Я сделала ошибку
Как я могла когда-то убеждать себя, что жизнь продолжается и после Мэтью? Мое тело не чувствовало себя настолько живым с тех пор, как он в последний раз прикасался ко мне. Мэтью вытворяет с ним такое… Я даже забыла, что это вообще возможно.
– Я люблю тебя, Попс, – выдыхает он. – И всегда любил. Не было дня, чтобы я не думал о тебе.
И даже несмотря на то что это нелепо. Несмотря на то что у меня есть муж, которого я люблю, и дети, которых обожаю, я вдруг понимаю, что полностью с ним согласна.
– Я тоже тебя люблю.
– Доброе утро!
Я чувствую теплое дыхание около уха и палец, мягко обводящий контуры моего лица.
– Ты такая красивая, когда спишь.
Это не похоже на Стюарта. Я резко выпрямляюсь.
– Почти такая же красивая, как после пробуждения.
Мэтью приподнимается рядом со мной.
Все вчерашнее мгновенно возвращается ко мне. Отель, Мэтью, вино. Секс.
Я изменила мужу… Нет. Нет! Как это произошло? Как я превратилась в совершенно другого человека? Волна тошноты накатывает на меня, такая сильная, что на секунду мне кажется, что меня сейчас вырвет. Я издаю стон.
– Немного страдаешь с похмелья? Я тоже. – Мэтью смеется и обнимает меня за плечи.
Но я выпила лишь один бокал, хотя и большой. В довершение ко всему я ведь сама привела Мэтью сюда. Это же я предложила подняться наверх, не так ли? Я могу винить только себя.
Шатаясь, я иду в ванную, ошеломленная тем, что натворила.
– Ты почувствуешь себя лучше после завтрака! – кричит он мне вслед.
Закрыв дверь, я опускаю крышку унитаза и сажусь, пытаясь думать сквозь сгущающийся туман паники. Этого не может быть. Я наклоняюсь к раковине и умываюсь холодной водой. И слышу, как Мэтью зовет меня из спальни.
– Я говорю, нам надо посовещаться о том, что теперь с этим делать, – повторяет он, когда я выхожу.
Я вижу смятые простыни и его обнаженное тело. Я все еще чувствую запах нашего секса. Мы даже не пользовались презервативами, внезапно осознаю я.
– Что с чем делать?
Мэтью удивленно смотрит на меня:
– Ну, нам с тобой.
Нам? Я пристально гляжу на него:
– Что ты имеешь в виду? Нет никаких «нас», Мэтью. У тебя есть Сандра. Ты ей нужен. И я замужем, у меня семья. – Я чувствую, что вот-вот заплачу, и внезапно осознаю, что я голая. Собирая свою одежду, сваленную кучей на полу, я прижимаю ее к телу, будто он еще не видел меня нагишом.
– Не плачь. – Мэтью вскакивает с кровати и пересекает комнату, направляясь туда, где стою я. Он притягивает меня к своей груди. Гладит по волосам. Я уже и забыла, как он это обычно делал.
Теперь я горько плачу.
– Как мы оба могли так ужасно себя повести?
Мэтью на мгновение замолкает. Я вижу, как поднимается и опускается его грудь в такт дыханию.
– Я тоже чувствую себя ужасно. Но если мы любим друг друга…
– Любим? – повторяю я. Любовь – это слово для моих детей. Для Стюарта, несмотря ни на что. Для той жизни, которой мы все живем вместе.
– Да. – Теперь в голосе Мэтью звучит напряжение. – Ты же сама так сказала вчера вечером. Я сказал тебе, что люблю тебя, а потом ты произнесла, совершенно ясно: «Я тоже тебя люблю».
Я помню, что сделала это. И тогда я действительно так думала. Но сейчас, при холодном дневном свете – нет.
Внезапно перед моим мысленным взором появляется лицо Бетти. Моя замечательная, добрая свекровь. Что она обо мне подумает? Стюарт разведется со мной. Мелисса и Дейзи станут презирать меня. Я буду отчуждена от своих прекрасных дочерей. А как насчет моего отца? Что он скажет? Я сделала именно то, что сделала моя мать. Я унаследовала ее дурную кровь.
Женщина, которая так охотно привела любовника к себе в номер 404 вчера вечером, кажется мне теперь чужой. Я – не она. А еще, яростно твержу я себе, я не из тех, кто может быть «разлучницей»; не из тех, кто крутит романы с чужими мужьями. Я должна отсюда уйти. Я должна все исправить.
