В Новый Свет (СИ)

В густой темноте я заехал во двор таверны и, передав коня конюхам, захватив только оружие и суму с драгоценностями, заспешил быстрее в тепло. Конечно, зима в Португалии — это не зима в России, но холодный пронизывающий ветер и мерзкая слякоть изрядно меня разозлили.
К тому же, за трое суток я устал трястись в седле, для меня это было не самое приятное удовольствие, я же моряк, а не кавалерист. Пнув с досадой дверь, я вошёл в помещение, освещённое ярко горевшим очагом.
Таверна была большая и достаточно приятная внутри. Чистые доски столов, довольно приличная публика и даже имелось отдельное помещение для тех, кто был менее благороден или менее платёжеспособен, примыкающее слева от основного.
Был здесь и небольшой зал для, так сказать, вип-персон. И этот угол сейчас был занят. За ширмой, скрывающей его, шёл приглушённый разговор мужчины и женщины. Разобрать смысл диалога было трудно, да я и не старался.
За столами расселись всадники, встреченные мной на дороге, они доедали свой ужин. С моего плаща накапала вода, а грязные сапоги оставляли комки земли, когда я подошёл к стойке трактирщика.
— Мне нужна комната.
— Сеньор, — правильно определив меня, начал трактирщик. — Сегодня у меня все комнаты заняты. Много путешественников приехало. Мне трудно вам что-то предложить, даже за двойную цену. На сеновал вы не пойдёте, а в комнате прислуги спать не сможете.
Я сморщил нос и сбросил мокрый плащ. Несколько брызг попали на посетителей, сидящих невдалеке. Они, было, вскинулись с ругательствами, но, заметив мой внушительный арсенал оружия, решили промолчать. Действительно, грозный вид четырех пистолей и сабля немного утихомирили их.
— Мне нужна комната, пусть она будет небольшая и под крышей. Главное, чтобы она была сухая. Мне нужно отдохнуть с дороги, плачу двадцать реалов.
— Ммм, — трактирщик задумался, перебирая в голове возможные варианты.
— Могу вам предложить комнату на чердаке, но за тридцать реалов, десять из которых я отдам своему сыну, что пойдёт ночевать на сеновал. Там чисто и сухо, согласны?
— Согласен, — не стал я торговаться. Мне очень хотелось поесть и отдохнуть. Этот проклятый дождь и конь вынули из меня всю душу. Надоело скакать по темноте, разбрызгивая во все стороны лужи и мёрзнуть под пронизывающим ветром.
— И горячей еды, чтобы она была вкусная.
— Сделаем, — кивнул трактирщик. — Вина будете?
— Только подогретого, с сахаром и специями.
— Ммм, сделаем, но будет дорого.
Я вздохнул.
— Добавьте больше сахара, — и пошёл искать свободный стол.
— Сию минуту.
Оглянувшись, свободных мест в зале я не обнаружил, заметив только несколько солдат, доедающих свой ужин, которые могли освободить места. Трактирщик бросился к ним, уговаривая поскорее закончить трапезу. Я же, спокойно облокотившись о стойку, пристально наблюдал за происходящим.
Выгонять из-за стола бравых служак мне не хотелось. Графский титул давал мне много полномочий, но я был скромен, неприхотлив и не агрессивен. Задумавшись, я проверил пистоль, а потом и все остальное оружие. За это время трактирщик успел выпроводить парочку посетителей, и я сел на освободившееся место.
Прибежавшая подавальщица, довольно молодая и довольно милая, соскребла со стола остатки пищи кухонным ножом и вытерла стол тряпкой, забрав с собой мой мокрый плащ. Через несколько минут меня уже угощали чем-то, похожим на глинтвейн, и принесли еду.
Не обращая больше ни на кого внимания, я принялся с аппетитом поглощать ужин, время от времени отхлёбывая из кружки постепенно остывающий глинтвейн.
Вип-закуток располагался довольно далеко от меня, но я сидел вблизи лестницы, которая вела наверх, в комнаты для отдыха. Оглянувшись, я заметил, что ширма откинулась, и оттуда вышел мужчина в камзоле, расшитым золотом, довольно плюгавого вида. Его сопровождала молодая женщина очень приятной наружности, но с таким властным взглядом, что становилось не по себе.
Выйдя из-за ширмы, они направились к лестнице, а их воины, сидящие в зале, тут же вскочили на ноги, заставив встать и всех остальных идальго, и даже горожан. Не встал один я, чересчур поглощённый едой и окрыленный своим новым титулом.
 
