Берсерк 2 (СИ)

— У нас здесь нет ни воинских частей, ни аэропорта, так что контроль воздушного пространства не ведётся, — покачал головой было отец, но вдруг замер, — А хотя… Они же вряд ли откуда-то рядом с нами взлетали. Наверняка издалека летели, а значит, кто-то мог их и засечь, и поинтересоваться, кто они такие. Молодец, сын! Это может стать зацепкой. Всеволод Дмитриевич, займись этим вопросом.
— Сделаем, Пётр Иванович, — кивнул ему здоровяк, и бросил на меня уважительный взгляд, — А что с Лухиным делать будем? Отпускать?
— Нет! — резко отрезал отец, — У нас тут война намечается с очень серьёзным противником, и я не хочу ещё и в спину удар получить. Он сам сделал свой выбор, когда решил мстить за своего идиота-сына. Сделайте так, чтобы его никто и никогда не нашёл.
— Понял, — спокойно ответил, по всей видимости, наш главный безопасник. И судя по всему, никого за столом не шокировал приказ отца.
Я хотел было возмутится, и даже рот открыл, но, чуть подумав, захлопнул его. Отец прав. Старик не передумает мстить, и нам тогда придётся воевать на два фронта. Не убивать и оставить в плену? Тогда есть шанс, что рано или поздно его найдут, что чревато как проблемами с законом, так и местью.
В общем, хорошо, что этот выбор приходится делать не мне.
— Так как мы дальше действовать будем? Ждать очередного удара? — подал голос старший брат, Дмитрий.
Что по нему, что по Серёге, было видно, что бесследно прошедший бой для них не прошёл. У Димки через весь лоб протянулся багровый шрам, а у Серёги правая рука покоилась в повязке.
Интересно, почему они не обратились к целителям? Надо будет потом спросить у них. Как и выяснить, что там с мамой. Насколько серьёзно её ранение.
— Да, ждать. Переходим на осадное положение, — вздохнул отец, барабаня пальцами по столу, — Усадьбы без крайней необходимости не покидаем, детей под плотную охрану, со всех объектов снять почти всех людей, и отправить на усиление охраны домов. Оставить только самый минимум. Я попробую по своим каналам узнать, кто это решил нас уничтожить. И ждём официальную амнистию от императора. Очень меня интересуют её условия…
— А если больше нападений не будет, или будут не скоро? — подал голос ещё один из родственников. Какой-то толстяк неимоверных размеров, то и дело вытирающий платком пот со лба, — Мы же не будем до конца жизни так сидеть? И нужно отправить дополнительную охрану в больницу. Там мой сын, он единственный пострадал из детей, а целители пока не разрешают забрать его оттуда. Говорят, мозг пострадал, и быстро поставить на ноги его не выйдет… Бедный мой мальчик… Надеюсь, мы найдём тех, кто стоит за этим нападением, и я самолично кожу сдеру с них!
— Не переживай, Семён, мы их найдём, — ободряюще кивнул ему отец, — Это я тебе обещаю! И, конечно, охрана больницы будет усилена. Можешь даже не сомневаться в этом. Что касается сроков… Пока на ближайшие две недели объявляю высшую степень угрозы, а далее поглядим. За это время развернём разведывательную сеть вокруг города, которая возьмёт под контроль все подступы к нему, и тогда можно будет немного расслабиться.
— Отлично, — выдохнул толстяк, — Вот только тебе не кажется, что есть более простой способ вывести детей из-под удара?
— Это какой же? — удивился отец, и переглянулся с безопасником.
— Если дети действительно попадут под амнистию, то логичнее вывезти их в столицу, — охотно пояснил тот, — Там их тронуть не рискнут. Никто не захочет вызвать на себя гнев императора. Да ты и сам знаешь, как там сейчас жестко выстроена система безопасности города. Там даже прорывы, когда случаются, ликвидируются буквально за полчаса. Самые непримиримые рода не рискуют устраивать битвы и выяснения отношений там, так как император с такими не церемонится.
