В тебе (СИ)

– Алиса, прости. Я не знаю кто тебе так сразу обо всём сообщил, но он не мог сказать главного: это была ошибка…
Я сморгнула слёзы и продавила сквозь сдавленное горло только одно слово:
– Убирайся.
Ничего больше не видя перед собой механически повернулась и шагнула к охранникам, которые услужливо распахнули мне дверь авто.
– Нет, Солнце, прости. Давай поговорим чуть позже, когда ты немного успокоишься… – его голос звучал так жалостливо, что я вспомнила свой собственный.
– Нет, не надо… Пожалуйста, не надо… Пожалуйста…
Дверца захлопнулась, отрезая меня от окружающего мира в тесное пространство. Прислонилась лбом к прохладному стеклу и зажмурилась до жёлтых звёздочек перед глазами.
Забыть.
Забыть.
Обо всём забыть.
Выдрать из разума с корнями. Не оставить этим картинкам шанса на существование. Задавить в себе…
– Всё в порядке, Алиса Андреевна?
Кивнула, не имея возможности ответить. Горло всё ещё сдавлено от шока и горечи. От такого жестокого предательства и подножки судьбы.
Машина тронулась, увозя меня в аэропорт. Подальше из города, в котором мне больше не было места.
Глава 2
Такси остановилось напротив небольшого уютного домика. Я помню это место, была здесь одно лето будучи соплячкой в чумазой одежде и легким загаром. Славное было время.
Водитель достал дорожную сумку из багажника, посмотрел внимательным взглядом в сторону дома, но ничего не сказал. Просто сел в машину и уехал.
Просторное белое здание стояло прямо на берегу океана, и находилось так далеко от города, что в магазин было необходимо ездить на велосипеде или такси. Здесь не бывает посторонних, и моя мать прекрасно это знает. Ведь, прожила здесь всю свою юность. Отрезок мира, в котором цивилизация, как нечто инопланетное. Зато каждый день можно нежится в тёплых волнах океана и греться под солнышком на песочке с бокалом белого сухого вина.
Жадно вдыхая почти забытый запах розовых кустарников, что растут вдоль подъездной дороги, я направилась к дому. Видела, что у крыльца замерли трое мужчин, на которых так недобро посмотрел таксист. Это они должны обеспечивать мою безопасность. Все статные, как и полагается людям такой непростой профессии.
– Здравствуйте, Алиса Андреевна, – проговорил на чистейшем русском один из мужчин, вышел чуть в перёд и подхватил дорожную сумку из моих рук. – Меня зовут Дэн.
На вид им все лет по двадцать пять-тридцать, плечистые, с суровым цепким взглядом. Дэн отличался выгоревшей шевелюрой и серо-голубыми глазами. И как угораздило красавчика попасть на службу к частникам? С такой внешностью мужчины в этих краях приобретают дурную славу.
Кивнула в ответ, стараясь особо не рассматривать его.
– Алекс, – представился другой, русоволосый и кареглазый. – Рады вас видеть.
– Сергей, – кивнул третий.
Этот был хмурым и, судя по манере держаться, говорливостью не отличался. Он чем-то напоминал мне маминого охранника. Вероятно, отсутствием эмоций во взгляде.
– А где четвёртый? – спросила, сжимая ручку дорожной сумки.
– В контору вызвали. Будет чуть позже, – ответил Дэн и, развернувшись, отправился вверх по поскрипывающим ступеням.
А я подумала, что мне страшно. Как я буду жить в вечном сопровождении мужчин? Каждый день мне придётся бороться с собой и привыкать к ним. Смогу ли слышать их беседы и не дёргаться? Смогу ил доверится? На этот вопрос я уже сейчас могла дать ответ: нет.
Дверь была уже открыта. В доме царила тишина и чистота. Прекрасно помню, что мама нанимала женщину, чтобы та приходила раз в неделю и наводила порядок, и это хорошо сказывалось на атмосфере. Здесь ничего не изменилось с тех пор, как я бегала по этому дубовому паркету.
– Весь дом проверен и досмотрен, можете не волноваться. Ваша спальня наверху, мастер рум. Там терраса и вид на океан. У нас одна комната напротив, – встревожено вскинула взгляд на Дэна, но тот и слова вставить не дал. – Это необходимо. Двое уезжают на выходной, двое остаются. Пока один спит, второй на охране. – Дэн поднялся по лестнице и уже со второго этажа добавил. – Если понадобится в город, мы всегда можем отвезти. Анжелика Викторовна сказала, что здесь есть велосипед… – я замерла на скрипнувшей третьей ступени. – … пожалуйста, не пользуйтесь им. Это не безопасно.