Я высвобождаюсь из объятий Мэтью и надеваю нижнее белье.
– Что ты делаешь?
– Это была ошибка, Мэтью. Ужасная ошибка. Я люблю своего мужа.
Как только я это говорю, понимаю с болезненной уверенностью, что это правда. Я не хочу быть ни с кем, кроме Стюарта. Неужели мне пришлось пересечь запретную черту и заняться сексом с кем-то другим только для того, чтобы увидеть: как ни удивительно, но единственное, что действительно имеет значение, – это прочная семейная жизнь, которую мы с мужем построили для себя.
– И ты тоже любишь Сандру, – добавляю я.
Мэтью молчит, и я заставляю себя взглянуть на него. Он смотрит в пол.
– Не знаю, – тихо произносит он. – Между нами уже много лет ничего не было. Она так и не простила меня с тех пор, как все это провернула. Поняла, что я никогда не смогу забыть тебя.
Что? Я смутно припоминаю, как вчера вечером Мэтью сказал нечто вроде: «Не было и дня, чтобы я не думал о тебе». Но это откровение о Сандре – совсем другое.
Интересно, не валяет ли он дурака? Но он кажется очень серьезным.
За моим шоком теперь следует гнев, который находит выход:
– Тогда почему ты вообще бросил меня? Почему тебе понадобилось более двадцати лет, чтобы связаться со мной?
– Потому что я слышал, что ты вышла замуж, и не хотел портить жизнь, которую ты создала. Я думал, ты ничего не захочешь, во всяком случае со мной. Но новая встреча с тобой, Попс… Что ж, это заставило меня пересмотреть свою жизнь. Прошлая ночь была потрясающей! Я просто не могу потерять то, что мы обрели. Я думал о том, чтобы оставить Сандру, много лет назад. Я почти сделал это, но потом она заболела – и это было бы неправильно.
– Вот именно, – киваю я. – И это было бы неправильно и сейчас.
Я беру со стула сумку и направляюсь к двери.
– Не надо, – просит он, хватая меня за руку. – Мы все уладим, Поппи. Это будет трудно, но мы не можем оставить все как есть. Это слишком дорогое чувство.
– Прекрати! – говорю я, пытаясь вырваться. – Ты делаешь мне больно.
Но Мэтью меня не слышит.
– Я так больше не могу. Я так несчастен. – Он рыдает, как ребенок.
– Мэтью… – Мне наконец удается освободиться от его хватки. – Я не оставлю своего мужа. Я не стану рушить семью из-за этого.
Тогда он отпускает меня. Я выскакиваю за дверь и бегу к лифту. Ненадолго задержавшись у окошка регистрации, чтобы оплатить счет, я узнаю́ от молодой девушки за стойкой, что он «уже оплачен джентльменом».
Я выбегаю из дверей. Слышу позади оклик по имени, но не оглядываюсь. Вижу проезжающее такси. Машу рукой и падаю на заднее сиденье. Моя рука пульсирует болью там, где Мэтью схватил меня. Затем я проверяю телефон и вижу, что есть новое сообщение голосовой почты. От Мелиссы, полчаса назад.
«Где ты, мама? – слышу я ее умоляющий голос. – Почему не берешь трубку? Дейзи не может найти свою тетрадь по французскому языку, а бабушка велела сказать тебе, что сегодня вечером меня оставят после уроков. Не сердись».
С ума сойти! Как я могу отныне сердиться на них после того, что сделала сама?
Я закрываю лицо руками, словно таким образом могу стереть события прошлой ночи. Что они будут делать, если узнают?
Внутренний голос отвечает мне с тихой угрозой:
«Ты должна сделать все, чтобы этого никогда не случилось».
Глава 12
Бетти
В течение нескольких недель после нашего ужина у Джейн и Гэри муж почти не разговаривал со мной. А когда он все же цедил что-то сквозь зубы, в его голосе было столько гнева и презрения, что я стала предпочитать общению молчание и долгие пустые вечера, когда Джок выпивал в пабе. Приняв приглашение, я выставила его не только неполноценным, но и глупым. И это, по мнению Джока, было непростительно. Я вдруг поняла, что прошло уже несколько месяцев с тех пор, как он в последний раз называл меня своей «цыпочкой». Джок прекращал так делать и раньше, когда ему не понравилось, что я работаю в универмаге. Я постепенно начинала понимать, что настоящий Джок был вовсе не тем очаровательным парнем, за кого я выходила замуж, а задиристым, угрюмым мужчиной, который доволен только при условии, что все идет по его планам.