Его звали Тони. Книга 4 (СИ)

А теперь к главному — содержимому ячейки. Что тут у нас?
Первым делом я пробежался по имеющимся бумагам. И разочарованно вздохнул — большинство было копиями документов, которые я извлёк из сейфа в доме преподавательницы. Плюс, несколько новых из той же оперы — поставки непонятной продукции, скрытой под кодовыми названиями.
В крупной шкатулке оказалась ювелирка. Кольца, перстни, несколько цепочек с браслетами. Странный выбор. Сложно сказать, сколько это может стоить, но на мой взгляд, точно не подходит для хранения в банковской ячейке. Разве что это какие-то артефакты. Надо будет у братьев-цвергов спросить.
  
Под грудой бумаг оказался планшет. Целехонький и полностью разряженный.
А вот под ним… В первый момент я даже подумал, что мне показалось. Но нет. Синяя обложка, разноцветные буквы, мальчик с портфелем на обложке. Всем известная книга. По крайней мере из определённого поколения.
Пару секунд я постоял, разглядывая книгу и охреневая. Потом взял её в руки. Раскрыл. Пробежался взглядом по мелкому шрифту. Полистал. И почувствовал, как разум ещё больше впадает в ступор.
Это не было копией или чьей-то попыткой воссоздать образец. Я держал в руках самый настоящий букварь, напечатанный издательством «Просвещение» в восемьдесят третьем году двадцатого века.
  
