В тебе (СИ)

Внутри меня уже ждал мужчина средних лет, что посмотрел на меня достаточно откровенно, придерживая двумя пальцами золотую оправу очков.
– Добрый день, мисс?..
– Добрый, доктор Олверт. Зовите меня Кали. Это анонимный приём.
Доктор только понимающе улыбнулся и указал рукой на кушетку.
– Устраивайтесь, - дождавшись, когда я приземлюсь он задал первый вопрос. – Что вас беспокоит Кали?
И я принялась рассказывать ему всё от начала и до конца. Он внимательно слушал, задавая где-то уточняющие вопросы, спрашивал о матери и даже не удивился, когда я сказала ему, что в нашей семье длительные отсутствия родительницы — это нормальное явление. Он так же очень много спрашивал о сестре, а под конец разговора озадачил несколькими тестами в стандартном формате проведения диагностики.
– Знаете, Кали. Ни в ваших словах, ни в поведении, я не обнаружил серьёзных отклонений. Тесты тоже показывают, что всё хорошо. Случившееся в вашей жизни могло последовать толчком к таким галлюцинациям, но вполне вероятно, что данное явление носит медицинский характер. Я назначу вам обследование, сделаете томографию головного мозга, сдадите пару анализов и только тогда можно будет с уверенностью делать какие-либо выводы, - доктор принялся что-то писать на листке. – Сейчас же я выпишу легкое успокоительное, чтобы вам было немного легче. Не переутомляйтесь, больше спите и отдыхайте. Вам нужно мыслить позитивно. Старайтесь не погружаться в прошлое и не думать о проблемах.
Как же легко ему говорить подобные вещи. Не думайте, не вспоминайте, релаксируйте. В моей голове за долю секунды пролетает более тысячи мыслей на различные темы. Как можно не думать о том, что беспокоит? Сейчас я могу думать о таблетках, которые помогут мне засыпать спокойно, а через секунду перед внутренним взором предстают угольки жадно смотрящие на меня из мрака комнаты.
Вздохнув, я поблагодарила врача и вышла из кабинета под пристальные взгляды своих сопровождающих.
– Всё в порядке? – тут же спросил Алекс, будто меня только что сняли с операционного стола.
– В порядке, – кивнула я, засовывая листок в карман шорт. – Поехали за покупками.
Поход по магазинам радости мне не принёс. Сколько бы я не стремилась забыться в примерках и составлении списка необходимого, вырваться из лап сна мне не удавалось. Казалось, пылающие угольки смотрят на меня из каждого тёмного угла, жадно разглядывают и обещают новую встречу. И от этого я постоянно находилась в состоянии напряжения.
Сердце стучало всякий раз, стоило вспомнить, собственный безмолвный крик и жар, разливающийся по венам, что выжигал мою суть, словно сухую листву.
– С вами всё хорошо?
Едва ощутимое прикосновение к плечу вырвало из пучины пожирающих меня мрачных мыслей. Я вздрогнула и резко повернулась, чтобы заглянуть в глаза Алекса. Не было там беспокойства или ещё чего. Сухое выражение, какое можно встретить на лице любого прохожего.
– Задумалась, – ответила, пряча взгляд и беря с полки бутылёк с шампунем.
– Вы дрожите, – не унимался парень.
Бросив на него короткий взгляд, я неожиданно подумала, что это дело рук мамы. То есть… она, не берёт трубку, но я знаю, что она очень меня любит и беспокоится. Просто… Чёрт, я ни за что не смогу подобрать правильное объяснение её поведению. Чтобы она не делала, чтобы не говорила, всё всегда сводится к тому, что любые её действия направлены на нашу защиту, но нехватка внимания стирает всё хорошее. И я злюсь. Люблю её, но злюсь.
– Как часто вы отчитываетесь ей обо мне?
Алекс не ответил, но это сделал Сэн. Причём тоном, который я могла бы назвать насмешкой.
– Трижды в день. Докладывать обо всём.
Вздохнула, понимая, что поход в клинику не останется тайной. Интересно, будут ли с её стороны какие-то вопросы, или же она решит продолжить наблюдать? Господи, я совершенно не понимаю эту женщину.
– Она… даёт какие-то распоряжения?
