В Новый Свет (СИ)

— А вы не забываете о друзьях, — заметил на это ректор. — Ну, что же, я свяжусь с морским королевским департаментом и попрошу их помочь в его переводе. Возможно, что и получится, но не обещаю.
— Буду вам искренне благодарен, — поклонился я в ответ.
— А у вас остались деньги после покупки фрегата? Церковь ценит ваше участие, но пока не может вам помочь ничем, кроме людей, а вам ведь необходимы деньги и на обычную жизнь, — вдруг забеспокоился инквизитор.
— Да, я смог заработать ещё денег в своей поездке, а кроме того, у меня есть небольшой запас, чтобы жениться.
— Вы хотите жениться? И кто же ваша избранница?
— Я ещё до конца не решил, девушек много и все они хороши, но пока я не тороплюсь с выбором.
— Ммм, а вы не просты, Гарсия, — заметил ректор. — Но вам, наверное, нужны уже официальные бумаги о том, что вы находитесь на службе у святой церкви?
— Да, несомненно, они остро необходимы мне.
— Бумаги будут, — подтвердил Роберто Беллармини, — они будут ожидать вас в Кадисе, когда вы вернётесь туда и вступите в командование своим кораблём. Можете не волноваться. Со своей стороны я хочу пожелать вам удачи и везения во всём. Да благословит вас святая Дева Мария!
Ректор встал и подошёл ко мне.
— Присоединяюсь к святому отцу и от всей души желаю вам того же, а также не прогадать со своей женитьбой, это важно для каждого мужчины. Тут излишняя торопливость может испортить всю последующую жизнь. Ну, это если вашу семью не связывают какие-нибудь обязательства или холодный расчёт. Впрочем, это не о вас, граф. А мы всегда будем рады видеть вас в стенах нашей магической академии здесь, в Толедо.
— Спасибо, я буду всегда помнить ваши слова и надеюсь оправдать ваше высокое доверие.
— Что же, тогда мы вас больше не задерживаем, и вы можете заняться своими неотложными делами. Но помните! — и ректор ободряюще улыбнулся мне. — Вы в любой момент можете посещать стены академии, мы всегда рады видеть вас. Об этом я распоряжусь, не сомневайтесь.
— Спасибо, — ещё раз сказал я и, поклонившись, вышел из кабинета ректора.
Было уже довольно поздно, и я не стал задерживаться в академии, а сразу покинул её, стараясь при этом никому не попадаться на глаза. Лишь остановившись возле привратника, я попросил его передать письмо Мерседес, вручив вместе с ним и серебряный талер за труды. Диего улыбнулся мне и, тряхнув седой головой, сказал, что всё сделает, как надо.
Калитка закрылась, а мой путь лежал обратно в поместье «Ветер судьбы».
***
Элеонора де Тораль, которая, казалось, знала всё, что происходит в академии, караулила Мерседес в коридоре. Кривя губы в презрительной улыбке, она терпеливо ждала бывшую подругу, чтобы огорошить её своим известием. Появившаяся Мерседес быстро шла к себе в комнату. Элеонора, заметив подругу, отлепилась от стены и шагнула ей навстречу.
— Привет, Мерси, как дела?
— А какое тебе дело до моих дел? — холодно скривила губы Мерседес.
— Ну, как же, ты ведь страдаешь…
— Отчего это я страдаю? Нет, это ты страдаешь от своей ненависти. Я здесь ни при чём и оставь меня, пожалуйста.
— Как же так? А я думала, что ты страдаешь по своему Эрнандо.
— Я не хочу с тобой разговаривать, Эли. Всё уже закончено между нами, и ты показала Гарсии своё настоящее лицо.
— Дааа? — Элеонора насмешливо подняла брови.
— Да! — словно плюнув, сказала Мерседес.
— Должна тебя огорчить, бывшая подруга. Гарсию сегодня видели в академии, но он не стал тебя искать, какая досада! Не правда ли?
— Ты врёшь! — не сдержалась Мерседес.
— Спроси у Элис, сеньорита бывшая подруга, — и, захохотав, Элеонора чопорно удалилась, задрав нос и подобрав юбки длинного платья.
Весь вихрь негативных эмоций бросился в голову Мерседес, и если бы Гарсия оказался в этот момент рядом, ему было бы несдобровать. Но его рядом не было, и возможно, что не будет уже никогда.
