Потерянный рыбак (ЛП)

— Я разгадал все твои головоломки, несмотря на то, что мне трудно заполнять поля левой рукой.
Я сморщила нос. Никогда об этом не задумывалась.
— Так что, возможно, мне понадобится еще несколько, чтобы продержаться до следующей недели.
— А что будет на следующей неделе?
— Я собираюсь вернуться на работу, независимо от того, готов я или нет.
— Я видела, как ты делаешь покупки в «Таргет». Ты готов.
  
Фишер кивнул, слегка посмеиваясь.
— Именно.
— Я занесу несколько кроссвордов после того, как вернусь с работы сегодня.
— Отлично.
— Хорошо.
Мы перекрыли движение на тротуаре, люди обходили нас с обеих сторон, а мы стояли посреди тротуара лицом друг к другу в нашем маленьком пузыре.
Моя улыбка померкла.
— Рори собирается поговорить с тобой об Энджи. Я не знаю, что она скажет, но все просили ее поговорить с тобой, чтобы убедить тебя переосмыслить отношения с ней. — Мои слова вылетали со скоростью мили в минуту. В каком-то смысле мне казалось, что я не должна никому ничего говорить, но не могла ничего не сказать. — Но я думаю, что ты должен делать то, что правильно для тебя. Это не Рори или твоя семья женится на ней. Дело в тебе. И… — чувство вины сжало мой желудок, — Энджи — хороший человек. Но это не значит, что мы влюбляемся в кого-то только потому, что он хороший человек. Я просто хочу сказать, что даже если она боится этого, она заслуживает честности. И… — Я пожала плечами: —…мое мнение ничего не значит для тебя, так что прими это с крупицей соли, даже меньше, чем с крупицей. Я думаю, что сделать шаг назад и посмотреть, сможешь ли ты снова влюбиться в нее — хорошая идея.
Фишер наморщил лоб и медленно кивнул.
— Спасибо, — пробормотал он.
Я снова нашла свою крошечную ухмылку и подарила ее ему.
— Пока, Фишер. — Я сделала шаг назад, покачав головой, когда его взгляд еще раз прошелся по моему телу.
Ох, Фишер…
У нас были проблемы, и, думаю, он тоже это знал.
— Хорошего дня, — сказала я.
— У меня будет достаточно хороший день.
Подмигивание.
Арр! Опять это чертово подмигивание!
Глава 11
Дорогой потерянный рыбак,
Я снова влюбляюсь в тебя. Но на этот раз ты это заслужил, даже если это не входило в твои планы. Не то чтобы я совсем разлюбила тебя. Время… это действительно все в жизни. И я до сих пор борюсь со всеми теми вещами, в которые меня учили верить. Предопределена ли наша жизнь? Где играет роль свободная воля? Существуют ли судьба и рок? Или это просто то, что мы называем событиями в жизни после того, как готовы их признать, даже если отказываемся их принимать? Я просто… не знаю.
А пока продолжай улыбаться и подмигивать мне.
Десять по горизонтали: 11 букв. Разгадка: Пробуждение.
Возрождение.
— Эй, Роуз. Где Рори? — спросила я, ставя сумку у входа и стаскивая туфли после работы.
Роуз оглянулась на меня от плиты.
— Она ужинает с Фишером. Разговор.
Я подняла брови.
— Звучит напряженно.
— Она в неловком положении.
Я кивнула. Увидев, как она помешивает пасту, я взяла банку с соусом и вылила его в кастрюлю.
— Она должна была сказать его семье и даже Энджи, что не ее дело указывать Фишеру, что думать или делать.
— Это твое непредвзятое мнение? — Роуз бросила на меня взгляд.
Я ухмыльнулась.
— Прошло пять лет. У меня были другие парни. Энджи попросила Фишера жениться на ней. Почему ты думаешь, что к этому моменту мое мнение будет предвзятым?
— Может быть, потому что ты так легко смогла сформулировать все, что чувствует Энджи. Как будто ты была или есть на ее месте. Как будто ты влюблена в человека, который тебя не помнит.
Опустив подбородок и не сводя взгляда с соуса, который помешивала, я пожала плечами.
— Хочешь знать, что, по-моему, было бы невероятно романтично?
— Я не знаю, хочу ли знать.
Я издала быстрый смешок.
— Наверное, нет, но я все равно скажу тебе, раз уж тебе удалось сохранить наш с Фишером секрет все эти годы.
