Потерянный рыбак (ЛП)

Все, что я могла видеть, — это его лицо. Эти глаза. Это подмигивание. Улыбка, которую он дарил мне перед тем, как сказать что-то, что заставляло меня краснеть.
Ты собираешься меня поцеловать?
Я думаю об этом.
А ты м-моя?
Ты знаешь ответ на этот вопрос.
Я так стараюсь не влюбиться в тебя.
Я знаю.
Я была в порядке… может быть, не совсем в порядке… но я была в порядке с отсутствием Фишера в моей жизни, но не была в порядке с тем, что его больше не будет в этой жизни. Если это случится, я уже никогда не смогу быть «в порядке».
  
Взяв телефон, я набрала номер офиса, где у меня должно было состояться собеседование. Отменила его и заказала билет на самолет до Денвера.
Прилетев, я позвонила Рори.
— Пока никаких новостей. Он все еще в операционной. Твое собеседование прошло нормально?
— Я здесь, в Денвере, в аэропорту.
— Что?
— В какой больнице он находится?
— Риз, ты ничего не можешь сделать. Я планировала позвонить тебе, как только его переведут из операционной, и мы узнаем больше.
— Мама! — Это был редкий случай, когда я называю ее мамой, а не Рори. — Какая. Больница?
— Я приеду за тобой, — сказала она более спокойным тоном, прежде чем завершить разговор.
Сорок пять минут спустя Роуз вылезла из кресла пассажира, когда они подъехали к обочине.
— Мы все молимся за него, — прошептала она, обнимая меня.
Я отмахнулась от эмоций, сжигающих мои глаза, и кивнула вместо слов.
Когда мы приехали в больницу, в приемной собралась семья Фишера и другие знакомые лица с работы.
Его родители, братья и сестры.
Хейли.
Энджи.
Мы обменялись несколькими паническими «приветствиями», прежде чем я забилась в дальний угол комнаты вместе с Рори и Роуз. А потом мы стали ждать. Когда доктор вышел, его родители и Энджи собрались в круг вокруг него. Послышался общий вздох облегчения. Это были хорошие новости. Он перенес операцию.
Когда мы решили, что только родственникам будет позволено увидеть его позже тем же вечером, я отправилась с Роуз и Рори в их новый дом.
— Не так уж далеко вы переехали. — Я слегка усмехнулась, когда они въехали на подъездную дорожку дома, который находился в трех кварталах от дома Фишера.
— Таков был первоначальный план. Работает отлично. Несколько раз в неделю мы выходим на прогулку, и все равно оказываемся у Фишера, пьем пиво и вино на его крыльце или на заднем крыльце с лампочками. — Рори пожала плечами, заглушив машину. — Что я могу сказать, он член семьи. Только… — Она нахмурилась. — Не настолько, чтобы увидеть его сегодня вечером.
Роуз сжала мамину ногу.
— Мы увидим его завтра.
Рори кивнула.
Мы заказали ужин, но никто из нас не был голоден. Вместо этого мы делились забавными историями о Фишере, как будто он умер, и мы вспоминали его жизнь.
— О… — Рори осушила остаток вина, — …как прошло твое собеседование?
Я покачала головой, наливая себе еще один бокал вина. Наконец-то я смогла присоединиться к настоящим взрослым людям в комнате.
— Я отменила его. Сказала им, что по семейным обстоятельствам.
— Я была немного удивлена, когда ты позвонила из аэропорта. — Сказала Рори. — Знаю, что вы двое работали вместе какое-то время, и я шутила, что вы ведете себя как брат и сестра, но когда вы в последний раз разговаривали?
Роуз бросила на меня нервный взгляд. Я подумала о том, чтобы просто рассказать Рори о нас с Фишером. Мне было почти двадцать четыре — что она могла сказать или сделать в тот момент? Я пережила. Он тоже.
По какой-то причине, пока он был в больнице и помолвлен, я решила подождать с правдой. Может быть, до лучших времен. А может, и до «никогда». Имело ли это значение?
— Я не знаю… это было странно. Я имею в виду… мы уже много лет не разговаривали, но, когда ты мне позвонила, я очень испугалась. Не знаю, почему. Я даже не думала, просто отменила собеседование и первым же рейсом улетела в Денвер. Может быть, это потому, что я знаю, как вы с ним близки.
