Остров искупления (ЛП)

— Один раз! — закричала она, повторяя его слова. Только один раз она хотела, чтобы о ней позаботился мужчина, и надеялась, что ее голос донесся по склону острова прямо к нему. «Услышь меня», прошептала она про себя.
«Только один раз», подумала она снова, чувствуя, как влага стекает по внутренней поверхности бедер, и пот течет по затылку. Слезы снова наполнили ее глаза, и Джулиет опустилась на землю в изнеможении, как мышка, спрятавшаяся в поле. «Нет», сказала она себе. Она была львицей, и она будет править им. Когда пульсация внутри прекратилась, и пульс стал возвращаться в норму, она почувствовала биение острова под своим заплаканным лицом. Ее губы прикоснулись к грязи, как будто они потянулись к его груди, и она знала, что уже слишком поздно.
Так был не безразличен ей, и это означало, что он управлял ею.
Глава 16.
День 41
Джулиет
Семь дней я провела, не видя его. Не слышала его голоса и не искала его. «Сосредоточиться на нем было неправильной идеей», уговаривала я себя. Я уже последовала за ним, и это была ошибка всей жизни. Все из-за него, поэтому и вошла в ту комнату.
Я либо оставалась в доме на дереве, либо долго прогуливалась по джунглям, впрочем, как и неделю назад. Кругами исследовала джунгли, которые казались одинаковыми, но в тот же момент разными. Это не имело значения. Я нахожусь на маленьком острове, здесь не так много земли. Все выглядело одинаково, за исключением белого пляжа, возле которого стояла его палатка, и маленькой закрытой бухты с доком Лилиан. Я бродила, отвлекаясь на движение.
В момент слабости, после того как я валялась в грязи, позволила себе вспомнить его с той ночи. Меня попросили подождать в комнате на третьем этаже, и я согласилась из любопытства, но также и из-за него. Мало что знала о нем, но удивлялась порезу на его челюсти, блеску глаз и кривой улыбке губ. Меня тянуло к нему, и это было другим ощущением, нежели которое я чувствовала прежде, но признала головокружение от увлечения человеком не из моей «лиги». Тем не менее, я пошла туда, когда попросили. Мне сказали, что это особый запрос.
В тот момент, когда я вошла в комнату, то почувствовала напряжение. Тонкие взгляды в мою сторону. Оценка моего тела в скудной форме ― маленьком черном обтягивающем платье. Воздух наполнился нервной энергией, и я подняла на него взгляд, его глаза были стеклянными от выпивки. Думала, что он видел меня, но он смотрел сквозь меня. Я отвлеклась — вот тогда меня схватили.
― Сотрудничай, и твое продвижение принесет тебе богатство.
Я хотела подняться, но не тут-то было. Боролась безрезультатно, так как мне быстро сковали запястья и заткнули рот, когда я закричала. Не могла представить, что другие мужчины будут стоять вокруг и смотреть, но, заметив по их движениям, как будто в замедленном темпе или во сне, ― куртки сняты, а рукава рубашек закатаны, ― мужчины были готовы развлечься и посмотреть на представление. Мое тело согнулось, и меня бросили на кожаный диван. Грубо говоря, мое платье было снято, и я лежала обнаженной в своем деми-бюстгальтере и стрингах.
На этом моменте я остановилась. Мне не нужно было вспоминать все остальное.
«Посмотри на меня», я умоляла своими глазами, сохраняя концентрацию на Таке, пока меня не забрал Рик. Он не обратил на меня внимания. Я утратила бдительность только на секунду, он был моим отвлечением, и результатом этого была пощечина. Мышь поймана в ловушку приманкой кошки. Они поймали меня.
«Никогда больше», сказала я себе, уходя выше, исследуя джунгли вокруг себя. И все же, его тело, нависающее над моим, выпустило нервную энергию, которую я не могла отрицать тем утром, когда Так принес свои извинения, а затем отверг меня. Смешивание меня с грязью было крещением, освобождая меня сексуально, освобождая голос, когда я кричала, вытирая слезы, когда я плакала. Мне взяли, но я не хотела быть взятой снова.