— Мне повезло. Тогда расскажи. Что было бы невероятно романтично?
— Настоящая романтика второго шанса. Влюбиться в одного и того же человека дважды. И каждый раз чувствовать себя по-новому. Никаких воспоминаний о первом разе. Просто… что-то в этом человеке, что заставляет тебя влюбляться в него. Каждый раз. Каждый. Божий. Раз. Эта леденящая душу любовь, которая, возможно, продлится не одну жизнь. Самое верное определение родственных душ. На месте Энджи я бы не захотела выходить замуж за Фишера, если только он действительно не влюбится в меня снова. Ничего принудительного. Никаких сроков. Никаких ожиданий. Только бабочки в животе и безумный восторг от новой любви. Если бы Энджи любила его так, как утверждает, что любит, она бы увидела, что он уже не тот Фишер. Она бы увидела тонкие изменения в его личности. И она почувствовала бы неописуемый восторг от возможности узнать нового Фишера и влюбиться в него заново.
Роуз выключила конфорку и положила руку мне на запястье, чтобы я не мешала соус для пасты.
Я посмотрела на нее: на ее лице пролегли озабоченные морщины, а в глазах застыло беспокойство.
— О, Риз, ты можешь пораниться.
Нервно рассмеявшись, я покачала головой и продолжила помешивать соус, когда ее рука опустилась на бок.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Ты их не видела. До его несчастного случая, ты их не видела. Они были влюблены. Ты не можешь быть таким человеком, который пытается украсть мужчину другой женщины.
— Как ты украла мою маму?
Она сдулась.
Я выключила конфорку и положила ложку на маленькую тарелку, выдохнув долгий вздох.
— Роуз, я люблю тебя. Я люблю ту семью, которую вы создали с мамой. И я думаю, что все сложилось именно так, как должно было сложиться, потому что ты не отказалась от нее. Ты никогда не считала, что забираешь что-то или кого-то, кто не был твоим, потому что ты знала, ты просто знала, что она, на самом деле, должна быть с тобой. А что, если я знаю? Что, если ему суждено быть со мной?
Она грустно улыбнулась.
— А что, если нет?
Я тяжело сглотнула. Я не бредила, просто надеялась.
— Тогда нет.
— И ты не будешь мешать?
— Если он влюбится в нее, если решит сыграть свадьбу, тогда я не буду мешать.
— Я беспокоюсь, что ты будешь играть нечестно. — Роуз нахмурилась.
Кашлянув от смеха, я покачала головой.
— Это не игра, Роуз. Это настоящая жизнь. Я даже не знаю, как я могу играть нечестно. Это не я живу с ним. Не я сплю в его постели. Я не сказала ему, что мы были больше чем друзья, больше чем работник/работодатель, потому что хочу, чтобы он влюбился в меня, а не в кучу воспоминаний о восемнадцатилетней девушке. — Вот так. Я произнесла это вслух. Я призналась. Я хотела, чтобы Фишер Мэнн влюбился в меня… снова.
Энджи отдала ему все свое чертово тело, миллион фотографий, миллион воспоминаний и историй о жизни с тех пор, как они были детьми. Я жестко проигрывала в этой схватке. Все, что я ему дала — это сборник кроссвордов. И если это перевесило все, что дала ему Энджи, то я решила, что всем нужно отвалить к чертям собачьим и позволить двум чудакам-кроссвордистам жить долго и счастливо.
Если…
Я знала, что это большое «если». Маловероятное «если». Может быть, даже невозможное «если».
Но вот в чем дело (это было важно): если пятидесятимиллиметровый сперматозоид может соединиться с одномиллиметровой яйцеклеткой и в результате получится целое человеческое существо, то два кроссвордиста могут влюбиться… дважды.
— Возможно, пришло время рассказать Рори.
  
Я покачала головой.
— Нечего рассказывать. Прошлое — это прошлое. А здесь, в настоящем, рассказывать все равно нечего. Но если что-то изменится и станет поводом для рассказа, я скажу Рори.
— Ты обещаешь?
— Обещаю. А теперь давай поедим. Мне нужно отнести кроссворды Фишеру сегодня вечером, после того, как Рори вернется домой, конечно.