 
– Мама… давно вам звонила?
– Пару часов назад.
Я отвела взгляд и попыталась скрыть затопившее разочарование.
Им звонила, чтобы проинструктировать по поводу моей безопасности, а мне нет. Уже неделю не реагирует на попытки поговорить, хотя бы в смс переписке. Зато охране находит время сообщить о старом велосипеде в сарае! Жесть просто.
Вздохнув, я поднялась на второй этаж и прошла в любезно приоткрытую Дэном дверь. Остановилась на пороге, взглянула на большое окно с балконом и ещё раз вздохнула. Здесь потрясающе, но атмосфера пропитана одиночеством и тоской. И в этом мне очень долго предстоит вариться.
– Если что, зовите кого-нибудь из нас. Поможем в чём угодно в любое время суток. Что касается поездки в город… – он поставил мою сумку на пол. – Завтра по магазинам с вами поедет Сергей и Сэн.
– Сэн?
– Это четвёртый, – согласно кивнул Дэн. – Он приедет чуть позже.
Кивнула в ответ, показывая тем самым, что вопросов у меня больше нет. Дэн спокойно закрыл дверь и, судя по скрипнувшей третьей ступени лестницы, спустился вниз.
Посмотрела на сумку, а после перевела взгляд на океан. Красиво. Настолько красиво, что почти невозможно оторваться. Интересно, сколько времени в юности мама вот так же проводила за созерцанием этого пейзажа? Наверняка, много. Я знаю, что она ценит всё, что нам даёт природа.
Почему же она не отвечает мне?
Стянула рюкзак с плеча и вытащила смартфон. Как только гаджет поймал сигнал, на него прилетело несколько сообщений.
«Алиса, я знаю, что не прав. Называй меня козлом и предателем, можешь даже побить при следующей встрече, но прошу, не лишай меня возможности говорить с тобой. Прости. Я очень тебя люблю»
«Эй, почему о твоей поездке я узнаю от папы?! Хоть бы позвонила, коза драная»
Улыбнулась и открыла следующее от неизвестного номера.
«Сбежать не удастся»
Сердце пропустило удар, и я чуть не отшвырнула аппарат, словно ядовитую змею, но вовремя вспомнила, что отследить можно только включенный телефон. Не задумываясь особо, сняла заднюю крышку смартфона и вытянула батарейку, после чего трясущимися руками бросила всё это на постель.
Не знаю, кто и зачем это написал, но цели он своей достиг. Напугал до дрожи в коленках.
Тишина провисает в разуме, взгляд в пустоту и ни одной мысли в голове. С последних событий я стала часто впадать в прострацию, теряясь во внутренней опустошенности. Когда выкарабкиваюсь понимаю, что моё существование в реальном мире бессмысленно. Почему я раньше не задумывалась о том, что у жизни нет цели? Почему не спрашивала родителей, зачем мне учиться или встречаться с парнем? Почему? Сейчас, будучи в такой глубокой депрессии, я поняла, что исход у всех один. Рано или поздно наступит тот день, когда мир в глазах померкнет и всё о чём ты будешь думать в тот момент это: а что я успел сделать в своей жизни такого, чем могу сейчас гордиться?
Ничего.
Что бы ты не делал для себя или других, это не есть истинная цель. Её просто нет.
Все мы прожигатели жизни.
Стук в дверь вырвал из прострации. Совсем не тихий, не мелодичный, а отрывистый и по-мужски короткий.
– Алиса Андреевна, там это… Ужин доставили. Идите поешьте.
Не знаю кто это сказал, но голос был басовитым. Совсем не таким, как у Дэна.
Подняв руки к лицу, заметила, что они всё ещё дрожат. Страх такая штука, от которой трудно избавиться, если навязчивая мысль засела в мозгах. Даже, когда в голове пусто, она имеет место быть. Может в душе, а может и на краю сознания. Скользит по тонкой грани и ждёт момента, когда может проявить себя тесным чувством в груди и ярким образом перед глазами. Отсюда и дрожь в пальцах.