 
***
Кто-то тихо звал меня, когда я сидела в кресле за квадратным столом. Я работала над написанием своих саморефлексивных открытий каждый раз, когда не спала и не гуляла. Мое тело преобразилось благодаря интенсивным упражнениям, и питание улучшилось. Я не ждала Лилиан и Франко на протяжении четырех дней, и грубый голос не принадлежал ни одному из них. Остановилась и внимательно прислушалась.
― Я снова мечтаю о нем, ― сказала я вслух, говоря себе, что это всего лишь ветер.
― Джулиет! ― Услышала я громче голос, отчетливо доносившийся из-под моего домика. Опустила голову на стол, катая ее взад и вперед по блокноту.
― Я должна прекратить это делать, ― пробормотала я в страницы.
― Разреши мне подняться, Джулиет, или я войду без твоего разрешения, ― отрезал он.
Моя голова взлетела вверх, и я поняла, что Так мог войти в любое время, когда хотел, но он этого не сделал. Его не приглашали только один раз, и тогда он спас меня от змеи. Я подошла к защелке лестницы, мои ноги отяжелели от страха. Пнула лестницу, она выскользнула из отверстия в платформе и упала к нему. Я отступила, пока он поднимался, мое сердце бешено колотилось с каждым скрипом веревки, которая натягивалась под весом Така. Когда его голова достигла отверстия, я отвернулась к своей комнате. Не думала, что мое сердце сможет выдержать первый его взгляд, и так готовое взорваться от нетерпения и трепета.
Я сидела в кресле за столом, стараясь казаться непринужденной, пока мое тело дрожало. Сжала руками подол шорт. Мои ладони мгновенно вспотели.
Он прошел в дверной проем, откинув назад неровные пряди своих волос, слегка отросших за неделю. Его челюсть была покрыта легкой щетиной, и при его появлении у меня перехватило дыхание. Глаза сияли ярче, чем я когда-либо видела, они соответствовали листьям за окном моего домика на дереве. От него захватывало дух, и я ненавидела его, в то же время грудь сжалась от облегчения.
Так осмотрел комнату, остановив взгляд на стопке книг и открытых блокнотов. По обе стороны стола, за которым я сидела, стояли два стула, но он выбрал сундук в конце кровати. Его длинные ноги были согнуты, и он положил локти на бедра. Я промолчала, желая, чтобы он заговорил первым.
― Ты ушла, ― прошептал он.
― Ты ведь не хотел, чтобы я осталась, ― сказала я резче, чем хотела. Он мгновенно поднял глаза.
― Я хочу так много всего, Джулиет. Некоторые из своих желаний я даже не могу сформулировать, потому что у меня нет для них слов.
Его комментарий поразил меня, и я моргнула.
― Я….
― У меня есть кое-что, что я хочу сказать.
Его тон был резким, и я снова опешила. Поерзала на стуле, скользнув вспотевшими ладонями по бокам шорт, а затем нервно заправила распущенные волосы за ухом. Так наблюдал за моим движением, следуя за прикосновением моих пальцев, прежде чем сглотнуть и начать:
― Рик Фонтейн был моим лучшим другом…
― Я не хочу этого слышать, ― оборвала я его, глядя в сторону.
Имя Рика на его губах жалило, как укус змеи, и я задрожала. Моя челюсть сжалась. Я позволила этому уйти. Ему уйти. Им уйти. Я не хотела больше думать о той ночи.
― Ты меня выслушаешь, а потом выгонишь меня. Но я говорю первым, ― коротко добавил он.
«Мы сыграем по моим правилам», крутилось у меня в голове, но я могла только моргнуть в ответ, которого он хотел от меня.
― Рик Фонтейн был моим лучшим другом, и он был засранцем. Его должны были убить двадцать раз торговцы наркотиками и рассерженные женщины, но я любил его странным образом, потому что он был моим другом. Я не соглашался со всеми его практиками. Между нами всегда было соревнование ― не с моей стороны, с его. Мы были такими, какими были. Он работал на то, что у него было, когда у меня оно просто было. Рик не завидовал мне открыто, но при каждом риске, каждом смелом поступке, каждом предложении о неприятностях было очевидно, что он завидовал мне, и как легко все происходило со мной.