Я сделала ошибку

Ниже Гэри написал номер своего телефона. Но я не собираюсь звонить. Я даже не хочу хранить карточку. Когда Рождество закончится, я разорву ее на мелкие кусочки. Просто не могу заставить себя сделать это прямо сейчас, потому что она приносит мне какое-то утешение. Это доказательство того, что кто-то когда-то действительно любил меня.
– Берегись! – кричит Дейзи.
  
Резиновый мячик вылетает будто из ниоткуда и попадает Поппи в лицо.
– Ты цела, мам? – подбегает к ней Мелисса. – Прости, пожалуйста! Я хотела бросить его в другом направлении.
– Все в порядке, – отвечает Поппи. На ее правой щеке уже набухает синяк. Но сейчас это не имеет значения. Мелисса положила руку на плечо матери! Стюарт тоже подбегает.
– Это точно? – спрашивает он. В его голосе звучит нежность.
– Да, – кивает Поппи. Она выглядит ошеломленной.
– Я не хотела сделать тебе больно, – говорит Мелисса.
– И я тоже не хотела делать тебе больно, – медленно произносит Поппи. – Никому из вас.
На минуту воцаряется тишина, и мы все смотрим друг на друга. Потом ее нарушает моя младшая внучка.
– Групповые обнимашки! – требует Дейзи.
Мы все соединяемся в крепком объятии, полные решимости никогда друг друга не отпускать.
Но как только я говорю себе, что все будет хорошо, звонит мобильный Поппи. Она отстраняется и смотрит на экран.
И я вижу, как бледнеет ее лицо, когда она отходит, чтобы ответить на звонок.
  