Сэн усмехнулся и… промолчал. Я не знала, как реагировать. Более того, его поведение меня пугало. Я хотела оказаться как можно дальше от этого мужчины. Может быть, именно по этой причине, решила не ждать ответа. Снова отвернулась к полкам и благоразумно попыталась погрузится в мир описаний и составов, но меня прервал звонок мобильного, на экране которого значилось «неизвестный номер».
 
Почему-то задрожали пальцы. И сердце снова застучало, как сумасшедшее. Тапнув по сенсору на зелёный кружок, я тут же поднесла гаджет к уху и закусила губу, когда услышала до боли знакомый голос.
– Алиса, давай начнём сначала?
– Никогда мне не звони. Никогда не произноси моего имени, понял? Я не хочу тебя слышать, видеть, знать. Мне плевать, что тебе стыдно и больно. Плевать, что ты не хочешь заканчивать отношения на этой ноте… Мне плевать, слышишь?!
Я сбросила вызов, не дожидаясь ответа и выдохнула, пытаясь унять подступающие к глазам слёзы и колотящееся сердце. Я не смогу простить ему измену. Не смогу ещё и потому, что сама себя чувствую изменившей, пусть это и не так.
Едва ли не швырнув бутылёк обратно на полку, я развернулась и не обращая внимания на охрану направилась к кассам. Хотелось на свежий воздух. И пусть он раскалён и не позволяет охладится, мне было необходимо выбраться из замкнутого помещения.
Но уже в дверях я замерла, учуяв знакомый аромат, который невозможно было перепутать ни с каким другим. Сандал и пихта. Мама их всегда использовала для ароматизации помещения, когда бывала дома. Обернулась и посмотрела на вывеску павильона с аккуратными каллиграфичными буквами «Волшебство», и поняла, что ни за что не пройду мимо.
Небольшое помещение было заставлено всякой мелочёвкой. Мешочки, пучки трав, обереги, статуэтки и просто невероятное множество каких-то баночек с порошками. У прилавка сидела брюнетка лет сорока. Типичная южанка. Смуглая, с пронзительным серым взглядом. Она широко улыбнулась и проворковала что-то неразборчивое. Только со второй попытки заговорить, я поняла, что она сильно картавит, отчего смысл до меня доходит сложнее.
– И что же такая очаровательная девушка ищет в моём маленьком царстве магии?
Она мне понравилась. Не знаю, вот просто возникло какое-то чувство тепла. Что-то родное, как запах домашнего хлеба, испечённого любящей бабушкой.
– Я ощутила знакомый аромат, – тут же кивнула на аромалампу, что стояла на прилавке. – Хотела бы купить набор.
Женщина прищурилась на миг, а затем посмотрела мне за спину. Я тоже обернулась и с удивлением отметила, что сопровождающие не вошли внутрь. Они пристально смотрели на меня в открытый дверной проём.
– Хочешь именно эти?
Я вернула внимание продавщице. В её руках звякнули два маленьких пузырька.
– Эти. И ещё что-то, чтобы снять нервное напряжение.
Пока она искала товар, собирала, я всё думала, почему охранники не вошли? Это само по себе странно. Везде таскались, едва ли не в туалет по пятам, а тут…
– Держи.
Взяла бумажный пакет, рассчиталась и поблагодарила женщину. Та улыбалась в ответ, но улыбка эта… горчила сожалением.
Выйдя из павильона, посмотрела на хмурого Алекса. Вопросы задавать не хотелось, но я всё же спросила, потому что считала подобное поведение странным.
– Почему вы не вошли следом?
Мне не ответили. Вот так просто взяли и проигнорировали вопрос. Настаивать я не стала, но отчего-то понимала, что им не понравился мой поход в эту лавку. От них словно фонило недовольством, и это мне не нравилось.
В машине ехали молча. Только один раз у Алекса звонил мобильный, но тот коротко ответил, что мы возвращаемся домой и сбросил вызов. Сэн же часто бросал на меня взгляд через зеркало заднего вида. Я не столько видела, сколько чувствовала его.
Вернувшись в дом, парни принялись разгружать сумки, я же прямиком отправилась в свою комнату. Хотелось как можно скорее расслабится. Наполнить комнату хорошо знакомыми с детства ароматами, прикрыть глаза, вспоминая тепло ласковых рук матери и забыться в этих ощущениях.