Гнев также быстро ушёл, и за ним пришли совсем другие эмоции. Слёзы брызнули из глаз Мерседес, и лишь боязнь того, что их могут увидеть другие студенты, сдерживала расстроенную девушку от рыданий.
 
В это время и в таком состоянии её и нашёл привратник Диего.
— Мерседес де Сильва?!
— Да, что вам, Диего?
Седовласый мужчина, немного хромая, подошёл ближе к девушке. В руке он держал кусок пергамента, свёрнутый в трубку.
— Вам письмо!
— От кого? — растеряно спросила Мерседес.
— От вашего друга.
— У меня нет друзей.
— Когда нет ни подруг, ни друзей, это плохо, сеньорита. Вам срочно нужен муж, который и поможет, и защитит. Надеюсь, что вы его уже нашли. Почитайте это письмо.
— От кого оно?
— От графа Эрнандо Гарсии, что сегодня приезжал в академию. Он не смог с вами встретиться. Возьмите, — и привратник протянул ей письмо.
Мерседес взяла листок пергамента и, развернув, попыталась прочитать, но не смогла. Влажная пелена слез, готовых вот-вот пролиться, дрожание рук, эмоции, переполнявшие её, заслонили неровные строчки.
«Не может быть, этого просто не может быть!», — шептала она про себя, пытаясь прочитать не очень разборчивый почерк Эрнандо, и ничего не видела: ни угловатых букв, что прыгали перед её глазами, ни печати с фамильным гербом Эрнандо Гарсии, ни окружающих.
«Надо успокоиться, успокоиться», — шептала она про себя, спеша по коридору в свою комнату. И только там, оставшись в одиночестве, она дала волю переполнявшим чувствам. Слёзы градом катились по её щекам, принося облегчение сердцу и очищая душу от гнева и ненависти. Успокоившись, она снова взяла в руки кусок пергамента, на котором записал своё послание Эрнандо. В письме было написано следующее:
«Здравствуй, Мерседес! Я, как и обещал, приехал сразу к тебе. Не буду лукавить, первым делом мне надо было поговорить с ректором. Надеюсь, ты меня простишь. К сожалению, сегодня мне нужно успеть ещё решить очень много дел, а разговор с тобой обещает быть непростым. Я хочу встретиться завтра, если ты не против, сразу после занятий. Внутри академии нам будут мешать, а потому буду ждать тебя в парке. Эрнандо Гарсия.
P.S. Пожалуйста, попроси у целителей сильную лечебную мазь от ожогов, очень надо. Возможно, что после встречи с тобой мне понадобится не меньше пинты этого чудодейственного субстрата».
Мерседес прижала долгожданное письмо к груди и задумалась. Эрнандо в своём письме сказал много и в то же время — ничего. И что это за оговорки про мазь? А про разговор? Мерседес была одновременно и обрадована, и огорчена. Она уже страшилась предстоящего разговора, ведь неизвестно, что скажет ей Эрнандо. А сказать он ей мог многое, как хорошее, так и плохое. А ещё эта сука-маркиза…
Ох! Ну, что же делать? Что же делать? Мысли девушки заметались, как стая рыбёшек, спасающихся от акулы. «Да ничего! — разозлилась она сама на себя. — Завтра всё станет ясно, чего ещё переживать».
Успокоившись, Мерседес умыла лицо и посмотрела на себя в зеркало. В отражении на неё смотрело зарёванное лицо сопливой девушки с красными веками, припухшими от слёз.
«Надо выглядеть так, чтобы Эрнандо, если и захотел расстаться, то жестоко пожалел об этом», — решила она про себя. Пару секретов красоты Мерседес знала, как знала их каждая ведьма, и у каждой они были свои. Были такие секреты и у Мерседес.
Подойдя к платяному шкафу, она распахнула настежь его тяжёлые створки и окинула придирчивым хозяйским взглядом его содержимое. Ммм… Завтра надо выглядеть, как можно более выигрышно. Да, именно выигрышно! — и Мерседес полезла в шкаф.
Ничто так не успокаивает любую женщину, начиная с совсем юного возраста, как примерка красивых вещей. Вывалив все свои платья на кровать, она стала их по порядку примерять.
Баронесса Инесса Авалон, которая жила с ней в комнате, удивлённо смотрела на Мерседес.
— А что случилось? — поинтересовалась она. — Зачем ты решила примерить все свои платья?
— Надо пересмотреть гардероб, — отмахнулась от неё Мерседес. — Что-то мне мало́, а я и не знаю. Давно не перебирала свои вещи, так что не мешай. Мне надо подумать.