Глава 47
 
Поппи
 
Я возвращаюсь к реальности, увидев имя звонящего.
– Что случилось? – спрашивает Бетти, когда я заканчиваю разговор и возвращаюсь туда, где они стоят. – Это твой отец?
Я качаю головой:
– Нет. Это Салли.
Даже Стюарт заинтересованно поднимает взгляд. Как и девочки. Им всем нравилась моя веселая, жизнерадостная помощница в тех немногих случаях, когда они с ней встречались.
– Она хочет выкупить у меня агентство, используя средства, полученные при разводе, – объясняю я. – Салли не может дать мне больше пяти тысяч фунтов за клиентскую базу, но хотела бы нанять меня в качестве помощницы. Конечно, агентство больше не будет моим. Но это означает, что я вернусь к работе.
– Тебе это полезно, – быстро произносит Бетти. – Верно, Стюарт?
Она бросает на него многозначительный взгляд, и мне интересно, говорили ли они обо мне. Порой мне кажется, что единственный человек, который имеет какое-то влияние на моего мужа, – это его мать.
– Так будет лучше, чем бродить по дому и ждать телефонного звонка, – соглашается он.
Я и не подозревала, что Стюарт это заметил. Хотя он и настоял на том, чтобы использовать наши совместные сбережения для погашения моего банковского долга, оформление движется болезненно медленно.
Новое название, не связанное с моим именем, могло бы все изменить. А наши постоянные клиенты, такие как Дженнифер, Дорис, Ронни и Карен (которая с татуировкой), поклялись в своей верности агентству.
– Я бы положила деньги Салли сразу на наш счет, – быстро говорю я. – А как ее помощница не буду нести ответственности за какие-либо финансовые обязательства.
– Ты согласна не быть главной? – спрашивает Мелисса.
– Да. – Я никогда не думала, что скажу так, но это правда. – Это даст мне больше времени для всех вас.
Стюарт молчит, а Бетти берет меня за руку и ласково пожимает ее.
– В конце концов все утрясется, – тихо произносит она. – Вот увидишь.
Сейчас Новый год. Подснежники и крокусы пробиваются сквозь зимнюю почву. Они напоминают мне цветы в Набережных садах. И нашу встречу с Мэтью.
Мне бы хотелось сказать, что я не думаю о нем, но время от времени воспоминания возвращаются. Да, он причинил мне ужасные страдания. Сказать, что Мэтью поступал плохо, было бы преуменьшением. И все же он мог бы остаться жив, если бы не я, и я это помню.
Но есть и еще одна причина, по какой я никогда не смогу выбросить его из головы. Мэтью Гордон неразрывно связан с моим молодым «я». Маленькой пышкой Поппи Смит, с яркой улыбкой и каштановыми кудрями, которая безумно влюбилась в мужчину, не подозревая, что он разобьет ей сердце. Восемнадцатилетней девчонкой, того же возраста, что сейчас моя Мелисса, питавшей такие большие надежды стать актрисой, но чей до поры беззаботный подход к жизни был разрушен разводом ее родителей.
Раньше я вспоминала о прежней себе с грустью и разочарованием. Но теперь уже нет. Сейчас я оглядываюсь назад с признательностью. Прошлое есть прошлое. Пора двигаться вперед. Больше никаких секретов. Никакой лжи.
Вот почему мне нужно еще раз поговорить со Стюартом. Каждый день во время рождественских каникул я собиралась с духом, и каждый вечер мне не удавалось что-либо сказать. Несмотря на то групповое объятие и неожиданное предложение Салли, обстановка по-прежнему оставалась весьма напряженной. Так мы протянули весь январь и половину февраля, в то же время пытаясь выступать единым фронтом в тех вопросах, которые касались Дейзи. По крайней мере, Мелисса, вернувшись в университет, теперь присылает мне сообщения из двух строк вместо одного слова.
Если бы не работа, я сошла бы с ума. «Агентство Салли», как она его назвала, действует на удивление эффективно. Сначала я беспокоилась, что мое присутствие даже в качестве помощницы может отпугнуть потенциальных клиентов. В конце концов, разве не из-за моей испорченной репутации люди стали нас избегать?
– Память коротка, – сказала Салли. – Постоянно приходят новые режиссеры. Кроме того, ты мне нужна. У тебя гораздо больше опыта, чем у меня.
– Ты уверена, что берешь меня не из жалости? – спросила я.
– Ты сделала то же самое для меня, когда я пришла к тебе после развода, – заметила она. – Так что прекрати.
Помогло и то, что наши постоянные клиенты сдержали свое обещание остаться с нами. Дорис была в восторге, когда я устроила ее на роль в рекламе с участием двойников голливудских звезд – продвигать средства для ухода за кожей. Ронни-викарий становится все популярнее и постоянно поет нам дифирамбы. А Дженнифер наконец обрела твердую почву под ногами (или мне следует сказать – под лапами?) в рекламе зоотоваров, где все актеры в костюмах животных.
– Спасибо вам! – воскликнула она, обнимая нас обеих.
К своему удивлению, я обнаружила, что теперь мне больше нравится моя работа, чем когда я была начальницей. Я научилась выключать компьютер в шесть часов вечера и ставить телефон на беззвучный режим, чтобы «качественно провести время» с Дейзи. Но я с радостью потеряла бы работу во второй раз, лишь бы вернуть свой брак в нормальное русло.
Однажды вечером, когда дома были только мы с Бетти (Стюарт снова работал допоздна, а Дейзи ушла к подруге), свекрови пришла в голову очередная идея.
– Почему бы вам снова не съездить в Девон, дорогая? Знаешь, поначалу я была не в восторге от этого места из-за поведения Джока, когда мы жили там в наш медовый месяц. – Она запнулась на мгновение, и я успокаивающе положила руку ей на плечо, вспоминая, как Бетти описывала его жестокость в своих тюремных сочинениях.
– Но позднее, – продолжила она, – когда в нашем браке все наладилось и мы начали брать маленького Стюарта с собой, отдых у моря показался мне таким умиротворяющим. Это помогало мне собираться с мыслями. Вот почему мы выкупили этот трейлер в собственность. Попробуйте!
– Наша последняя поездка не помогла, – заметила я, думая о том, что именно там Стюарт показал мне фотографию нас с Мэтью в театральной школе. Кроме того, море потеряло для меня свое очарование, когда мама ушла из дома, запятнав этим все мои детские воспоминания о том, как мы собирали ракушки на пляже.
  
– Как я уже говорила, – прошептала Бетти, обнимая меня, – все меняется. И у вас будет время побыть только вдвоем.
– Стюарт никогда на это не пойдет! – заявила я.
Странно, но он согласился. Возможно, Бетти приставила ему нож к горлу. Меня бы это не удивило.