Потерянный рыбак (ЛП)

— Мой гипс снимут в понедельник.
— Это волнительно. И никто не подписал его. Даже Рори. Фишер, тебе нужны друзья получше.
— Поддерживаю. Вот… — он наклонился ко мне, источая слишком много тепла своего тела и лесного аромата прямо мне под нос, — …подпиши его. — Он протянул мне маркер с тонким кончиком. Вот насколько он был уверен в решении кроссвордов, которые я ему дала.
  
— Ты получишь его в понедельник.
— И что же мне написать?
Я покачала головой, отставила бокал с вином в сторону и сняла колпачок с маркера. Затем я притянула его загипсованную руку к себе на колени, снова прижимая его к себе. Так близко, что его дыхание коснулось моего лба.
Сердце кричало, чтобы я сделала что-то еще, но мозг обнажил свой меч здравого смысла.
Он все еще помолвлен. Я задумалась. На самом деле я не знала.
Я подняла голову настолько, что наши рты оказались в одном кислородном пространстве. Взгляд Фишера на мгновение упал на мои губы, которые слегка приоткрылись. Затем он снова встретил мой взгляд.
— Ты собираешься меня поцеловать? — сказал он.
Он. Сказал. Это!
Это перевернуло мой мир с ног на голову. Противоположный мир. Новый вид дежа вю.
Я опустила подбородок и прижала кончик маркера к его гипсу, делая медленные штрихи, особенно тщательно вырисовывая каждую букву, потому что писала вверх ногами, чтобы он мог легко прочитать надпись, когда я закончу.
— Я обдумываю это.
Прижав подбородок к груди, я закрывала маркер, пока он читал надпись на своем гипсе.
— И, о чем именно ты думаешь? — спросил он.
— Я думаю об Энджи. И я думаю о завтрашнем дне, — прошептала я, проводя пальцем по буквам на его гипсе. — Если бы ни того, ни другого не существовало, я бы поцеловала тебя. Потому что… — Я испустила долгий вздох. — Я действительно хочу поцеловать тебя. А это значит, что мне пора домой. — Нервно рассмеявшись, я встала и положила маркер обратно на стол.
Здоровая рука Фишера обхватила мое запястье.
— Не уходи. У нас еще есть вино. И ты еще не поставила звездочки или смайлики моим разгаданным кроссвордам. И еще есть бильярд. Ты любишь играть в бильярд? Или мы могли бы…
В самый разгар его отчаянного бреда, его доблестной попытки удержать меня от ухода, меня осенило. Никто никогда не пытался так сильно, чтобы просто… быть со мной. И это было удивительно.
Вырвав руку из его хватки, я повернулась и прижала ладони к его лицу, медленно целуя его, переползая с дивана и устраиваясь на его коленях, стоя на своих коленях, так что была немного выше его, и я чувствовала контроль.
Контроль над поцелуем.
Контроль над моментом.
Может быть, даже безумная иллюзия, что я контролирую то, что он делает с моим сердцем.
Если он вспомнил Энджи, значит, вспомнит и меня. Он вспомнит нас. И я хотела, чтобы этого было достаточно, но я не знала, что заставило его сказать «да», когда Энджи сделала ему предложение. Если это была любовь, то мне нужно было держать свое сердце на коротком поводке, пока мы делали… что бы мы ни собирались делать.
Прервав поцелуй, я улыбнулась ему в губы, и он улыбнулся в ответ.
— Ты можешь забрать все звезды, Фишер. И смайлики тоже. Но я собираюсь надрать тебе задницу в бильярде, и мне не будет жаль тебя, когда ты будешь рыдать, как ребенок.
— Посмотрим.
Посмотрим…
О, какие воспоминания навеяло мне это слово.
— А пока. Поцелуй меня снова. — Он поднял голову, чтобы поймать мои губы, но я отстранилась.
— Нет. Это все. Это все, что ты получишь сегодня. Если ты все еще хочешь, чтобы я поцеловала тебя завтра, тогда я поцелую тебя завтра. Один поцелуй в день, потерянный рыбак. — Я слезла с его колен и направилась к двери.
— Потерянный рыбак? — Он встал.
— Да. Ты мой потерянный рыбак. Жду, когда тебя найдут.
— А кто меня найдет? — Он последовал за мной в дом. — Ты?
Я схватила два бильярдных кия.
— Нет. Я уже нашла тебя. — Я протянула ему один.
— Тогда кто?