Плюгавый маркиз, или кто там он был, не стал обращать на меня внимания, а вот дама весьма ревностно отнеслась к моему поступку.
— Почему вы не встаёте, идальго? — обратилась она ко мне, сверля голубыми глазами.
— Я окинул её быстрым взглядом. Дорожное чёрное платье, слегка рыжие волосы, собранные в высокую прическу, прикрытую сеткой, и искривлённые в бешенстве губы.
— На каком основании я должен встать, сеньора? — холодно спросил я её.
— На том основании, что перед вами стоит маркиза.
— Поздравляю. А я граф, поэтому не мешайте мне ужинать, благородная сеньора, — и я снова продолжил трапезу. Внезапно я почувствовал, что она готовит пеленающее заклинание. Ярко вспыхнуло золотое кольцо маны на моём пальце, а каменный обод усилителя ощутимо нагрелся. Я медленно поднял на неё взгляд и схватился за рукоять сабли, несмотря на угрожающие позы солдат её гвардии.
— Оставь его, Жанна! — плюгавый маркиз решил вмешаться в происходящее. — Этот граф маг, он устал, и он не врёт. А, кроме того, ты разве не видишь его амулеты? Это сильный маг воды и не магии земли с ним сражаться. Пойдём, мы и сами сильно устали, надо отдохнуть. Оставь его! — резко закончил последнюю фразу плюгавый мужчина и, слегка подволакивая левую ногу, заспешил верх по лестнице.
Жанна окинула меня презрительным, с её точки зрения, взглядом, пренебрежительно фыркнула и, подобрав полы дорожного платья, прошуршала наверх. Старшие из сопровождающей их гвардии ушли в комнаты, а обычные наёмники расположились прямо на полу.
Закончив ужинать, я расплатился и поднялся на чердак, указанный мне подростком. Чердачная комната действительно оказалась чистой и сухой, это радовало. Разложив свои вещи и закрыв дверь, я заснул, предварительно создав охранные заклинания. Мерцающая охранительная печать висела как на двери, так и на чердачном окне, охраняя мой сон.
Я спал, мне синилась Мерседес, которая бросалась мне на шею, осыпая поцелуями. Она целовала и целовала меня, нежно оплетая руками. Хороший сон, но чересчур правдивый. Сердце моё дрогнуло и было готово простить Мерседес, но что будет дальше? Этого я не знал и потому просто спал.
  
Глава 12. Путешествие в Амстердам. ​
 
Не знаю, что там себе думала герцогиня, но я о ней совершенно не думал. Выспавшись, я встал пораньше и, пользуясь тем, что благородные господа ещё дрыхнут, а настоящие моряки уже отправились по делам, заказал себе обильный завтрак. Поев и расплатившись, погрузил вещи на коня и, вскочив в седло, выехал со двора.
Напоследок конюх шепнул мне, что я зря связался с владелицей замка Груф. Оказалось, что главным в этой паре был не увечный герцог, который пытался призвать к благоразумию свою супругу, а именно она. Ей нравилось унижать и карать. Обычным людям доставались наказания, а идальго — унижения.
К тому же, рыжеволосая ведьма была очень злопамятна, и тому было много свидетельств. Но пока она не переходила определённых границ. Ходили, правда, неясные слухи о пропажах людей и, в основном, на дороге. Но слухи и есть слухи, подтверждений никаких не было. И трупов никто не видел. Как говорится, нет человека, нет проблемы.
Дорога за ночь немного подсохла, но всё равно была довольно грязной. Мой дорожный плащ высох от тепла очага, а потом был тщательно вычищен кухаркой. Отдохнувший конь нёс меня вперёд лёгкой рысью, и часа два я ехал спокойно, наслаждаясь одиночеством и миром.
Ближе к обеду, время от времени мне стали попадаться крестьяне и одинокие путники. Иногда мимо проскакивали всадники, спешащие по своим делам, так же, как и я.
Проехав ещё некоторое время, я услышал за спиной стук многочисленных копыт, судя по звуку, это была большая группа. Оглянувшись, я увидел всадников, мчащихся ко мне. Ну и ладно, мне нет до них никакого дела, и я равнодушно отвернулся. А они догоняли меня, приближаясь всё ближе и ближе.