жнеца. Существо даже не покачнулось — его ноги словно вросли в пол. Зато когти прошли в опасной близости от моего горла, оставив глубокую царапину на шее.
Кровь потекла по груди, но боли не было. Вместо неё я чувствовал, как сила внутри требует выхода. Она бурлила подобно вулкану, готовому к извержению. И я… отпустил её.
Чёрное пламя охватило моё тело. Оно не обжигало — наоборот, несло с собой могильный холод. Жнец на мгновение замер, склонив голову набок, словно пытался понять, что происходит. И этой секундной заминки мне хватило.
Я ударил — не кулаком, не магией, а самой сутью своей новой силы. Пространство вокруг моего кулака исказилось, прогнулось, а затем взорвалось чёрной волной. Жнец попытался блокировать удар своими костяными лезвиями, но они разлетелись как стекло под молотом.
  
Тварь отшатнулась, но я уже был рядом. Бил снова и снова — каждый удар оставлял в реальности чёрные разрывы, похожие на раны в самой ткани бытия. Жнец метался как безумный, пытаясь уйти от этого шквала ярости, но его движения становились все медленнее, увязая в патоке сгустившегося вдруг пространства.
— Ты! — прошипел он, когда мой кулак пробил его защиту и впечатался в грудь. — Что ты такое⁈
Ответом стал новый удар — на этот раз я вложил в него всю ярость, всю боль, всю ненависть к Эребе и её прихвостням.
Существо взвыло и бросилось на меня, выставив вперёд костяные лезвия. Я поймал их ладонями, чувствуя, как острые края впиваются в плоть. Кровь потекла по рукам, но она была не красной, а чёрной, как смоль. И там, где она касалась оружия жнеца, кости начинали плавиться.
Тварь дёрнулась, пытаясь освободиться, но держал я крепко, как еще никогда и ничего не держал. Сила внутри пела от нахлынувшего вдруг восторга, требуя чего-то большего. Чёрное пламя охватило руки, побежало по костяным клинкам, добралось до капюшона жнеца. Существо забилось как пойманная птица, но было уже поздно.
— Передай привет своей госпоже, — процедил я сквозь зубы и рванул руки в стороны.
Жнеца буквально разорвало пополам. И тело его рассыпалось чёрным пеплом, но вместо того чтобы осесть на пол, пепел вдруг потянулся ко мне. Я чувствовал, как сила существа вливается в меня, делая ещё сильнее. Ощущение было такое, словно глотаешь жидкий огонь. Обжигающе больно, но в то же время восхитительно.
— И это всё? — я повернулся, оглядывая темноту вокруг. — Это лучшее, что может предложить Эреба?
Тьма породила новую фигуру — меньше предыдущей, но стремительнее, словно сама смерть обрела форму. В руках жнеца вместо привычной косы блеснули два клинка, пропитанные силой Эребы. От них веяло такой мощью, что воздух вокруг сгустился еще сильнее.
Существо атаковало без предупреждения — метнулось вперёд, размытой тенью. Я отшатнулся, но недостаточно быстро — один из клинков зацепил ногу и вспорол мышцы. Боль обожгла нервы раскалённым железом. Мой ответный удар только скользнул по маске твари — жнец извернулся как змея и отпрыгнул, успев располосовать мне бедро.
«Бойкая тварь», — мелькнула мысль.
Я даже не успел толком подумать о своей ране, как новая сила уже откликнулась — плоть срослась, оставив лишь фантомную боль. Я оттолкнулся от земли, бросаясь на противника.
Жнец встретил меня шквалом ударов. Его клинки пели в воздухе смертельную песню, каждое движение было отточено веками практики. Тварь двигалась с нечеловеческой грацией — там, где я ожидал блок, следовал удар, где готовился атаковать — приходилось защищаться.
Лезвия оставляли на моём теле глубокие раны, но они затягивались практически мгновенно. Однако каждый порез словно высасывал из меня частичку силы. В ответ я молотил жнеца короткими, рублеными ударами, вкладывая в каждый движение всю мощь слившихся источников.
Наконец маска твари начала крошиться. Я видел, как под ней корчится изуродованная душа, как она распадается под напором моих атак. Каждый точный удар заставлял существо издавать утробный вой, от которого стыла кровь в жилах.
Но преимущество все равно оставалось за ним — жнец был быстрее, а его движения точнее. Где я бил один раз, он успевал нанести три удара. Пространство вокруг нас превратилось в смертельный танец — уклоны, выпады, блоки сменяли друг друга с невероятной скоростью.
Кровь заливала мне глаза. Но и жнец начал уставать — его движения стали более резкими, дёрганными. В какой-то момент мне удалось перехватить его руку и ударить коленом в солнечное сплетение. Клинок вылетел из костлявых пальцев.