— Да, это вариант, — задумчиво согласился с ним отец, — Тем более, что я и сам хотел как можно скорее сыновей туда отправить. Правда, дочек я думал дома оставить, но, похоже, придётся и их туда отправлять. Охрану только нужно будет получше подобрать, и кого-нибудь, кто за ними там присмотрит. Там, конечно, их тётка будет, но на неё надежды мало. Решено. Вы двое, — глянул он на моих братьев, — Выезжаете сразу, как только нам доведут информацию об амнистии. К этому моменту вы должны быть полностью готовы. Приедете туда, купите дом и подготовите его к приезду младших. Если, конечно, император не решит не вернуть нам один из наших дворцов. Остальные пусть доучиваются до нового года, тут недолго осталось, и уже после праздников поедут. Всем всё ясно? — обвёл он всех присутствующих строгим взглядом, остановив его на мне.
  
— Нет, мне не ясно, — спокойно выдержал я его, — Напоминаю, что официально я ещё не член рода, и даже если вернусь, то не согласен просто взять и бросить свою опекуншу. Без неё и Ники я никуда не поеду. Да и там хотел бы иметь отдельное жильё.
— Я так и думал, — кивнул он, и неожиданно подмигнул мне весело, — Можешь не переживать. Вместе поедете. Я уже предварительно договорился, что твоих подруг переведут в московский филиал. Но если они будут против — сам будешь уговаривать. И если всё же не согласятся, ерепениться не будешь, и беспрекословно поедешь один! Согласен?
— Хорошо, — не стал спорить я.
— Тогда на этом предлагаю закончить наше совещание. Всеволод Дмитриевич, задержись, остальные могут быть свободны.
— Отец, — подал голос я, когда остальные уже начали вставать из-за стола, — А тебе не показалось, что наш противник явно поторопился с нападением, как будто пытаясь успеть решить вопрос до того, как будет официально объявлено о нашей частичной амнистии?
— Поясни? — с любопытством глянул на меня отец, остальные замерли на местах, не торопясь расходиться.
— Ну, смотри, — взлохматил я у себя волосы на голове, пытаясь собраться с мыслями, — Мы сами только недавно узнали о том, что скоро император объявит о ней. Официального решения ещё нет, но кто-то сразу же поспешил вывести нас из игры. Как будто бы пытаясь сделать это до того, как император объявит об этом. Что ему мешало сделать это тогда, когда это всё будет официально подтверждено? Получше подготовиться, собраться с силами. К чему такая спешка? Возникает такое чувство, что он не хочет рисковать, так как после объявления воли императора он не сможет против нас ничего предпринять. И тогда получается, что как только нам доведут официально информацию об амнистии, он будет вынужден прекратить войну. Как думаешь?
— Да, это не лишено смысла, — чуть подумав, кивнул мне отец, — Очень похоже на правду. Воевать с нами, когда император нас простит, это всё равно что пойти против воли самого императора. Одно дело уничтожить изгоев, и совсем другое, один из самых старых родов, которому разрешили вернуться ко двору, пусть и не в полном составе. Но принципиально это для нас ничего не меняет. Нужно быть готовыми к возможному нападению, и даже после доведения воли императора расслабляться будет нельзя. Впрочем, я рад, что ты учишься логически мыслить. Твоим братьям уже есть чему поучиться у тебя. Особенно, Сергею. Если Дмитрий хотя бы пытается думать периодически, то у этого вообще ветер в голове.
— Но отец…! — вскинулся было возмущённо, но замолк под тяжёлым взглядом отца.
— Лучше промолчи. Думаешь, я не знаю, что у тебя одни гулянки да бои без правил на уме? — усмехнулся батя, — Впрочем, как и твоего брата. В погоне за силой, вы забыли, что на первом месте должен быть разум! Сила ничто без мудрости! Не сумеете проявить себя в Москве и опять займётесь глупостями вместо реальных дел — объявлю своим преемником Михаила, имейте ввиду. Ясно?
— Да, отец, — разом сдулся Серёга, а Димка только кивнул, и бросил на меня быстрый взгляд, в котором мне почудилось… Одобрение? Скрытая радость? Опа! А ведь, похоже, они и не рвутся на вершину рода. Выходит, отец просчитался? Как бы они специально не продолжили дурака валять, чтобы отец и правда так сделал. Я и сам далеко не рад перспективе оказаться на вершине. По крайней мере, пока.