— Уверена, он будет рад тебя видеть, даже при таких дерьмовых обстоятельствах.
Я медленно кивнула. Будет ли он в восторге от встречи со мной?
***
На следующее утро мы отправились в больницу после того, как Рори поговорила с Арни. Он сказал, что у Фишера немного туманно в голове, но в остальном все в порядке. Авария произошла из-за дождя. Большой грузовик не смог остановиться и врезался в Фишера.
Когда мы пришли в приемную, Энджи была в слезах, а сестры Фишера утешали ее.
Неужели он внезапно умер?
Такое не редко происходит. Я видела немало пациентов, которых переводили из операционной; они выглядели стабильными и здоровыми, а спустя несколько часов умирали.
Арни оторвался от стайки женщин.
— Давно не виделись. Как поживаешь? — Он обнял меня.
— Хорошо. — Я солгала. — Ты уже знаменит?
Он отпустил меня и захихикал.
— Почти.
— Что происходит? — Я кивнула в сторону Энджи и его сестер.
Арни нахмурился.
— О, мой брат немного не в себе, вот и все. Я уверен, что это из-за обезболивающих. Врачи пока не слишком беспокоятся.
— Что значит «не в себе»? — спросила я.
— Проблемы с памятью. Кажется, он не всех узнает. Ну, меня он узнал. Наших сестер. Наших родителей. Но с работы пока никого. Вообще-то, он не помнит, как строил дома. И… — он почесал нос и прошептал, — …он не узнает Энджи в данный момент.
— О, нет! — Глаза Рори расширились, а челюсть отпала.
— Ну да ладно, может быть, он вспомнит своих любимых собутыльников. — Арни ухмыльнулся, глядя на Рори и Роуз.
Я последовала за ними в палату Фишера.
— Еще посетители. Притворись, что узнаешь их. — Арни поддразнил Фишера, когда мы вошли в его палату.
Я встала позади Рори и Роуз, когда они остановились у изножья его кровати. Я могла видеть только кусочки его лица.
Его забинтованное лицо.
Его забинтованную руку.
— Рори и Роуз, — произнес он слабым голосом.
Неважно, насколько слабым был его голос, он все равно действовал на мое обезумевшее сердце.
— Динь. Динь. Динь. — Арни медленно похлопал Фишеру. — Два на два, брат.
— Больше никаких мотоциклов для тебя, — сказала Роуз, переместившись на одну сторону его кровати, а Рори придвинулась ближе с другой стороны кровати, оставив меня на виду.
Он узнал их, значит, узнает и меня. Я была в этом совершенно уверена. Я слабо улыбнулась ему.
Он улыбнулся в ответ.
— Привет.
— Привет.
— Пожалуйста, скажи, что мы не знакомы. Боюсь, сегодня я уже заставил слишком многих почувствовать себя ничтожными, — сказал Фишер.
Рори и Роуз обменялись взглядами.
— Как твой мозг дал такую осечку, что самые сексуальные женщины в твоей жизни просто… исчезли? — Арни покачал головой в сторону Фишера.
Фишер прищурил глаза, как будто это увеличивало его шансы узнать меня, как будто это вина его глаз, а не мозга.
— Это Риз, моя дочь, — сказал Рори. — Но ты не видел ее много лет, так что не волнуйся. Она жила со мной в твоем подвале несколько месяцев. И работала у тебя недолго… сколько? — Она посмотрела на меня. — Несколько месяцев?
Я кивнула. Это было все, что я могла сделать. Конечно, Энджи плакала. Когда человек, которого ты любишь, не узнает тебя, это не самое приятное чувство.
— Она только что окончила школу медсестер в Мичигане. В следующем году она собирается получить степень магистра. Акушерство. Она будет принимать роды.
Фишер в ответ слегка кивнул.
— Поздравляю.
Я прочистила горло от нахлынувших эмоций. Думаю, только Роуз чувствовала мой истинный уровень эмоций.
— Спасибо, — смогла сказать я. — Я очень рада видеть, что с тобой все в порядке.
  
— Да. Все мне об этом говорят. Я совершенно не помню аварии.
— Врачи считают, что потеря памяти у него, скорее всего, временная, — сказал Арни.
Я знала, что это может быть временно. А может и на долго. А может остаться до конца жизни. Мозг было трудно предсказать.