Глава II
 
Я наверное раз десять пролистал букварь, упорно пытаясь найти признаки того, что он был напечатан здесь. Мало ли — вдруг нашёлся попаданец, который запомнил всё содержимое книги и тут воспроизвёл одну копию. Чтобы листать долгими зимними вечерами и рыдать, уткнувшись в плечо прекрасной эльфийки. Ну или в грудь. Смотря какие у него там предпочтения.
Теория не оправдалась. Тут даже пометки учеников имелись, которые этим букварём пользовались. Каракули на полях и несколько рисунков. Обычный школьный учебник.
Это как вообще? В то, что человеческое сознание может куда-то переместиться, поверить было несложно. Во-первых, я про это хренову тучу книг прочитал, а во-вторых, это ж разум. Не слишком материальная субстанция. Как выяснилось, пронизывающая пространство и время. Ну или только пространство — непонятно.
А тут — учебник. Они его получается каким-то образом сюда переместили. Полностью материальный предмет. Япнуться можно.
Успокоился я только минут через двадцать. И пересилив себя, засунул букварь в сумку. Следом уложив и все остальные находки.
Лимузин ждал меня на парковке. Водитель даже выскочил наружу, чтобы дверь открыть. У него, похоже восприятие даргов тоже начало меняться. Что забавно, визит в суд, он воспринял более или менее нормально. Мол, ну бывает такое — судится кто-то с орком. Почему бы и нет.
Вот поездка в банк сломала шаблон полностью. Снесла, как ревущий поток плотину. В глазах буквально светился вопрос «кто ты нахрен такой и что там делал?». В целом, логично. Банки вообще неохотно открывали счета подданным третьей категории. А орки, гоблины, тролли и прочие «малые расы» были под фактическим запретом.
Если же говорить о «Первом земельном», среди его клиентов орков вовсе не водилось. По крайней мере, если отталкиваться от отзывов в сети, которые я добрил, когда выбирал в какой банк послать заявку на открытие счёта.
Забавно всё это выглядело. Как и взгляды, которыми меня провожал персонал банка, когда я степенно его покинул. Хотя сейчас мои мысли крутились вокруг букваря. Раз его переместили сюда физически, значит такое возможно и с иными предметами, верно? А как насчёт обратного направления? Как это вообще происходит? Можно ли отправить в другой мир живое существо?
Не то, чтобы я собирался рвануть назад в нынешнем теле. Либо пристрелят, либо запрут в лаборатории и будут изучать. Но интересно же! Даргское любопытство. Безграничное и неуёмное.
В общем, сам не заметил, как добрался до редакции. В которой творился настоящий творческий хаос.
— Заливаем, пацаны! — звонкий голос Фота был слышен от самого входа. — Не тормозим! Жрём хайп, пока зубы целы!
Остальные гоблины расселись за столами, уткнувшись в ноуты и сосредоточенно клацая по клавиатуре. Даже Гоша вовсю трудился. Всё в том же смокинге и шляпе-котелке, каким-то чудом державшейся между его ушей. Наверное снова на проволоку закрепил. Хотя, может и нет. В конце концов, это ж специальная модель. Для его соплеменников разработанная.
— Видел, сколько у нас лайков? — увидев меня, Фот соскочил со своего стула и подбежал вплотную. — Зырь! Мы всех отпафосили!
Говоря, ушастик вытянул руку с телефоном, демонстрируя мне экран. Где отображался пост с нарезкой видео. С легко угадывающейся канвой — несмотря на отключённый звук, было ясно, что речь идёт о сиськах Румянцевой.
Лайков и правда было много — уже больше тридцати тысяч. Комментариев тоже собралось немало. Полторы тысячи с лишним. Горячий получился пост.
— Вот же кисляки отподороженные! — донёсся глухой голос одного из ушастиков, которые сидели за ноутами. — Спёрли наше видео и аристократку к нему прилепили! Ща пожалуюсь! Пусть побанят шмаглин!
— Ты чё, япнулся? — подпрыгнув от избытка эмоций, Фот уставился на говорившего. — Нам ж того и надо! Чем больше, тем лучше!
Тот на момент завис, задумчиво смотря на коротышку и почёсывая затылок пальцами. Потом издал протяжный звук, видимо означавший согласие и снова уткнулся взглядом в ноутбук.
— Ещё две сотни свежих постов по нашим тегам, — подал голос один из той пары гоблинов, которых Фот взял с собой в суд. — И за тыщу перевалило. Летим!
— Япь! Опять какой-то пришлёпов вылез хейтерский! — вклинился ещё один коротышка. — Чё они злобные такие все? Ваще не трахаются штоль? Как ты там говорил отвечать? А, точно! «Ваше кислое мнение нас абсолютно не колышит. Так что можете пойти и…»
В общем, атмосфера была максимально рабочей. Умеют они удивлять. Сами обязанности распределили и вон в процесс полностью погрузились. Никто даже не поинтересовался, где я был и что там делал. Сидят, бешеными глазам в экраны пялятся и по клавиатуре пальцами хреначат.
Отрывать их от дела я не стал. Это ж сейчас пока до базы дотопаем, пока они там устроятся и снова к работе вернутся. Вообще, когда кто-то в состояние потока занырнул, его оттуда лучше не выдёргивать.
Поэтому я добрался до своего кабинета. Где открыл сумку, достав планшет. Заодно дотронулся до букваря, проверяя его реальность. Разум всё ещё терзался сомнениями по поводу существования книги.
Зарядка для техники у меня была с собой. Но сначала я проверил, наличие сим-карты. Слот под неё имелся, но вот самой карты там не оказалось. Уже хорошо — не хотелось, чтобы её зафиксировала вышка связи. Хрен его знает, кто мог бы за этим номером наблюдать.
Подключение к сети я вырубил сразу же, как устройство включилось. На всякий случай. А потом принялся изучать содержимое — не просто так же, его в банковскую ячейку засунули.
Что занятно — никаких приложений тут не стояло. Только те, что по умолчанию были встроены в систему. Зато имелось кое-что ещё — целая папка с видео и фотографиями, к которой вёл ярлык, стоящий прямо на рабочем столе.
Две записи — вид сверху на тех же самых мужчин, которые сидели в своих закутках. Я честно просмотрел их на ускоренной в несколько раз скорости, не обнаружив ничего нового. Всё то же самое.
Вот ещё одно видео оказалось куда интереснее. Снимали мужчину в белых штанах и футболке — одет он был точно так же, как те, кто сидел в изолированных капсулах. Только этот расположился за столом и отвечал на вопросы.
— Как вы относитесь к мысли о том, чтобы попробовать мясо? — прозвучал сухой голос интервьюера. — Вот тарелка с хорошо прожаренным стейком. Хотите попробовать?
  
Он и правда поставил на столешницу блюдо с куском мяса. А человек в белом тут же скривился.
— Мерзость! — он даже чуть отодвинулся назад. — Уберите это! Люди, которые едят мясо — твари!
Не понял — они что, людям тут мозги промывали на предмет веганства? Как говорят гоблины — совсем что-ли конченные?