Я подняла шары.
— Энджи? — спросил он, внимательно глядя на меня.
— Ты, Фишер.
— А что, если я не смогу вернуть свои воспоминания? Значит ли это, что я навсегда потерян?
Я усмехнулась и покачала головой, прежде чем сделать первый удар.
— Надеюсь, что нет. Это было бы трагедией. Ты поймешь, когда не будешь потерян.
Он засмеялся.
— Это бессмысленно.
— Когда ты не будешь потерянным, это будет иметь смысл. Так ты поймешь, что больше не являешься потерянным рыбаком.
Он продолжал смотреть на меня с замешательством и даже недоверием, пока мы по очереди заставляли шары исчезать в лузах.
После того, как каждый из нас выиграл партию, я кивнула в сторону лестницы.
— Мне пора идти.
— Я провожу тебя до дома.
— Нет. Не глупи. Это не так далеко. Со мной все будет в порядке.
— Возможно, но я все равно провожу тебя домой. — Он выключил свет на крыльце и последовал за мной вверх по лестнице.
Когда мы вышли из парадной двери, он придвинулся ко мне с правой стороны. Я бросила на него забавляющийся взгляд. Затем он взял меня за руку. Ему пришлось перестроиться, чтобы его здоровая рука могла держать мою. Мы шли не торопясь, потратив в два раза больше времени, чем нужно.
— Я хочу, чтобы ты встречался с Энджи. И делай все, что тебе нужно, чтобы разобраться во всем и почувствовать уверенность в принятых решениях. Я не хочу, чтобы ты был импульсивен или напуган. Не принимай решений, касающихся твоей жизни, пока не будешь уверен, что они правильные. Потому что это не маленькие решения, Фишер. И я знаю, что ты даже не можешь представить, каково это сейчас… принять решение и не чувствовать себя уверенным в нем, потому что ты живешь со страхом неизвестности.
Мы остановились, не доходя до моего дома.
— Мне очень жаль. — Я отпустила его руку и закрыла лицо обеими ладонями. — Я бредила. Я просто не хочу, чтобы ты чувствовал, будто я чего-то жду от тебя сейчас. — Я опустила руки. — Хорошо?
Через несколько секунд его брови напряглись, и он кивнул.
— Хорошо. Но я собираюсь поцеловать тебя на ночь, потому что я действительно уверен, что это то, что я хочу сделать прямо сейчас… это все, что я хочу сделать прямо сейчас.
— Я сказала завтра.
Он поднял руку и постучал по экрану своих часов.
12:14 ночи.
Я скривила губы, словно раздумывая над этим.
— Прости. Никаких поцелуев на ночь для тебя.
Его рука скользнула по моей шее, а пальцы стали ласкать мой затылок.
— Почему? — прошептал он.
Кусая губы, чтобы не дать ему украсть что-нибудь, я пожала плечами.
— Потому что официально сейчас утро, а не ночь.
Фишер усмехнулся, прежде чем поцеловать меня.
Терпеливый.
Мягкий.
Дразнящий.
Идеальный.
Когда он отпустил мои губы, то прошептал:
— Доброе утро.
Глава 13
Если наконец-то пришло наше время, то почему было так трудно быть с Фишером? Неужели наше время должно было включать в себя потерю его воспоминаний обо мне? Должно ли оно включать в себя невесту?
Оно определенно не должно было включать приглашение на день рождения его отца. На вечеринку в доме его родителей. Вечеринку с Энджи в списке приглашенных. И все же… оно было.
— Не думаю, что я пойду. — Я угрюмо вошла в гостиную, одетая в старые треники, мои волосы нуждались в расческе.
— Тебе нехорошо? — спросила Рори.
Роуз прижала руку к моему лбу.
— Лихорадки нет. Ты можешь идти.
— Это не точный способ измерить температуру. — Я нахмурилась.
— Ей не обязательно идти. — Рори закончила заворачивать подарок Пэта.
Я высунула язык в сторону Роуз. Она усмехнулась и покачала головой. Я знала, что она хочет, чтобы я поехала только для того, чтобы увидеть Фишера и Энджи в их стихии, в окружении его семьи. Огромная вечеринка в честь команды Энджи. Но Роуз не знала о двух-трех поцелуях с Фишером. Проигрышная сторона, то есть я, добивалась успеха. И я делала это, не рассказывая Фишеру о нашем прошлом. Я не только вела честную игру, но и играла с одной рукой, вывернутой за спину.